Мила

Я больше не помню тебя.

Совсем не помню.

Теперь слёзы стали другими. Они больше не душат по ночам, не разрывают грудь на части. Теперь они приходят сами — тихо, легко, будто давно привыкли жить внутри меня.

А часы, показывающие утро, всё ещё напоминают мне твоё имя. Это единственное, что осталось от тебя. И именно с него начинается каждый мой день.

Но ведь ты где-то есть сейчас…

Говоришь с кем-то. Смеёшься. Касаешься чужих рук. Живёшь своей жизнью, пока я по кусочкам собирала свою.

От раската грома я резко вздрогнула.

Щёки снова мокрые. И на секунду мне показалось, будто дождь пробрался внутрь через закрытое окно.

Ложь.

Разве могут промокнуть глаза из-за дождя, если окно закрыто?..

Сегодня обычно шумная улица почти пуста. Наверное, всему виной ливень. А может, люди просто перестали куда-то спешить.

Капли дождя видны только под светом фонарей.

Иногда мне кажется — это плачут именно фонари.

Годы сделали боль тише.

Или, может быть, я просто научилась жить рядом с ней, как живут с неизлечимой болезнью — молча и осторожно.

Это один из тех редких вечеров, когда я позволяю себе оглянуться назад. Я давно перевернула страницу жизни, где осталась одна. Беременная. Разбитая. Ненужная.

Но, чёрт возьми…

Закрыть ту главу до конца так и не получилось.

Словно что-то осталось недосказанным.

Что-то всё ещё не на своём месте.