Я медленно умираю, когда эта довольно улыбающаяся сволочь уворачивается от моей руки, пытающейся схватить несчастный мобильник. От реального нападения и пиз. ей его спасает только то, что он находится за рулём, а я все таки ещё планирую пожить немного перед тем как через шесть дней сменю место жительства с роскошной четырехкомнатной квартиры на ящик метр на метр. На том конце провода воцаряется секундная пауза, а потом ровный и четкий тембр голоса ему что то отвечает. Я не слышу что. Но догадываюсь по шибко радостной роже этого ублюдка.

— Отдай, — шиплю, едва ли не шелестя языком словно черная мамба в разгар охоты.

— Не мешай, любимая. Дай мне договорить, потом продолжим.

Ах ты же с. ка!!! Но Александр тем не менее не повышает голоса. Отвечает все так же спокойно. Это подозрительно. Что он там говорит?!

— Обязательно. Ты только приезжай поскорее. Надеюсь успеешь к нашей свадьбе. Пока! Будем скучать!

Он сбрасывает вызов и улыбаясь во весь рот возвращает мне телефон.

Во мне просыпается мгла. Кто то внутри говорит за меня моим голосом, прищуривая глаза и прожигая Матвеева пронзительным взглядом. Я слышу себя словно со стороны.

— Сделаешь так ещё раз и я вырву твои яйца. С корнем. Сделаю из них омлет тебе на завтрак. Понял меня? Любимый.

Слава зависает на моем лице потрясённо расширенными зрачками.

— Б..дь... Мира...как это....

Я моргаю и в голову снова ударяет дикая головная боль. Даже немного тошнит, как при сотрясении. В шоке таращимся друг на друга несколько секунд, пока я не прихожу в себя и прикрывая глаза устало говорю уже нормально как и всегда. Кажется что эта вспышка неестественной злости выкачала из меня всю энергию.

— Что он сказал?

Слава тоже мотает головой, продолжая настороженно ко мне присматриваться. Что он хочет увидеть? Осматривает зачем то мою голову и лицо, но ничего там не находит. Снова хмурится.

— Что желает нам счастья.

— Очень смешно. Не надо мне никакого кофе. Вези меня домой. Сейчас.

— Мира, ты обиделась что ли? Да ладно тебе. Побесится да перестанет. Ему не привыкать. Кстати мы тоже не знаем наверняка, что он там делает. Вдруг изменяет тебе? Девочки-спортсменки и все такое...

— Вези домой я сказала...

— Ну как хочешь.

Настроение на нуле. Первый день а уже все хуже некуда. Более того, когда я ворвалась домой и швырнув вещи в угол принялась набирать Сашин номер в ответ мне раздалось послание леди-автоответчика с просьбой идти нахрен. Здрасьте приехали. Замечательно. Просто великолепно. Теперь он отключил телефон. Вот что он там делает? А вдруг и впрямь пойдет по бабам?! Всю ночь я ворочалась, ложилась, вставала, ходила по комнатам кругами. Стояла минут двадцать перед единственной закрытой комнатой и подбирала ключи. Не один не подошёл! Мне так отчаянно хотелось туда попасть! Она манила меня как лампа мотылька. Дошла до того, что тупо легла на пол и попыталась подглядеть в щель. Разумеется нихера не увидела. Даже домовенка Добби, едрит твою налево.

С утра думала забить на пары, но все таки решила пойти. Отклекусь хоть. К слову абонент все ещё не абонент. Вот он приедет и выкинет меня вон и придется мне возвращаться к Маргарите, которая велит мне же накрутить из себя фарш....

Выйдя из подъезда чуть не отъехала, увидев сияющую, как медный пятак, физиономию Матвеева с огромным букетом цветов в руках. Вот же упрямый! И на кой я ему сдалась?! Нервно оглянувшись по сторонам, будто в любой момент из кустов выпрыгнет мой Люцифер и шибанет меня столпом из огненных молний, я демонстративно пошла мимо него к остановке общественного транспорта.

— Эй! Ромашка, далеко собралась?

— Подальше от тебя!

Ускорила шаг, когда парень кинулся меня догонять, перегородив путь к моей карете-тыкве в виде показавшегося из за поворота автобуса.

— Извени я тороплюсь!

— Это тебе!

Он протянул мне букет а я взяла его...и засунула в ближайшую мусорку, утрамбовав сверху.

— Вау! Спасибо! Как приятно. Жаль только что я не принимаю цветы от чужих мужчин. Пока.

— Ты очумела что ли?! Мира, стой!

Его крик проглотила закрывающаяся дверца автобуса, куда я все же успела заскочить. Фу! От одного избавилась. Осталось разобраться с моим с. ка парнем. Вернее его временным отсутствием.

До самого вечера телефон не подавал никаких признаков жизни. Я сгрызла карандаш в опилки, истратила весь последний резерв нервов и даже взяла взаймы у тараканов в воспаленном мозгу, забыв что совсем недавно мечтала от него избавиться....

Да кого ты обманываешь, дурочка?! В зеркало на себя давно смотрела? Наверняка он там нашел себе вариант поинтереснее. Мужики все такие! Исключений из правил нет и не бывает...

Идя по вечернему парку вдруг услышала в кустах жалобный писк. Продравшись сквозь кусты еле разглядела в высокой траве малюсенький, дрожащий комочек. Маленький, черный щенок лежал на земле и тоненько повизгивал. В круглых черных глазах блестели слезы...

— Ой, маленький... Как же ты тут? Где твоя мама? Тебя тоже бросили, да?

Протянув руки я осторожно взяла его. Трясущейся существо сразу же доверчиво прильнуло мокрым носиком к моей ладони, повизгивая ещё пронзительнее.

— Не бойся, малыш. Мамочка не оставит тебя тут одного... Идём.

Сердце защемило от жалости и тоски. Мы с ним похожи. Такие же маленькие, чёрненькие и никому не нужные....

Дождавшись такси я поехала со своим сокровищем сначала в ветеренарку. Там мне сообщили, что со щенком все в порядке и он здоров. Просто напуган. Вероятно его выкинули совсем недавно и он недолго пробыл на улице один. Кроме того сказали и про пароду. Чистокровный Тибетский Мастиф, который вскоре вырастет в огромное чудовище. Врач предложил оставить его в питомнике при клинике. Мало людей решаются завести такую пароду, но глядя на бедного, дрожащего и жмущегося ко мне малыша, я поняла, что скорее вырву себе сердце, чем оставлю его... Он мой.