Глаза девушки задрожали. Она, безусловно, испугалась моему яркому предупреждению. Многие гостьи многозначительно переглянулись.

Увы, но я не могу быть высмеянной на собственном чаепитии, Эйрин...

Похоже, я сумела напугать не только Эйрин, но и женщин. Каждая прочувствовала остроту атмосферы, витавшую вокруг меня.

Я старалась быть помягче, но что-то внутри меня ёкнуло, и желаемое не смогло воплотиться в жизнь, и я решила добавить что-то, чтобы разрядить обстановку.

— Аха-ха! — я просто рассмеялась, будто услышала веселую шутку. — Ваше Высочество, я же пошутила.

За столом женщины присоединились ко мне и расслабленно рассмеялись, а я продолжила:

— Если Ноа полюбит кого-то больше, чем меня, я его отпущу и пожелаю счастья. — легко произнесла я. — Потому что в первую очередь мы с ним друзья, а уже после влюбленные.

Наконец атмосфера разрядилась.

Я словила на себе немного восхищенный взгляд виконтессы и сверхвосхищённый взгляд Марии и Верты.

Эйрин расслабилась, даже воспряла немного, а Зена оставалась задумчивой и рассматривала дно своей чашки.

Интересно, что показала ей моя чашка на чаепитии виконтессы?

Застолье весьма быстро вернулось к обычной, дружелюбной атмосфере, когда дамы перешли на другие темы, забыв о недавнем напряжении. Но я просто не могла сосредоточиться на разговоре с гостьями. Каждый раз возвращалась к мысли о обедах Эйрин и Ноа.

Меня задело это... Но почему?

Наверное, из-за того, что я не знала об этом и попала в такую неловкую, можно сказать, вопиющую ситуацию. Меня это больше разозлило, чем обидело.

Надо бы сделать Ноа взбучку при встрече. Пусть предупреждает меня, если встречается с кем-то противоположного пола, дабы я не попала в подобную кошмарную ситуацию.

К счастью, чаепитие завершилось на легкой ноте.

Каждой гостье я подарила букет красных роз из сада и небольшой презент, когда одна за одной покидали особняк. Все дамы были приятно удивлены такому вниманию и, конечно, улыбаясь, приняли все подарки.

Я сделала это, чтобы смягчить нрав гостьей, которые точно захотят рассказать о произошедшем в социальных кругах. И это, по крайней мере, могло быть небольшой взяткой, которая заставит задуматься: а стоит ли говорить об отношениях Дианы и Ноа?

— Сегодня было весело, — отметила Эйрин, получая свой подарок.

— Я очень этому рада. — также вежливо ответила я и заставила себя улыбнуться как можно естественнее.

— Простите меня.

Я понимала, за что извиняется главная героиня, однако промолчала, а та продолжила:

— Мне жаль... Я не собиралась скрывать этого и не хотела стать причиной раздора между вами, потому и смолчала.

Как ни странно, прозвучало это весьма искренне.

Я кивнула, принимая извинения, и встретила следующих гостий — Марию и её мать.

Мы обменялись простыми благодарностями, и, получив подарки, мать и дочь грациозно удалились.

— Сегодня вы отлично держались, — начала Зена, мимолетно улыбнувшись. — Подобные слухи и сплетни будут преследовать тебя ежедневно, поэтому будь готова.

Как и сказала герцогская дочь Юрсен, обо мне и Ноа ходило множество слухов в высшем свете, и сейчас я была рада, что многие из них развеются. Жалко лишь, что нужных мне сплетен я не услышала, а самым неожиданным за день стало поведение Зены, которая казалась весьма расчётливой женщиной в высшем свете. Именно она, а не кто-то другой, помогла мне выкрутиться из нелепой ситуации.

— Было бы здорово встретиться в будущем в другом месте. — добавила Зена со слабой улыбкой.

Смутное ожидание и вопрос, смогу ли я поладить с ней, расцвели в сердце, словно цветок. До сих пор, посещая чаепития, я не слышала ни от кого такой чуткости.

— Спасибо, что пригласили меня. Буду рада увидеть вас в следующий раз.

— До сих пор я думала, что слухи о твоем недельном проживании у герцога были неправдой. — начала подошедшая ко мне Верта, принимая букет. — Ведь не многие говорили об этом, поэтому я усомнилась в правдивости информации. Я, конечно, не распространялась об этом слишком сильно — это весьма деликатная тема, но всё же было неправильно с моей стороны так резко спрашивать об этом. Прости.

В очередной раз за этот день я услышала извинения. Столь вежливое и спокойное извинение очень понравилось мне, затронув сердце своей искренностью.

После я проводила Верту до кареты с нежной улыбкой.

Я знала и боялась, что другие попробуют сблизиться со мной лишь ради очередных расспросов о Ноа или же для собственной выгоды.

Добродушные и милые слова для знатных дам равносильны обычному приветствию или обеду. Именно поэтому прежде я даже не задумывалась о дружбе, всячески избегая любого контакта с благородными дамами вне чаепитий. Я не могу быть уверена в том, кто кем является на самом деле. Быть может, они все преданны королеве, что пытается умертвить меня.

В результате этого ненависть и страх к Ингрид росли, а отношения между лицемерной знатью и мной — ухудшались. Это превратилось в порочный круг вранья, в котором я чувствовала себя одиноко, потому что мне просто некуда податься, некому открыть сердце — ни в особняке, ни за его пределами.

Наблюдая за уезжающей каретой, я почувствовала, как что-то тёплое разливается в груди. Впервые ощущаю подобное после очередного чаепития. Мое недовольство и раздражение не достигло пика, как случалось обычно.

Пока кареты одна за другой выезжали за железные ворота, я погрузилась в воспоминания об утре после вечера шахмат с Ноа.

То самое утро после шахмат

Освежающее утро встретило меня крепкой головной болью, словно кто-то ударил по ней молотком.

Медленно открыла глаза и, болезненно кряхтя, повернулась на бок.

Мужская грудь загораживала обзор на комнату, и, подняв сонный взгляд, я установила с будущим супругом зрительный контакт.

— Ты хорошо выспалась?

Хотя Ноа и интересовался моим состоянием, тон казался немного странным.

Медленно подняла одеяло, увидев не обнаженное тело, а ночное платье, и растерялась.

Обычно, просыпаясь рядом с таким, наполовину голым мужчиной в одной постели, ожидаешь увидеть совсем другое.

— Должно быть, ты хорошо спала.

Герцог растянул губы в глумливой ухмылке после моих первых хрипящих слов:

— Мы пили вчера…

— Да, а потом я лишь наблюдал за твоим сном.

Я рассмеялась, отметив благородство мужчины, что тихо посмеивался над моей растерянностью.

— Ты теперь ещё и смеёшься?

Напускное возмущение подействовало, как и планировалось.

— Нет, извини. Я не хотел засыпать, а собирался уйти после того, как ты уснешь, но уснул. Ты помнишь, что вчера было?

— Немного.

Ещё раз взглянула на мужчину, думая, что пора вставать. Хотя я и не смотрела на часы, но понимала — уже утро.

Несмотря на яркое солнце за окном, спальня оставалась тайным и тихим уголком, который будто бы остался в ночи.

Лежа на руке герцога, мои мысли посетили воспоминания о вчерашнем вечере.

— Ты в порядке?

— Да...

— Ты говорила во сне.

Я удивилась сказанному им:

— Правда?

— Это так раздражает. — негромко и немного нервно пробормотал он. — Ты упоминала Карлоса.

Я почувствовала, как мои брови поползли вверх.

— Из-за этого ты сердишься? Это же просто сны. Вчера был напряженный вечер. Неудивительно, что мне снились... странные люди.

— И это тоже.

Я прикрыла глаза, пытаясь понять, что же ещё могло повлиять на Ноа таким образом.

Герцог снова вздохнул, уткнувшись губами в мою макушку, и рукой, на которой я, по всей видимости, проспала всю ночь, крепче прижал к себе.

— Тебе лучше быть осторожной.

— С кем?

— С Карлосом.

— Очевидно, и всё же... — приобняла мужчину в ответ. — Почему?

Если Ноа говорит об этом так уверенно — возможно, он точно что-то знает. И от этого любопытство возрастало.

Герцог коснулся моей руки, и мы сплели пальцы.

— Он опасен.

— И снова очевидное заключение... — я усмехнулась.

— Да. Но всё равно будь осторожна. В прошлую вашу встречу он не был так тобой заинтересован, как вчера.

На мгновение я оробела, застыв, словно камень.

Мне показалось, что я ослышалась, ведь думала, что мне лишь почудилось, что интерес Карлоса сменил траекторию.

— Что ты имеешь в виду?

— К сожалению, он смотрит на тебя также, как и я. Не оставайся с ним наедине.

— Этого не произойдёт.

Мужчина коснулся моих волос, что небрежно были разбросаны по моим плечам и ему.

Отношения между нами изменились, как и атмосфера всего его дома стала совершенно другой.

В прошлом между нами, казалось, всё замерзало, ведь я не могла выносить обычной встречи с ним, не говоря уже о разговорах или чём-то большем.

Вспомнив об этом, я вздохнула.

— Мисс... — в комнате появилась Глория и, не глядя на кровать, продолжила говорить. — Вы должны подготовиться к завтраку с герцогом... Ага... Вот вы где, милорд. Я перенесу время завтрака.

— Нет. Мы уже проснулись.

Быстро протараторила я, подняла голову и приняла положение сидя. Но Глория смотрела лишь на полуголого лежащего Ноа, что просто ей кивнул.

— Да, перенеси на полчаса.

— Что? — переспросила я, повернувшись к мужчине.

— Да, думаю, нам не хватит получаса. На час.

Улыбаясь лишь глазами, он смотрел на растрёпанную меня.

— Слушаюсь.

Дверь плавно закрылась, а Ноа уволок меня к себе так неожиданно, что я не успела даже пискнуть.

Возвышаясь надо мной, он, взлохмаченный, но сексуально-красивый, смотрел, будто именно я и была его завтраком.

— Ноа?

Он не ответил, лишь опустил глаза к отметинам на моей ключице, скользя взглядом ниже к вздымающейся груди, на которой немного сползла ночная сорочка. Следующее поразило меня ещё сильнее.

Он медленно опустился к моим ключицам и, поцеловав розовые отметины, почти уткнулся носом в ложбинку между грудью, а я тем временем, не сдержавшись, ахнула.

Неужели он решился расширить свои благородные рамки сейчас?

Но нет...

Герцог, будто насладившись запахом моей кожи, нежно поцеловал меня в щеку, а после поднялся с постели и, откинув плотные шторы, открыл окно настежь, впустив свежий хвойный воздух.

Всё-таки он невероятно красив, особенно после пробуждения.