Глава 1
Глава 1
Осень в Адлере все еще отдавала жарой и морем, но они были словно бы фоном к уходящему лету, его отголоском. Поймут эти слова только те, кто там хоть раз бывал в это самое зрелое время бархатного сезона.
Осенью город становился словно бы ароматнее. Словно бы за лето разом созревали все его запахи, складывающиеся в неповторимый колорит, раз и навсегда цепляющий воображение любого туриста. Воздух был густой, сладкий от дынь с близлежащего рынка и пряный от шашлыка, который дымился на мангалах у входа в наш ресторан. «Арарат» - место, где пахло историей, куражом и коньяком.
Я Антонина. Простая официантка в этом царстве хашламы, долмы и хинкали, протирала стаканы у бара, пока из колонок лился голос Араика Хачатряна - что-то про горы, любовь и кровную месть. Гости подпевали, стучали вилками по хрустальным рюмкам, а пожилой армянин в белоснежной рубашке и с золотым «Ролексом» на запястье затягивал «Крунк» так, будто от этого зависела его жизнь.
Скоро эта пряная романтика и меланхолия закончится и начнутся пляски под «Кайфуем, сегодня мы с тобой кайфуем». Не то, чтобы я не любила этот задорный ритм, в крови у каждого жителя черноморского побережья, просто как правило, под такие саундтреки градус алкоголя в крови наших посетителей обычно зашкаливал и включал функцию автопилота со всеми вытекающими…
Сегодня, правда, и без алкоголя градус в зале у нас поднялся повыше показателей на термометре по Цельсию…
Дверь вип- зала ресторана распахнулась с такой силой, что стеклянные бокалы на ближайшем столе звякнули, как испуганные колокольчики.
- Пошёл к черту, Армен! Я не выйду за тебя замуж!
Голос - как нож по фарфоровой тарелке. Резкий, звонкий, без права на возражение.
Мир померк на фоне этой воинственной амазонки с длинной копной белоснежных волос, которые сейчас, казалось, жили своей жизнью. Красотка модельной внешности вылетела на улицу, как ураган - в обтягивающем красном платье и шпильках, от которых моя собственная поясница заныла в солидарность. Разъяренная царица. Не иначе!
За ней бросился он, судя по ее хлесткому комментарию для всех нас, зрителей, тот самый Армен, посланный к черту. А красивый, блин. Ей под стать. Крутая пара, конечно. Как с обложки. Высокий, смуглый, в идеально сидящем черном пиджаке, который стоил, наверное, больше, чем моя годовая зарплата.
- Арина, подожди! - Его голос… Бархат и сталь.
Но она уже швырнула в него туфлей. Целься лучше, сестренка, - мелькнуло у меня в голове, пока каблук со свистом пролетал мимо его головы и приземлялся в тарелку с хачапури у какого-то растерянного туриста. А он еще на входе козу сделал, что у нас, видите ли, программа одноообразная и неоригинальная… Ан нет… Шоу то еще!
- Все кончено! - крикнула она, разворачиваясь так резко, что ее серьги-кисточки хлестнули по щекам, - Ищи себе другую дуру! Ее и лопошь! Я себя не на помойке нашла!
Армен застыл на пороге, как и все присутствующие в зале. Его пальцы сжались в кулаки, но не от злости - скорее, от бессилия. В глазах - буря. В ресторане воцарилась гробовая тишина, нарушаемая только шипением шампуров на кухне. Даже повара забыли, что у них каждая секунда на счету, как и репутация настоящих джигитов. Все ждали реакции Армена…
А он сам словно бы застыл в немой сцене. И я застыла в трех метрах от него. С полотенцем и полупустым ведром воды, которую я собрала из барного холодильника- он, как назло, потек…. В нем уже дырку можно было протереть, наверное…
- Что стоишь?! Беги за ней, тха (арм. парень)! - гаркнул тот самый пожилой армянин с «Ролексом», хлопнув ладонью по столу.
Даже красная фурия застыла, явно ожидая, что ее догонят…
Армен медленно повернулся на мужчину. Потом- на ту самую Арину, равнодушно скользнул взглядом по мне.
- Иди, Арина. Я тебя не держу. Сама приползешь, но будет поздно… Таких, как ты- пруд пруди, а я один! Первая встречная за меня с разбегу побежит!
В его голосе была сталь и твердость. Нет, конечно. Этот жгучий брюнет Армен явно не относился к категории тех мужчин, которые будут бегать за всякими там красными платьями…
Арина лишь фыркнула, развернулась и вышла за дверь.
Красное платье растворилось в адлерской ночи, оставив после себя только запах дорогих духов и скандала.
А я так и стояла с подносом в руках. Немая сцена продолжалась. Никто не сказал актерам, что нужно расходиться… Ну и комедия…
А может трагедия…
- Армен джан,- подошел все тот же мужчина с целым состоянием на руках. Похлопал по плечу парня,- ты, конечно, молодец, что так строго с ней, но что отцу скажешь? У тебя послезавтра свадьба… Сколько денег вложена, вай мэ… Сколько гостей позвали… - амот кез (арм.- стыдно), сынок… Люди не поймут… Ты же любишь эту девочку, выбрал ее, хоть мама была против русской…
- Такую дуру тоже не поймут…- пробубнил он и закурил прямо в зале. Хотя было нельзя…- если она сейчас меня так позорит, что потом будет…
- Сам ее выбрал… Тебе все говорили, что не стоит связываться с этой девушкой… Наша нужна… У Карапетянов какая дочка подрастает! Персик! А эта русская девочка разве для семьи? Она… так… Красное платье…- когда сказал про платье, как-то очень манерно поморщился,- А ты заладил: любовь, страсть, ее хочу… Отец твой покойный бы не понял…
- Точно не для семьи…- раздраженно откидывает сигарету Армен, даже не затушив.
И почему ему никто замечание не сделает?! Мы ведь в ресторане! У нас за такое нарушение из заведения выгоняют без права на возвращение! А если Санпин нагрянет? Потому от этих курильщиков потом столько штрафов прилетает…
Армен снова обводит зал глазами.
Видно, как он возмущен, как всклокочено его мужское самолюбие…
- И все же сынок, придется невесту вернуть… У тебя на свадьбу половина Еревана и Дилижана приехала. Вечером еще десять гостей из Москвы встречаю. Нет, племянник… Придется поступиться гордостью…
Армен хмыкает.
- Что там я этой дуре говорил?- снова вытаскивает пачку и закуривает. Нервничает дико, видимо…- что первая встречная за меня пойдет, да?
Нервно сглатываю, когда чувствую, что он… смотрит на меня…
Пальцем указывает.
- Ты. Замуж за меня выйдешь?- спрашивает в присутствии всего зала.
Я замираю. Как опоссум на ветке. Ведро и полотенце все еще в руках.
Это какой-то розыгрыш, может.
Но так я не звезда, чтобы меня так разыгрывали…
- Арм джан, ты что творишь? Остынь, сынок…- шокированно оглядывает меня с ног до головы взрослый «наставник» этот самого Армена.
- А что, дядя Самвел? Тоже блондинка, смазливая на мордаху… Родственники и не поймут подмены… А вы все… и так видели, как меня эта стерва унизила… Так что…- недобро усмехается,- что хуже может быть.
Дядя Самвел от новой порции шока аж горло продирает кашлем.
- Может… Еще кого подыщем… На набережную поехали, там еще много туристок… Э… Более похожих на Арину твою. Эта…- снова паузу делает и на меня смотрит, заставляя от этого покрыться липким потом,- ну как бы это сказать… Настоящая женщина, конечно, должна быть на всю кровать, но… Просто в этой очаровательной девочке как бы минимум две твоих Арины…
Все теперь смотрят на меня.
Жар приливает к лицу.
Какая лажа, а? Какой позор! Почему я должна это слушать?! С чего они вообще решили, что могут меня вот так оскорблять?!
- Не надо никого искать. Это с ней договаривайся, лебези перед ней. А эта своя. Крепостная,- снова хмыкает пренебрежительно,- что скажу, то и сделает! Поняла? Замуж пойдешь за меня, пышка!
И это не вопрос! Приказ!
- В смысле?- все еще думаю, что я может сейчас во сне или они на армянском говорят, а я ни слова не понимаю?
- В коромысле. Половина Армении приехала. Изобразишь мою невесту на торжестве, проведем брачную ночь- и свободна!
- Какую брачную ночь? Какую невесту? Вы в своём уме вообще?!- … Внутри все бухнет и трещит от обиды…- Вы что себе позволяете… оба…
Вот, есть такие девушки… Роковые… Которые могут в красном платье от такого убежать и хвостом махнуть. И есть я…
Даже толком заступиться за свою честь не могу…
Ну да, может быть, в понятии этих сухих дохлых селедок я и пышка. Но меня вот все устраивает! Не собираюсь я теперь в погоне за какими-то там левыми стандартами себя ограничивать в еде! Для меня, может, еда- это вообще единственное удовольствие!
Армен продолжает на меня смотреть, словно бы игнорируя вразумления дяди Самвела.
Музыканты снова начинают играть. Может быть, им знак подали секретный, чтобы не так позорно это все смотрелось и не все слышали наш ужасный диалог…
Все, словно бы, резко теряют к нам интерес…
Шоу закончилось…
Что-то из полублатного.
Все словно бы приняли всю правду момента- и его наглое предложение, и оскорбления, и это его «крепостная»…
- Что ты такая непонятливая, деваха?
- Почему, как раз понятливая…
Беру и с разбегу выплескиваю на него содержимое ведра.
Поделом.
Вот теперь глохнут все- и разговоры, и чоканья, и музыка… И даже шашлычники наши с кухни выныривают, забыв о мясе на огне…
Армен становится мрачнее тучи.
Медленно закрывает глаза, отряхивает пиджак, лицо протирает.
- Да, Арм джан… Не везет тебе на покладистых девушек…- причитает Самвел на пару тональностей ниже- и бочком, бочком… В сторону отходит.
Армен на удивление сохраняет спокойствие. Ну или что сейчас сделать ему?
Небрежно головой кивает мне в сторону випа.
- Зайди, поговорим…- произносит таким тоном, словно бы я моль,- не понтуйся только. Я совладелец этого ресторана. Уволю, если еще один финт… Так что выйди к моему водителю, забери в багажнике сменную рубашку, потом иди на кухню и неси порцию горячих хинкали и иди, не задерживайся.