Сердце бешено стучало в груди. Руки дрожали. Тряпка выпала и приземлилась на пол. На негнущихся ногах я повернулась к мужчине. И замерла, застигнутая врасплох волной внезапно накативших воспоминаний.

— Виктор?! — еле слышно прошептала я, не сдержавшись, и тут же пожалела о своем порыве.

Мужчина бросился ко мне. Я отскочила в сторону, в защитном жесте выставляя руки.

— Кто вы? Что вам нужно? — закричала, вжимаясь в стену.

Он остановился, изумленно глядя на меня.

— Я Виктор. Твой муж, — прошептал ласково. — Что с тобой случилось, Настя?

— Вы меня с кем-то перепутали. Я вас не знаю, — забормотала я, аккуратно обходя его по дуге. — Меня зовут Алина Смелина. Я работаю в клининговой компании. Убираю дома. Если мешаю, могу вернуться позже.

Виктор в растерянности наблюдал за мной, а я все ближе подбиралась к спасительному выходу. Когда до двери оставалось меньше метра, он бросился вперед, отрезая мне путь к отступлению, и зло прошипел:

— Что с нашим ребенком, Настя?

— Какой ребенок? Я вас не понимаю, — почти искренне изумилась я, делая небольшой шаг назад. — Отпустите меня, пожалуйста, или я закричу.

— Перестань играть со мной! — напирая все сильнее, процедил Виктор. — Неужели ты думаешь, я не узнаю тебя с любой даже самой нелепой прической.

Его дыхание опалило мне щеку. Ладони обхватили за талию и двинулись вниз. В легких панически не хватало воздуха. Я забилась в его руках, стремясь поскорее вырваться.

— Я знаю каждый сантиметр твоего тела, — хрипло шептал он, скользя языком по моей шее.

От его прикосновений и запаха, такого родного и знакомого, кружилась голова. Я невольно прикрыла глаза, не в силах сопротивляться пожару, разгоревшемуся в теле.

— Тебе нравится, когда целую здесь, — пройдясь губами по ключице, выдохнул он. — А на правой груди у тебя восхитительная родинка.

Его пальцы забрались под футболку, стягивая ее вверх. Прохладный воздух коснулся разгоряченной кожи, и я опомнилась.

— Прекратите немедленно, — изо всех сил толкая его в грудь, взвизгнула я.

Размахнулась и отвесила пощечину. Звук шлепка повис между нами. На щеке выступили красные отпечатки моих пальцев.

Не сводя с меня горящих глаз, мужчина отстранился.

— Как скажешь, Настя.

— Меня зовут Алина, сколько можно повторять?! — окончательно придя в себя, выпалила я.

Он отодвинулся, давая мне пройти. Я выскочила из комнаты, надеясь, что на этом все и закончится, но ошиблась. Он позволил мне выйти, но не отпустил, крепко вцепившись в запястье.

— Покажи-ка мне, Алина Смелина, свои документы, — потребовал, волоча по лестнице на первый этаж.

— У меня с собой нет. Да какое вы имеете право! — прикусывая губу, возмутилась я.

С недавних пор паспорт стал моей основной проблемой. В деревне со всем разбирался Михаил Семенович. Хозяйке наши документы были без надобности. Она не утруждала себя уплатой налогов. Но попробуй я устроиться куда-то еще, без него не обойтись. Открываться Виктору я не собиралась.

Среди тех немногих воспоминаний, что со скоростью света пронеслись в моей голове, самым ярким была его беременная любовница в нашем доме. Перед внутренним взором всплыло ее ухмыляющееся лицо, и все те чувства, что память предпочла стереть, вспыхнули снова. Боль и злость. Много злости. Осталась ли во мне любовь?

Я посмотрела на мужа из-под прикрытых ресниц. Если что-то и осталось, то совсем немного.

— Вы хозяин этого дома? — прекрасно понимая, что нет, спросила я строго. — Кто вы вообще такой?

— Виктор Егорович Бегунов, — представился муж, с интересом наблюдая за моей реакцией.

— Тот, что избавился от жены ради беременной любовницы? Что-то такое читала в газетах, — не удержавшись, съязвила я.

Глаза Виктора зло сверкнули. Он сжал кулаки и недовольно поджал губы.

— Моя жена пропала без вести во время аварии. Я найду ее и верну домой, чего бы мне это ни стоило, — с угрозой в голосе, процедил он, разворачивая меня к себе.

Внутри клокотал гнев. Я с огромным трудом сдерживала себя. Мне хотелось выплюнуть мужчине в лицо, что я ему не принадлежу и не желаю возвращаться. От необдуманного поступка меня уберегла Катя.

Девушка буквально влетела в холл. Вид у нее был помятый. Волосы растрепались, футболка сбилась набок, на лице играл подозрительный румянец. Она тяжело дышала и испуганно оглядывалась на идущего по пятам мужчину. Это был уже знакомый мне по загородному комплексу амбал со шрамом. Вид у него был недовольный, если не сказать злой.

Я внимательнее посмотрела на него. Вспомнить такого приятеля среди знакомых мужа мне не удавалось. Хотя я могла его и не знать. В прошлом Виктора были эпизоды, говорить о которых он не любил и не посвящал меня в подробности.

— Мы немедленно уходим отсюда! — выдохнула Катя, даже не заметив присутствия еще одного мужчины.

— Не так быстро, Рыжик! — заявил приятель Виктора и перегородил нам дорогу.

И здесь напарница меня удивила.

— Беги! — крикнула она, подталкивая меня к входной двери, и укусила амбала за руку.

Сработал эффект неожиданности. Мужчина отступил, удивленно взирая на ладонь, где отпечатались Катины зубы.

Мы выскочили за дверь и оказались во дворе, набитом охраной.

— Прыгай в машину, — заглянув в ближайший к нам внедорожник и заметив там ключи, скомандовала девушка.

Я залезла на переднее сидение и едва успела пристегнуться, когда машина взревела и понеслась в сторону закрытых ворот.

— Что ты делаешь? Мы же разобьемся! —охрипшим голосом прошептала я, сжимаясь от ужаса.

Но Катя меня не слушала. В кровь ударил адреналин. В глазах светилось безумие. Девушка до отказа нажала на газ, рассчитывая ударом снести преграду. Крикнула мне:

— Держись!

Я зажмурилась. Машина подпрыгнула и вылетела на дорогу, так и не встретив препятствия на своем пути.

— Эгей! — с восторгом закричала Катя, словно ребенок, прошедший очередной уровень сложной игры. — Получилось!

Вот только я ее энтузиазма не разделяла. Нам открыли ворота и позволили уйти. Это могло означать только одно: они знают, где нас искать.

Следующие несколько минут мы проехали в тишине. Катя с беспокойством поглядывала в окно заднего вида.

— Пока погони нет, но нам лучше двигаться проселочными дорогами, — свернув на неприметную грунтовку, объяснила она.

— Где ты научилась так водить? — по-новому взглянув на подругу, поинтересовалась я.

— Мамин брат обучил. Он мне вместо отца был.

— А что с ним случилось?

— Посадили, — с холодом в голосе ответила она, а я решила не вникать в подробности.

Меня все еще потряхивало от пережитого. Правильно ли я сделала, что сбежала?! Не самый преданный и верный, но Виктор — мой муж и отец Танюши. Я поступила под влиянием импульса, а он не лучший советчик.

— Что произошло между тобой и тем амбалом в доме? — прерывая повисшее между нами молчание, забеспокоилась я о подруге.

— Он решал, раз у него есть деньги, значит, все можно, — возмущенно процедила Катя. — Ненавижу таких.

Выбранный путь привел нас к дачному поселку. Аккуратно его обогнув, мы повернули на поле. Дороги здесь не было, и мы держались едва заметной колеи.

— Ты уверена, что мы правильно едем? — всматриваясь в незнакомый пейзаж, уточнила я.

— Перелесок проскочим, а там уже рядом. Ты мне знаешь, что скажи. Эти мужики, они ведь с тобой знакомы. И тот второй Настей называл.

— Все правильно. Меня зовут Настя, а тот, что с амбалом сегодня был — мой муж. Виктор Егорович Бегунов, — призналась я, решив, что пора заканчивать с тайнами.

То ли шок от услышанного повлиял, а может, шины попали в грязь и потеряли сцепление, только Катя не справилась с управлением, и машина влетела в березу. Нас тряхнуло. Сработали подушки безопасности. По крыше застучали осыпавшиеся ветки.

— Катя, ты как? — повернув голову к подруге, спросила я.

— Подушкой придавило, а так нормально. Выбраться сможешь?

Мы вылезли из машины. Вмятина выглядела внушительной, но автомобиль оставался на ходу.

— Так как же Михаил Семенович в тебе дочь признал. Неужели перепутал?! Ни за что не поверю, — осматривая машину и с любопытством косясь в мою сторону, поинтересовалась девушка.

— Пожалел. Я ведь после аварии ничего вспомнить не могла. А сегодня Виктора увидела, и вся жизнь перед глазами пролетела.

— Что такая фиговая жизнь была?

— По-разному, но больше счастливая. Пока муж другой ребенка не сделал.

Я вспоминала свою жизнь кусочками, словно смотрела фильм про кого-то другого. Все события произошли со мной, и все же не про меня. Казалось, достаточно восстановить в памяти прошлое, и все встанет на свои места. А вместо этого пришла растерянность.

Катя посмотрела на меня с сочувствием и дальше задавать вопросы не стала.

— Машину здесь бросим. Впереди пост гаи. Нельзя нам внимание привлекать. На остановку выйдем, а там на автобусе.

— А если они нас найдут?

— Не должны. У нас с хозяйкой уговор есть на всякий непредвиденный случай. Если что, она не знает нас, а мы ее. Потому и процент высокий платим. За защиту и конфиденциальность.

Говорила Катя уверенно и складно. Только я не верила в соглашения с такими людьми и оказалась права.