Самолёт тряхнуло на посадке, и я резко открыла глаза. Сердце колотится, будто пытается вырваться из груди. Где я? Память возвращается обрывками: санаторий, боль, крик новорождённой дочери и… холодные глаза Марины. «Прощай, сестрёнка». Все два с половиной часа полета я проспала пристегнутой, и меня не стали беспокоить. В итоге, кроме воспоминаний, причиняющих жуткие страдания, мне хочется есть и спать. За окном иллюминатора — темнота. Прямо как в моей душе. — Пассажиры, прибывшие рейсом Москва — Оренбург… — голос стюардессы звучит как будто издалека. Она ласково мне улыбается. В бизнес-классе я летела в полном одиночестве. Наверное, я имею совершенно побитый вид, потому что девушка с идеально уложенными волосами и не менее идеальным макияжем, пока мы ждем трап, предлагает отдать мне упакованный ужин. — Вы ничего не поели. Выглядите устало, — комментирует она. — Давайте я вам принесу ужин? Он полностью герметичен. И очень вкусный для пассажиров бизнес-класса. Стюардесса подмигивает, и я почти искренне улыбаюсь потрескавшимися губами. — Спасибо. Да, я, пожалуй, возьму. Я запихиваю в сумку коробку с едой. Нас просят на выход. Отстегиваюсь и встаю. Ноги дрожат. В животе — тупая боль, грудь налилась тяжестью. Молоко… Где моя девочка? Еле переставляя ноги, перехожу в практически пустое здание аэропорта. Сажусь на ближайшую скамейку. Где она? Моя Надежда… Весь ужас ситуации обрушивается на меня с сумасшедшей силой. Самое страшное позади — так я считала после родов. На самом деле — самое страшное — впереди. Надо как-то учиться жить без нее. Без обеих надежд — с большой и с маленькой буквы. Я вижу свое отражение в витрине магазина. Бледная, измученная женщина с мешками под глазами. С чего у меня все началось? С дурацкого решения заработать денег. И ведь пишут — не верьте Интернет-мошенникам! Нет, подумала, что меня-то не обманут. Я-то умная… И вот тот поступок аукнулся мне слишком многими потерями. Я больше не живу в своей захудаленькой квартирке — зато моей, в которой я чувствовала себя уютно. Нет рядом Мишани. И мне еще надо заслужить его приезд. Я нахожусь в чужом городе, где никогда не бывала и никого не знаю. Я потеряла свою девочку… Всегда мечтала о девочке… Как говорится, бойтесь своих желаний. Ко мне подходит пожилой, полный мужчина. — Устали после полета? Киваю. — Я таксист. Народу мало. Гляжу, а тут вы сидите. Вас надо подвести? — Надо. На самом деле, надо. Вот у меня здесь адрес, — я роюсь в сумке и достаю листок. — Это центр? — Не совсем. Но район хороший, даже можно сказать элитный. По работе приехали? Я встряхиваю головой. — Да. Да, по работе. Командировка. Но надолго. Несколько месяцев, — бормочу я. — Понял. Вам помочь? Чемодан? Сумка тяжелая? — Нет, ничего страшного. На мое счастье он все-таки берет сумку — сил у меня, кажется, нет уже ни на что. — Вы посидите здесь, — говорит водитель, когда мы выходим на улицу: я точно произвожу на него не самое лучшее впечатление. — Я подгоню машину. Через несколько минут мы уже выруливаем на шоссе. На нем тоже пустынно, как в фильме ужасов или в постапокалипсисе. Редкие фонари тускло освещают дорогу. — Значит едем на Советскую сорок пять, — водитель косится на меня в зеркало. Думаю, проверяет, как я. А то потом возись с полуобморочной, неместной женщиной. — Да, верно, — шепчу я, сжимая в руках клочок бумаги с адресом. «Там твоя новая квартира», — сказала Марина. Вместе с новой жизнью, которую мне совсем не хочется проживать… За окном проплывает город — темный, чужой. В голове стучит: «Почему Оренбург? Почему так быстро?» Я уже скучаю по Москве, а главное — я стала намного дальше от Мишани и Надежды, чем была до этого. Правильно — все познается в сравнении. Надеешься, что хуже не будет. А вот оно — хуже. И самое страшное — не предел… — Дом сорок пять, — объявляет водитель, притормаживая. — Справитесь дальше без меня? — Спасибо! Квартиру найду. Передо мной — трёхэтажный старинный особняк, полностью отреставрированный. Внутри — дремлет консьержка. — Вы к кому? — вздрагивает она при моем появлении. — Я новая хозяйка. Квартира сорок пять. — А, поняла. Вам просили передать ключи. Вот, — она лезет в ящик стола. — Проходите… Да, девушка, там, по-моему, к вам пришли. Двое мужчин, вроде ваши родственники. Я пожимаю плечами — какие тут родственники. Спала, перепутала мою квартиру с чьей-то другой. Да и как они вошли внутрь? Стоят что ли на лестничной клетке? Точно перепутала… Я медленно поднимаюсь по лестнице, каждый шаг отдается болью. Очень хочется принять душ и лечь спать. Нет, все-таки, сначала съесть свой самолетный ужин… У двери я замешкалась — начала смотреть на два выданных мне ключа, висевших на брелоке. Какой куда? От усталости голова вообще не соображает. Так, скорее всего, вот этот большой от верхнего. Я осторожно вставляю ключ в замок, поворачиваю… и замираю. За дверью — мужские голоса. — …должна быть сегодня. — А если не приедет? — Приедет. Ей больше некуда деваться. Ее сестра продиктовала номер рейса. Самолет уже приземлился. Ей надо было только взять такси и доехать. Скоро будет. — Надо спрятаться что ли… А то откроет дверь, а тут мы, — раздается грубый, наглый смех. — Болтаем с тобой слишком громко. — Я посматриваю во двор. Но ты прав. Надо потише. Вдруг такси на улице ее высадит, да и мог пропустить. Пошли во вторую комнату. Там засядем. У меня, кстати, мерзавчик с водкой. Выпьем для успокоения нервной системы. И опять я слышу жуткий, страшный смех. По спине пробежал холодок. Это не моя квартира. Не мое прибежище, в котором я могу спокойно отдохнуть. Это ловушка. Вот они — мои «родственнички», которых сквозь сон заметила консьержка. Ну что ж, с отдыхом придется подождать. Голова кружится, и вроде начинается жар из-за пребывающего молока. Но жизнь дороже. Я тихонько прикрываю дверь. Опять закрыть на замок не рискую — мужики затихли и могут услышать. Это мне повезло, что Марина наняла таких придурков. Но второй раз удача может и отвернуться. Да, они сообразят, что я тут побывала. Но, надеюсь, я успею скрыться достаточно далеко. Я осторожно отступаю. Сердце бьется так громко, что кажется, его слышно даже за дверью. Меня хотят убить. Вот почему Марина сказала именно «прощай»… Спускаюсь по лестнице. Бабуля по-прежнему дремлет. Но меня замечает. — О, куда ж вы направляетесь на ночь глядя? — Забыла денег снять. Вы не подскажете, где тут рядом банкомат? Мне хочется бежать, но я терпеливо ей отвечаю. — Рядом совсем. На ту сторону улицы перейдете и будет круглосуточный банк. Там внутри есть банкомат. Подождала б до утра… — Спасибо! Я быстро выхожу на улицу. За забором, действительно, дорога и вдали светится какое-то здание. Меня могут увидеть из окна. Слишком пустой двор — одинокую фигуру не пропустишь. Но деваться некуда. Я быстро пересекаю двор. Больше не могу сдерживаться и через дорогу бегу, несмотря на отсутствие перехода. Ничего, машин мало. В банке сидит охранник. — Поздновато вы, — комментирует он мое появление. — Что делать, — вымучиваю я улыбку. — Снять деньги можно? — Конечно, вон банкомат. У вас все в порядке? А то такой поздний визит выглядит странно. Знаете, какое сейчас время — сплошные жулики. — Не, я для себя снимаю. Понадобятся рано утром, — вру я, чтобы он расслабился и не мешал мне снимать деньги. Хотя его бдительность и вызывает уважение. В мобильнике смотрю, какой у меня лимит на снятие наличных. Неплохо! На первое время точно хватит, если Марина вздумает каким-то образом заблокировать мой счет. Снимаю. Через минуту у меня в сумке лежит пачка денег. Вызываю такси. Жду, оставаясь в банке, — в безопасном соседстве с охранником, который мне что-то рассказывает про свою семью. Я автоматически киваю, стараясь выглядеть спокойной. Через полчаса приезжает такси. Я выхожу и сажусь в машину. — Отвезите, пожалуйста, в хорошую гостиницу в центре, — прошу я. — Мне тут сняли квартиру, а она оказалась занята, — я заранее продумала историю, чтобы водитель воспринял мою просьбу нормально. — Кошмар! — искренне возмущаюсь я. — Прилетела посреди ночи и такой сюрприз! — Да, бывает! Такой нынче пошел народ! Необязательный, — искренне сочувствует водитель. — Надежнее обычная гостиница, это правда. Квартиры сдают всякие обманщики. Не волнуйтесь. Я вас отвезу в самый центр. Там отличный отель! *** Отель сразу производит впечатление — современное здание, стилизованное под особняк. Уютный холл, в котором, несмотря на позднее время, меня довольно бодро приветствует девушка за стойкой. — Вы к нам на сколько? — Пока на неделю. Зависит от работы. Я ведь смогу потом продлить? — Да, конечно. К нам в город приезжает не так много народу. Обычно проблемы с номерами во время каких-нибудь крупных мероприятий. Но сейчас ничего такого. Я оплачиваю с карты на неделю вперед. Не знаю, имеет ли какой-то доступ к моему счету Марина. Вроде, не должна. Но с утра надо будет сделать новую карту и все перевести на нее. Поднимаюсь в номер. Шикарная кровать кинг-сайз, белоснежное, хрустящее постельное бельё, уютный халат и приятная прохлада кондиционера. Я захлопываю дверь, прислоняюсь к стене и медленно сползаю на пол. Грудь горит, температура зашкаливает. Я стискиваю зубы, чтобы не застонать. Заставляю себя встать. Раздеваюсь, надеваю халат. Принимаю таблетки, которые мне дали в санатории. В ванной сцеживаю молоко, несмотря на адскую боль. Но это сделать надо обязательно. Надо думать. Надо бежать. Смогу ли я здесь пожить хоть немного и оставаться в безопасности? Я падаю на кровать и закутываюсь в одеяло. Как меня могут найти? При помощи телефона… Протягиваю руку и выключаю определение местонахождения. Какие у Марины возможности? Она же не профессиональный киллер. Судя по всему, наняла каких-то любителей легкой наживы. Засыпаю с надеждой, что это так — у меня есть какое-то время на отдых и планирование. НО ЧТО БУДЕТ С МИШАНЕЙ?