Анна: Важный момент: как не перейти от чистой влюбленности к страсти, убивающей душу, превращающей все вокруг в то самое мертвое болото? Сколько бы лет ни было человеку, тринадцать или тридцать четыре, в любых отношениях, независимо от того, что это – простое влечение, чистая влюбленность или настоящая любовь, должна быть одна важная преграда: не спать. Никогда, ни при каких условиях, независимо от того, насколько прекрасны и сильны чувства, нельзя спать с кем бы то ни было вне законного брака. Это и есть тот самый забор, который позволяет не наломать дров.

Отец Максим: Это не забор, это бетонная стена. Забор расположен несколько раньше, на мой взгляд.

Анна: Да. Стена. И вот вопрос: а почему нельзя переспать с человеком, которого ты любишь, который тебя любит, если вы не в браке?

Отец Максим: И почему?

Анна: А это вопрос глобальный, базовый: зачем мы вообще живем? Если мы обезьянки, если мы живем, как нам хочется: поели, попили, в туалет сходили, получили какие-то эмоции от просмотра фильма, если наша жизнь представляет собой простое получение удовольствий и попытку минимизировать дискомфорт, ну почему бы не спать? Тебе нравится человек, тебе хочется и ему хочется – вы спите, в чем проблема? Потом он тебе перестал нравиться, начал нравиться другой – ты спишь с другим, потом с третьим и так далее. Или с ними обоими спишь. Спишь с человеком своего пола, противоположного пола или со свинкой какой-нибудь – нет никаких границ. Звучит страшно и неприлично, будто я все свалила в одну кучу, но вообще-то при таком отношении к жизни, к себе, к Вселенной это все правда равнозначно. Если мы живем без Бога, то на самом деле все позволено. Ну, кроме уголовно-наказуемых деяний, просто потому что за них в тюрьму посадят, а это значит, ты будешь лишен удовольствий и возможности исполнять свои желания.

Вся соль вот в чем. Мы здесь говорим не о чем-нибудь, а о христианском браке. А если мы христиане – простите снова за пафос, но куда без него, – мы присягаем на верность Христу и Его заповедям. Если так, то мы в принципе делаем то, что нам хочется, исключительно после того, как любое возникшее желание, любое свое чувство соразмеряем с учением Церкви, проверяем, можно или нельзя.

Отец Максим: Каждое удовольствие должно быть проверено на соответствие заповедям Божиим.

Анна: Простой пример – пост. Вот у меня в холодильнике йогурт, мой любимый, с клубникой. Я хочу его съесть, и у меня есть такая возможность. Но я смотрю на календарь: «Ой, сегодня среда, я сегодня это не ем». Я съем этот йогурт, но на следующий день. А сегодня я не ем его не потому, что мне не хочется или меня кто-то за это побьет, но потому, что сегодня пост. Если ты христианин, ты всегда соразмеряешь себя с заповедями. Кстати, в такой жизни может быть море удовольствий, приятностей и глубже – радостей, но это отдельный разговор. Сейчас мы вот о чем: есть заповедь «не прелюбодействуй». Это заповедь о целомудрии, о верности – в частности, до брака, о верности будущей жене, будущему мужу. Это заповедь о том, что ты в половую жизнь вступаешь не просто так, но в определенных рамках.

Как ни крути, все упирается в вопрос, зачем мы живем на этом свете. А ведь мы живем не для того, чтобы получать удовольствие, но для того, чтобы прийти в Царствие Небесное. Потому что однажды моя жизнь закончится – сегодня, или через тридцать лет, или через восемьдесят лет, но это неизбежно. И жизнь нашей планеты закончится. И будет новое небо, и новая земля, и будет Царство Небесное, в которое мы либо войдем, либо не войдем.

Отец Максим: Этот ответ в лоб, конечно, абсолютно справедливый, базовый для православного христианина. Мой опыт подсказывает, что нецерковной аудитории то, что вы сейчас сказали, как раз подходит, как это ни странно. Когда им говоришь про Бога, им становится как-то неуютно, страшновато и приходится определяться, с Богом ты или нет.

Но я много общаюсь с молодежью и вижу, что чаще всего люди, в том числе даже церковные, не готовы это принять как данность. Они задают вопрос: «А почему это так?» Люди задают хорошие, честные вопросы, приходится объяснять. Так что я бы все-таки объяснил, а не просто сказал, что это заповедь и так Бог велел. Я бы здесь сказал вот о чем. И на Западе, и у нас появилось отношение к интиму фактически как к спорту или животному началу, как к чему-то полезному для здоровья. Близость свели на уровень йогурта в холодильнике. Это что-то несерьезное, не требующее даже эмоциональной привязанности к человеку, с которым ты спишь.

Анна: «Постель – не повод для знакомства».

Отец Максим: Да, точно: «Как зовут ее: Марина или Лена? Мне упирается в живот ее колено», – пел кто-то из бардов 80-х годов.

Но все же для большинства нормальных людей этого мало. Даже если они начинают с таких хаотичных отношений, с отношения к интиму как спорту, в какой-то момент они приходят к мысли, что этого недостаточно, что хотелось бы более серьезных, эмоциональных, глубоких отношений. Я сейчас даже не про христианство говорю, не про брак, а про то, что случайные, пусть и регулярные половые отношения препятствуют созданию устойчивых связей. Это первое. И это важно. И можно людям объяснить: если ты будешь спать с кем попало, то у тебя будут проблемы даже не с высоким христианским браком – проблемы будут просто с устойчивыми отношениями. Когда ты захочешь перейти к стабильным отношениям, у тебя уже будет плохо получаться.

Дальше. Люди все-таки пренебрежительно относятся к беспорядочным половым связям даже не как христиане, а просто потому, что воспринимают их как нечто недостойное. Люди обычно хотят чего-то более высокого.

Например, ситуация, когда двое уже полгода знакомы, даже тапочки у родителей завели… Почему на этом этапе все равно нельзя вступать в интимные отношения? Если не принесены, по-славянски выражаясь, «обеты», то есть не прозвучало обещание хранить любовь и верность, то оказывается, что нет той самой подпорки, благодаря которой ты можешь себе сказать: «Вот это моя жена. У нас еще нет детей, но я вижу эту женщину как мать моих сыновей и дочек, бабушку моих внуков, это моя подруга на всю жизнь». Без этой подпорки наши чувства теряют возможность конструктивно и продуктивно развиваться – они доходят до определенного физического и душевно-эмоционального уровня и дальше не идут. Потому что влюбленность возникает сама собой, твоей заслуги в этом нет, она просто однажды пришла и накрыла. Но любовь – это другое, она требует, чтобы человек вкладывался. Если ты не вкладываешься, любовь не растет. Даже если люди живут «гражданским браком», даже если у них в планах когда-нибудь оформить их союз, у них все равно не получится вкладываться по-настоящему. Потому что когда «мы планируем когда-нибудь зарегистрировать отношения», в этом есть условность, это предполагает, что если нам на каком-то этапе что-то не понравится, то мы спокойно расстанемся.

Анна: Мы живем с мыслью: если что-то пойдет не так, это не проблема – разойдемся, найдем себе новых партнеров.

Отец Максим: Да. Кстати, это проблема и современного брака. Потому что развод стал очень легким, у людей есть чувство, что они не связаны.

Вчера я шел по улице, смотрю – гроза жуткая, а перед этим жара стояла страшная, а в мае заморозки были, которые все озимые побили. И я подумал, что если бы мы жили лет двести назад, эта погода привела бы к тому, что у нас был бы тяжелый голод, вокруг нас умирали бы люди. Сейчас, конечно, голод нам не грозит. Возможно подорожание продуктов, но у нашего государства есть стратегические запасы, что-то привезем из Аргентины – в общем, проблем не возникнет. А в былые времена обычный крестьянин, наблюдая нашу погоду, понимал бы, что кто-то из его близких не доживет до весны. И что бы я стал делать, если бы был крестьянином в те времена? Я бы кинулся собирать грибы, сушить ягоды, сныть подрастающую, крапиву сушил бы. Я бы вкладывался изо всех сил, потому что понимал, что если я сейчас не вложусь, то сам погибну или мои родные просто не доживут до весны.

Так и отношения. Когда я понимаю, что это моя семья, моя жена и что это навсегда, я буду вкладываться в эти отношения примерно так, как тот средневековый крестьянин в заботу о пропитании. Нормальное отношение к мужу и жене примерно такое же, как мы относимся к детям. Ребенка же нельзя поменять, с ребенком нельзя развестись. С ним могут быть плохие отношения, он может вести себя безобразно, учиться плохо, хамить, еще чего-нибудь, может приобрести какие-то вредные привычки, но это все равно мой ребенок, я до конца буду в него вкладываться, что бы ни случилось. Но зачем я буду вкладываться в свободные отношения? Я в них до тех пор, пока мне нормально. Кому-то что-то не понравилось – мы разбежались.

В общем, легкие хаотические связи препятствуют установлению серьезных эмоциональных связей в будущем. И отношения без обязательств препятствуют возможности в дальнейшем иметь отношения с обязательствами. Это работает как запущенная программа действий. Все, что связано с интимом, мощнейшим образом формирует поведение человека в дальнейшем.

Людей со свободным отношением к половой связи вне брака раньше называли испорченными. Блудник – человек, который испортился. Он не сможет дальше хранить любовь и верность. То есть, конечно, измениться такой человек сможет – в христианстве возможно исцеление грешника, испорченного человека, но это потребует покаяния, настоящего переосмысления жизни. Но сам поступок, блуд мощнейшим образом рушит твое будущее.