Глава 24. Даже у драконов есть бюрократия

Возвращение домой оказалось странным.

Мы вошли в нашу квартиру под вечер, усталые, грязные, пропахшие дымом и магией. Ксандер едва держался на ногах. Всю дорогу от Чёрного Пика он провёл в форме ящера, человеческая отнимала слишком много энергии, а истинная была пока недоступна. Маленький, ослабевший, с потускневшей чешуёй, он сидел на моём плече, обвив хвостом шею, и молчал.

Я отперла дверь, переступила порог и замерла.

Всё было точно так же, как мы оставили. Книжные стопки на полу. Немытая кружка на столе. Плед, свёрнутый в кресле. Его «сокровищница» на книжной полке, заколка, скрепка, пуговица, монетка, крышка от газировки. Всё на своих местах. Словно не было ни Совета, ни Чёрного Пика, ни Архимага. Словно мы просто вышли за продуктами и вернулись.

Но мы не просто вышли за продуктами. Мы уничтожили древнее зло. Мы спасли магический мир. Мы чуть не погибли.

—Дом, — прошелестел голос Ксандера в моей голове.

— Дом, — согласилась я.

Я сняла его с плеча и уложила на подушку. Он свернулся клубком, обвив хвостом край одеяла. Его чешуя была тусклой, не серой, как в первые дни, но и не той сияющей индиго, к которой я привыкла. Глаза горели слабо, как догорающие угли.

— Ты как? — спросила я.

—Устал. Очень устал. Но живой, — он прикрыл глаза. —Благодаря тебе.

— Благодаря нам, — я села на кровать рядом с ним. — Ты сражался как лев. Точнее, как дракон.

—Львы жалкие создания по сравнению с драконами.

— Вот таким я тебя и люблю. Невыносимым.

Он тихо фыркнул, это был почти смех.

Я заварила чай. Села у окна с кружкой и смотрела, как за стеклом сгущаются сумерки. Первые спокойные сумерки за долгое время. Никто не угрожал нам. Никто не требовал отдать Ксандера. Никто не охотился за нашей связью. Архимаг мёртв. Вэллс исчез, то ли погиб под завалами Чёрного Пика, то ли сбежал, но уже не представлял угрозы. Совет Магов снял все обвинения.

Мы победили.

Я отпила чай. Он был горячим, с жасмином, как всегда. Но почему-то казался вкуснее, чем обычно. Может быть, потому что я пила его, зная, что завтра не будет битвы.

*****

Следующие несколько дней прошли как в тумане.

Ксандер восстанавливался. Медленно. Очень медленно. Почти всё время он проводил в форме ящера, спал на подушке, пил чай из блюдца, иногда выползал на подоконник, чтобы посмотреть на город. Его резерв наполнялся по капле. Я помогала как могла, через связь, через прикосновения, через те самые «сеансы», с которых всё началось. Но теперь это было иначе. Не уроки. Не процедура. Просто близость. Просто любовь.

Морганус заходил каждый день. Приносил новости из Академии, восстанавливающие зелья (которые Ксандер пил с отвращением, но пил) и свои бесконечные вопросы. Старый профессор был счастлив. Его глаза горели, не только гордостью за ученика, но и предвкушением. Он уже строил планы: совместные исследования, лекции, статьи в магических журналах. «Вы представляете, сколько мы сможем узнать? Драконья магия, связь источника и дракона, ритуал единения - это же революция в науке!» Ксандер отвечал ему что-то язвительное, но я видела: ему приятно. Он снова был нужен. Не как оружие. Не как последний ресурс. А как учёный. Как учитель. Как друг.

Элли забегала реже, у неё были свои экзамены, но каждый раз приносила что-нибудь вкусное. Однажды целый пирог с яблоками. В другой раз шоколадное печенье. «Для восстановления», — говорила она, подмигивая. И я была благодарна. За пирог. За поддержку. За то, что она была рядом, когда это было нужно.

А я... я просто была с Ксандером. Спала рядом с ним (он по-прежнему предпочитал спать на моей подушке, свернувшись клубком). Готовила ему чай. Читала вслух книги, когда ему становилось скучно. Мы говорили о прошлом, о будущем, о том, что будем делать, когда он полностью восстановится.

—Я хочу путешествовать, — сказал он однажды вечером. Мы сидели на кровати: я с книгой, он в форме ящера, на моём плече. —Показать тебе мир. Настоящий мир. Горы, где я родился. Озёра, над которыми я летал.

— Ты уже говорил, — я погладила его по голове. — Я согласна. Только давай сначала я защищу диплом.

—Диплом? — он фыркнул. —Ты спасла магический мир. Какой диплом?

— Обычный. По артефакторике. Я четыре года училась, я не собираюсь бросать.

—Ты удивительная, — он прикрыл глаза. —Спасаешь мир, а думаешь о дипломе.

— Я думаю о будущем. О нашем будущем. Ты преподаватель, я артефактор. Будем работать в Академии. Жить здесь. Иногда путешествовать.

—Звучит как план.

— Это план.

Он тихо замурлыкал, странный звук, похожий на кошачий, но с вибрацией, которая отдавалась во мне через связь. Я улыбнулась. Кажется, мы оба заслужили немного покоя.

*****

На пятый день после возвращения Ксандер впервые перекинулся в человеческую форму.

Это случилось утром. Я просыпалась и увидела его. Он стоял у окна, обнажённый, с крыльями, плотно прижатыми к спине, с хвостом, обвивающим ногу. Солнечный свет (редкий для ноября) падал на его лицо, на чешуйчатые татуировки, на волосы, которые он не заплетал, они свободно спадали на плечи.

— Ты перекинулся, — сказала я хриплым со сна голосом.

— Да, — он повернулся ко мне. — Резерв восстановился процентов на сорок. Достаточно, чтобы быть человеком несколько часов.

— Это хороший знак.

— Это отличный знак, — он подошёл к кровати и сел рядом. — Я хотел тебе кое-что сказать.

Я села, подобрав ноги. Сердце забилось быстрее.

— Что?

— Я думал о нашем будущем. О том, что мы будем делать. О связи крыла.

— Связь крыла?

— Я говорил тебе о ней. Это древний ритуал. Союз дракона и источника. Клятва, которая связывает навечно, — он взял мою руку. — Я хочу дать тебе эту клятву. Если ты согласна.

Я смотрела на него. На его серьёзное лицо. На его янтарные глаза, которые горели, теперь не голодом и не яростью, а чем-то другим. Чем-то тёплым. Чем-то, что было только для меня.

— А как же моя смертность? — тихо спросила я. — Ты готов связать себя с тем, кто проживёт всего пятьдесят-шестьдесят лет?

— Я уже ответил на этот вопрос. Я предпочту пятьдесят лет с тобой, чем вечность без тебя.

— Но...

— Никаких «но», — он приложил палец к моим губам. — Я знаю, на что иду. Я знаю, что однажды потеряю тебя. Но до этого дня я хочу быть с тобой. Полностью. Без остатка. Связь крыла - это не просто слова. Это клятва на крови и магии. Она сделает нас единым целым.

— Мы и так единое целое.

— Да. Но я хочу, чтобы это было официально, — он улыбнулся. — Даже у драконов есть бюрократия.

Я рассмеялась. Смех получился нервным, но искренним.

— Ты делаешь мне предложение?

— Да. Именно.

Я посмотрела на него. На его лицо, которое я знала так хорошо. На его руки, которые держали мои. На его крылья, которые чуть приподнялись за спиной, создавая полукруг.

— Да, — сказала я.

— Что?

— Да. Я согласна. Связь крыла. Клятва. Всё. Я хочу быть с тобой навсегда. Сколько бы «навсегда» ни продлилось.

Он выдохнул, словно всё это время не дышал. Потом наклонился и поцеловал меня. Медленно. Нежно. Его хвост обвил мою ногу. Его руки притянули меня ближе.

Когда мы оторвались друг от друга, я спросила:

— А как проводится этот ритуал?

— Это... — он замялся. — Это довольно интимно.

— Интимнее, чем наш ритуал в Чёрном Пике?

— Примерно так же. Только без Архимага.

— Значит, уже лучше.

Он рассмеялся и поцеловал меня снова. А потом мы занялись любовью, медленно, нежно, без спешки. Не ради ритуала. Не ради энергии. Просто потому, что мы оба этого хотели. Просто потому, что мы были живы. Просто потому, что мы были вместе.

И когда он заснул после, в человеческой форме, раскинув крылья на полкровати, я лежала рядом и смотрела на него. На его лицо, спокойное во сне. На его татуировки, которые тихо мерцали. На его хвост, который даже во сне обвивал мою лодыжку.

Я думала о том, как странно повернулась жизнь. Ещё два месяца назад я была одинокой студенткой с синдромом отличницы и страхом перед близостью. А теперь у меня есть дракон. Любимый дракон. Который делает мне предложение. Который готов связать со мной свою вечную жизнь, зная, что я смертна.

— Я люблю тебя, — прошептала я.

Он не ответил, спал. Но его хвост чуть крепче сжался вокруг моей ноги.

И этого было достаточно.