— Дорогие новобрачные!

Говорят, что брак — это союз двух людей, которые умеют друг друга понимать и терпеть… но в вашем случае, судя по всему, речь идет о настоящей любви — и это куда сложнее! Так что мое вам искреннее восхищение.

Желаю, чтобы в вашей семье всегда царили уют, смех и взаимопонимание. Пусть бытовые штормы разбиваются о скалы вашего терпения, а радость множится, как хорошие анекдоты — чем больше их слышишь, тем веселее становится.

Живите дружно, любите искренне и не забывайте: в спорах рождается не только истина, но и опыт… а опыт, как известно, бесценен. Хотя, если честно, лучше без споров — так нервы целее.

Пусть ваш союз будет таким же крепким, как сталь, закаленная умелым мастером, и таким же светлым, как рассвет над родным городом. Пусть в нем всегда живет тепло домашнего очага и радость от того, что вы рядом — день за днем, год за годом, всю жизнь!

Так что же я хотел сказать? Ну, конечно же, горько, но пусть это горько для вас станет сладко.

— Горько, — подхватили остальные гости.

Пришлось в который раз подниматься и целовать зардевшуюся невесту. Вот уж кто сейчас себя на седьмом небе чувствует. Все же, что ни говори, а свадьба — женский праздник. Или просто во мне сейчас снова голос взял старый циничный перец, который временами просыпается, несмотря на бурлящие молодые гормоны?

Но Ширвиндт, конечно, тот еще кот-баюн. Он как-то незаметно сам себя назначил тамадой, так что наш штатный свадебный говорун предпочитает помалкивать. Нет у него такой вкрадчивой интонации, такого умения держатся перед публикой, полностью завладевая вниманием зала, такой комичной величавости. Миронов тоже выступил, но в основном предпочитает разговаривать с другими гостями. Вон, Строгина рядом место заняла, активно общается с бывшим школьным знакомым. Зато Ширвиндт разливается, вовсю импровизируя.

Витька трудится в поте лица, запечатлевая нашу свадьбу на пленку. Ну, да, из США мне подарок передали — прекрасную полупрофессиональную видеокамеру JVC и пару десятков чистых кассет. Это не считая те, что с фильмами. Кстати, среди них прислали и «Неспящих в Анкоридже». Без перевода, но ничего страшного, сам его сделаю. Я уже пообещал завтра устроить премьеру для особо уважаемых гостей.

Фотосъемкой занимается Петр Степанович — штатный фотограф из газеты. Он профессионал с многолетним опытом, поэтому за качество фотографий можно не переживать, сделает в лучшем виде. Увы, сам заняться съемкой не могу, иной раз замечаю прекрасный ракурс, рука тянется, а нельзя, никто не поймет, если я брошу невесту и начну с фотоаппаратом баловаться.

В ресторане я большую часть зала снял, но остальное помещение продолжает работать как ресторан, столики там заняты завсегдатаями и, такое ощущение, что пришли люди специально посмотреть на нашу свадьбу, причем люди не простые. Ну, да, не часто в Магадане на бракосочетании ведущим работает Ширвиндт, а песни поет Миронов. Андрей отказываться не стал, улыбнулся своей знаменитой, чуть смущенной улыбкой на просьбы общественности и пошел к микрофону. Витька тут же поставил «Шарп» на запись. Вот кому не до застолья. Не пьет, почти не закусывает, с горящими глазами занимается записывающей аппаратурой. Не ожидал от него такой увлеченности. Но, чувствую, видеокамеру у меня отожмут. Придется еще одну покупать.

Вчерашний приезд артистов вызвал настоящий фурор. Я гостей из Москвы не ждал совершенно, замотался и не обратил внимания, что среди телеграмм с поздравлениями скромно затесалась еще одна, где было написано: «Встречай, прилетаем вечерним рейсом, Миронов». И номер рейса с указанием времени приземления самолета. Серега три раза мотался в аэропорт днем за моими родственниками. Ну, и вечером поехал, думая, что это еще одни родственники, только на этот раз с материка.

А теперь представьте степень его офигения, когда вместо очередной семьи на его одиночный пикет с самодельным плакатиком «Миронов, свадьба», сделанным из куска ватмана, от толпы пассажиров действительно подошли Миронов в сопровождении Ширвиндта. Ошибиться никак нельзя было, сколько раз он их обоих на экране телевизора видел даже сосчитать трудно.

Другие люди артистов тоже явно узнали, судя по удивленным лицам, которые пассажиры, как подсолнухи за солнцем поворачивали за артистами. Только тут Сергей вышел из ступора, сказав, что его послали встречать прибывших. Быстренько получили багаж и парень почти побежал к машине, наотрез отказавшись отдать вещи, тем более, не так их много было, две не слишком тяжелые сумки.

— Поразительно, неужели это Запорожец? — спросил Ширвиндт, когда к машине подошли.

— Там удобно и тепло, — извиняющимся тоном пояснил парень, заметивший, что артисты поеживаются.

Еще бы, на Соколе градусов 35, да и в Магадане всего на десять градусов теплее, а оба артиста легковато для севера оделись. Усадив пассажиров, Серега сразу же на полную включил печку, не хватало еще, чтобы простыли. Хорошо, что он на минимуме оставил подогрев в салоне. Очень удобно, что в Запорожце его можно включать даже при заглушенном двигателе.

— Первый раз нас в Запорожце встречают, — опять хмыкнул Ширвиндт, поерзав в кресле, — Но довольно удобно.

— Мы в вчетвером машину переделывали, Сашка, Майкл, Игорь и я, — охотно объяснил Сергей, уже освоившийся в компании звезд, — Саша говорит, что для того, чтобы по нашей трассе носиться, самая подходящая тачка. У нас же бетонка только до аэродрома, а остальная дорога — везде грунт. А бывает и в тайгу выезжаем. Проходимость хорошая, мороза машина не боится, у нее же нет радиатора, починить на коленке можно и не жалко, если повредишь. Мы на ней и на охоту ездили и на рыбалку и за грибами. У Саши еще мотоцикл есть, но на нем зимой у нас ездить слишком холодно.

* * *

Я, когда в себя пришел, сразу же развил бурную деятельность. Первым делом на стол сообразил закуску — люди с дороги, им в себя прийти нужно. Мне Серега сказал, что гости слишком легко для наших мест одеты. А ведь пока ветра нет. А если задует? В московских курточках околеть можно. Выяснил размеры и первым делом рванул на автомобиле в «Альбатрос», благо он сегодня работает. Выбрал подходящие парки, меховые шапки, заскочил к Михельсону, и с ним вместе смотались в обувной магазин, где по великому блату купили отличные теплые ботинки с меховой подкладкой. Вот теперь другое дело.

Приехал, заставил артистов примерять, тут же и Соломон крутиться. Как же, пропустит ушлый маклер такое событие.

— Саша, это дорого, — заявил мне Миронов.

— А ходить по Магадану в вашей одежде — это опасно, — возразил я, — Одевайтесь, сейчас поедем в гостиницу. Хотя тут рядом, можно и пройтись, если не возражаете. Погода-то сегодня отличная, для прогулок располагающая. Ветра нет.

— А что, у вас сильные ветра? — заинтересовался Ширвиндт.

— Бывает, — я неопределенно пальцами покрутил, — Иной раз так задувает, что можно почти параллельно к земле наклониться и не падать. В момент выстудит до ледышки. А сегодня хорошо.

Переодел гостей, и мы в гостиницу пошли. Нет, можно было и дома комнату предоставить, но это как-то по жлобски бы выглядело, тем более что у нас и так Витька живет. Он, кстати, прямо так скромно себя вел, увидев на пороге Миронова, на него не похоже. Обычно он громогласный и грубоватый. Впрочем, при его габаритах ему идет.

Решили все-таки пройтись, тут действительно пять минут ходьбы. Всей компанией и пошли. А народ, что навстречу попадается, я смотрю, все больше большеглазый попадается и открыторотый. Никогда такого эффекта не встречал, некоторые даже не моргают, феномен, да и только. Оборачиваются, стоят, вслед смотрят. М-да, то-то разговоров в городе будет.

В гостинице как обычно на стойке «мест нет», но когда я свой членский билет выложил, а точнее, когда до администратора дошло, кого заселить нужно, то как-то все чудесным образом решилось. Я лучший двухкомнатный люкс снял. Полагаю, его специально для всяких высокопоставленных чиновников и партийных работников держали. Оставил Миронова с Ширвиндтом отдыхать, сам спустился, заказал ужин на всю компанию часа через три. А пока время есть, вернулся домой, завел Запорожец, да рванул в общагу к Алисе. Надо же выяснить, почему не только Миронов, но и Ширвиндт приехал, не может такое спроста быть.

Узнать не удалось, вредные девчонки с примкнувшей к ним вахтершей наотрез отказались меня не только пускать, но и сообщать Алисе, что я пришел.

— Завтра, — говорят, — Все завтра, а сегодня и не думай.

Даже слушать не стали, когда я начал объяснять, что дело срочное. Полный игнор, ох уж эти бабы, даже если они девушки. Плюнул и домой поехал. Надо машину в гараж поставить, на завтра я в таксопарке заказал «Волгу». Нет, я запросто в ЗАГС и на Запорожце приехать могу, мне ничего не стоит, но народ не поймет. Опять же гостей тоже нужно привезти, так что заказ на пять автомобилей. Ненадолго в принципе. Забрать меня с невестой, парней, подружек Алисы, родственников и гостей из гостиницы. Плюс часть народа сами подъедут или подойдут. Но в целом в ЗАГСе не так много людей будет. Основная масса народа соберется уже на застолье в ресторане.

Мне наш секретарь предлагал помощь от института и комсомольской организации, но проводить обед в актовом зале или столовой я не захотел. Я не любитель алкоголя, но устраивать профанацию с антиалкогольной свадьбой — увольте. Сидеть, подкрашенную заваркой водку дуть, изображая чаепитие? Это издевательство какое-то.

Что я действительно с удовольствием принял из помощи — это предложение ребят и девчат из агитбригады, которые решили небольшой концерт устроить. Как раз и репризу из «Уральских пельменей» покажут, которая «Студенческая свадьба» называется. В этом мире я ее в наглую свистнул, и себе присвоил. Еще будут песни и танцы, в том числе наш с Алисой, мы с ней два месяца по часу в день танго разучивали. Не уверен, что блеснем на высоком уровне, но и в грязь лицом упасть не должны.

* * *

Ангелина Николаевна Осина как обычно допоздна работала в своем кабинете. Еще достаточно молодая, 48-летняя женщина с 79-го года занимала пост первого секретаря горкома КПСС Магадана. Жесткий руководитель, она прекрасно знала, что ее за глаза называют «железной леди».

Как начальник Осина прошла длительный путь. Начинала с механика на Благовещенской швейной фабрике, потом попала на пост инструктора райкома КПСС. В 1962 году переехала в Магаданскую область, получив назначение на комсомольскую работу, дойдя до поста первого секретаря Чукотского окружкома ВЛКСМ, позже перейдя на партийную работу. К Магаданской области она прикипела. После Чукотки ее перевели на работу в столицу Колымского краса, сначала заведующей сектором информации Магаданского обкома КПСС, затем заместителем председателя облисполкома.

Параллельно с работой женщина окончила Академию общественных наук при ЦК КПСС, защитила диссертацию на соискание степени кандидата исторических наук. Пост председателя горкома партии стал вершиной ее карьеры.

Строгий, но эффективный руководитель, Осина предпочитала держать под контролем все аспекты жизни города, причем ее работа шла на пользу горожанам. Именно при ней развернулось по-настоящему массовое строительство. Начали сносить ветхие бараки, иные из которых остались еще с 30-х и 40-х годов. Зато активно развернулась стройка нового жилья, возводились целые микрорайоны: Пионерный, Новый центр, Нагаево, Моргородок, ряд других. Дома строились современные, с хорошей площадью, многие с улучшенной планировкой.

Осина не просто давала планы, а лично вникала в процесс и жестко контролировала строителей. Если застройщик затягивал сроки, «замораживал» объект или допускал приписки, она настаивала на принятии в отношении него жестких мер, доходило порой до возбуждения уголовных дел. Еще один важный момент — она всегда настаивала, чтобы вместе с жилыми домами сразу благоустраивали дворы, сооружались детские площадки, зоны отдыха. Параллельно со строительством жилья в Магадане ввели в строй новый корпус больничного городка, строили школы, детские сады, поликлиники, объекты культуры и спортивные сооружения.

Нужно сказать, что Осина не только в кабинете работала, она постоянно требовала от аппарата горкома не ограничиваться бумажными отчетами, а напрямую общаться с магаданцами. Заставляла ходить по общежитиям, жилконторам, встречаться с трудовыми коллективами, чтобы видеть реальную картину проблем горожан, да и сама это делала, не только подчиненных посылала.

В общем, можно сказать, что нынешнего первого секретаря многие уважали, кто-то побаивался, а кто-то и откровенно недолюбливал, а то и ненавидел.

Осина уже собиралась уходить, когда в дверь кабинета постучали.

— Вы поздно сегодня, Сергей Павлович, — обратилась хозяйка кабинета к вошедшему референту, — Что-то случилось, что я должна знать?

— Все хорошо, Ангелина Николаевна, но появилась интересная информация, я подумал, что возможно вы заинтересуетесь.

— Я вас слушаю.

— В город приехали известные артисты — Андрей Миронов и Александр Ширвиндт.

— Вы серьезно? — удивилась Осина, — У нас проходят гастроли театра из столицы? Странно, что я не знаю.

— Нет, гастролей нет, насколько я выяснил, они прибыли по частному делу, в гости приехали.

— Да, и к кому же? — полюбопытствовала Осина.

— Сам удивился, но они приехали на свадьбу обычных студентов.

— Это что же за студенты у нас такие? — в изумлении подняла брови первый секретарь.

— Как ни странно, но именно, что обычные. Александр Гарин и Алиса Селезнева, студенты третьего курса. Он учится в нашем отделении Хабаровского политехнического, она в Педагогическом.

— А кто родители?

— Обычные рабочие на приисках.

— Может, высокопоставленные родственники?

— Нет, ничего такого.

— Странно, и при этом двое самых известных артистов страны приезжают в Магадан на студенческую свадьбу? Сергей Павлович, вы уверены в ваших сведениях? Слишком уж они необычные.

— Сам удивился, поэтому собрал доступную информацию. Зачитать?

Дождавшись кивка от хозяйки кабинета, референт принялся читать с листа:

— Гарин Александр Глебович. Жил с дедом и бабушкой, последние два года десятилетки провел в интернате. Отец работал у нас в области, матери нет. Отец в настоящее время женат на другой женщине, есть еще два сына школьного возраста, единокровные братья Александра. В 1984-м году Александр приехал к нам с материка, подал документы в Политехнический институт на кафедру геологии. Уже при поступлении помог разобраться с поступившей в институт вычислительной техникой. В совершенстве знает английский язык, на первом курсе принимал участие в переводе двух иностранных учебных пособий. По комсомольскому поручению написал цикл статей по истории Магадана, после чего был принят внештатным сотрудником в «Магаданскую правду». Также есть публикации в журнале «Вокруг Света».

— Стоп, я помню эти статьи в газете, не думала, что их написал студент первого курса, мне они понравились, — перебила референта Осина, — Но продолжайте, Сергей Павлович.

— Опубликовал в нашем издательстве книгу на основе упомянутых выше газетных статей, затем цикл из трех повестей для детей. В том же году журнале «Вокруг Света» вышла научно-фантастическая повесть «Марсианин», получившая широкий резонанс. Также привлекался для встречи и сопровождения американского студента, прибывшего в наш город по программе студенческого обмена. В 85-м в августе по заданию редакции должен был лететь в Якутию, но… вы должны помнить этот случай, самолет оказался на Аляске.

— Да, действительно, крайне неприятная история.

— Очутившись в США, каким-то образом привлек внимание американского издательства, в результате чего в США заинтересовались его книгами. У наших читателей после зарубежной публикации книги парня вызвали еще больший интерес. В «Молодой гвардии» у него за последние два года вышли три книги, в «Детской литературе» еще две. Мне сообщили, что по его сценарию Марк Захаров поставил спектакль, а в США снято два фильма.

— Погоди, — задумчиво произнесла Осина, — А как он издал книги в США? Нелегально?

— Нет, все законно, через наш ВААП.

— Прыткий молодой человек. Что-то еще?

— Да, последние два года студенческие концерты на Новый Год, 7-е ноября, 1-е мая ставились в основном по его сценариям. Помните, вы еще говорили, что студенты молодцы?

— А что как ее, Селезнева?

— Вот здесь ничего особенного, обычная студентка. Отличница, хорошо характеризуется в институте.

— А сам этот Гарин, он-то как учится при такой бурной деятельности?

— Как ни странно, на отлично, опубликовал три научные публикации в профильных журналах. Кроме того, его в институте приняли на работу старшим лаборантом, фактически он заведует классом вычислительной техники, преподает на курсах.

— Что-то еще есть на него?

— Не белоручка, на первом и втором курсах работал в свободное время в студенческом общежитии сантехником и электриком на полставки, а реально делал практически все по ремонту. В прошлом году в общежитии поменялся комендант, с ней Гарин не нашел взаимопонимания, сейчас снимает квартиру в городе. Также в прошлом году Гарину вручили премию Ленинского Комсомола за литературную деятельность. Есть несколько наградных комсомольских значков. В США получил золотую медаль. По возвращении в Москве был награжден орденом Дружбы народов из рук Горбачева.

— Интересно, а за что же его американцы наградили? — удивилась Осина.

— Пока не знаю, но я выясню.

— Где же он с Мироновым и Ширвиндтом умудрился познакомиться? — потерла лоб Осина.

— Видимо, в Москве, спектакль Захарова поставлен по книге Гарина.

— Сергей Павлович, это не просто познакомиться нужно, чтобы на твою свадьбу такие занятые люди сорвались, через всю страну отправились. Тем более артисты высшего уровня, солидные, в возрасте, известные всей стране.

Референт промолчал, только выразительно пожал плечами.

— Надо же, какие кадры у нас в городе встречаются, — хмыкнула первый секретарь, — Нужно присмотреться к этому юноше. Вот что, Сергей Павлович, поподробнее собери информацию об этом студенте и его невесте и мне на стол. Кстати, где свадьба намечается?

— В ресторане гостиницы «Магадан».

— Однако для студентов шикарно. Хорошие гонорары получает?

— Я так понимаю, да, вот список комсомольских взносов по месяцам, — референт положил листок на стол перед хозяйкой кабинета.

— Весьма состоятельный молодой человек, — подытожила Осина, пробежав глазами документ, — Действительно, может себе позволить. Весь ресторан сняли?

— Половину зала, на остальной можно заказать столик, но музыкальная программа завтра будет только свадебной.

— Вот что, Сергей Павлович, закажи-ка нам на двоих столик, нужно посмотреть, что там за торжество.

* * *

Столики в ресторане оказались заняты полностью, ни одного свободного. Ангелина Николаевна поняла, что основная часть собравшихся пришла с единственной целью — посмотреть артистов. Не часто в Магадан прилетают Миронов и Ширвиндт. Если честно, то такое первый раз произошло. За одним из соседних столиков она разглядела Александра Дмитриевича Богданова — первого секретаря магаданского обкома. Значит, и ему доложили о необычной ситуации.

Первое, что не понравилось Осиной — вино и крепкий алкоголь на свадебных столах, и это несмотря на последние рекомендации по проведению безалкогольных застолий на студенческих торжествах. Пьянства Ангелина Николаевна, как большинство женщин, на дух не переносила, с воодушевлением принявшись действовать после объявления в стране сухого закона.

Благодаря ее решениям в городе сократилось число винно-водочных магазинов и пивных баров, был остановлен и закрыт винно-водочный завод. Вместо его продукции расширили выпуск безалкогольных напитков, причем хороших, появление в магазинах лимонадов «Крем-сода» и «Колокольчик» было продавлено энергичной главой горкома.

И ведь результат налицо — в прошлом году на предприятиях города в три раза сократилось количество прогулов и нарушений общественного порядка. А тут, вон, наливают, что сразу настроило женщину против мероприятия.

Однако пьяных видно не было. Застолье проходило хоть и весело, но без эксцессов. Люди зрелого возраста и студенты предусмотрительно рассажены за разные столы. Женщина разглядела среди гостей ректора Политехнического института, редакторов «Магаданской правды» и городского книжного издательства, председателя местного отделения Союза Писателей. Это было бы удивительно, но после ведущих столичных артистов странным уже не казалось.

Молодежь целый концерт устроила, причем интересный и веселый. Особенно Осиной понравилась сценка с комсомольской свадьбой, хотя студент, который на сцене изображал острое желание пойти в туалет был явным перебором. Хотя, честно говоря, получилось очень смешно.

Студенты пели совершенно незнакомые песни и довольно хорошо. Две песни исполнил Миронов. Очень оживлял праздник Ширвиндт, взявший на себя обязанности ведущего. Осина сначала думала, что артистов пригласили за деньги, но понаблюдав, она изменила мнение, Миронов очень уж тепло общался с новобрачными, явно по-дружески, так с малознакомыми людьми себя не ведут.

— А сейчас новобрачные сделают подарок для всех, кто почтил присутствием их торжество, — раздался бархатистый голос Ширвиндта, — Песня «Потому что нельзя».

Ну, да, опять я пошел на криминал. Вот не люблю я красть творчество соотечественников, но повадился кувшин по воду… ну что ж поделать. Мне нужно было что-то такое, чтобы всем понравилось. Мы неделю с Алисой втайне репетировали.

Осина увидела, как на сцену поднимаются новобрачные. Высокий парень рукой сделал отмашку оркестру, наклонился к микрофону:

— 'Облетела листва, у природы свое обновленье,

И туманы ночами стоят и стоят над рекой.

Твои волосы, руки и плечи — твои преступленья,

Потому что нельзя быть на свете красивой такой'. [1]

Осину неожиданно захватило исполнение. «Надо же», — подумала она, — «Какие красивые строки». Внезапно защипало глаза. Новобрачные сошли со сцены. К этому моменту люди за столиками давно уже практически влились в мероприятие, активно аплодируя происходящему на сцене и принимая участие в танцах.

— Вам налить, Ангелина Николаевна? — раздался голос референта.

— Вроде же не заказывали? — удивилась Осина.

— Официант принес. Подарок от новобрачных всем присутствующим.

— Ну, что же, уважим. Мне немного.

* * *

[1] песня композитора Игоря Матвиенко на слова Михаила Андреева, написанная в 1997 году. Впервые ее исполнила группа «Белый орел» с вокалистом Владимиром Жечковым