Две недели после происшествия с пощёчиной и упавшей на принца Корнеля люстрой прошли для меня очень спокойно.

Работы было немного, хотя вначале я опасалась, что Его Высочество Эдвард завалит меня поручениями и делами, как грозился. Но нет, почти всё время принц проводил в подвале, где находилась его лаборатория, предоставляя мне само́й придумывать себе занятия.

Что он там делал, я понятия не имела. Но видимо, это было что-то важное и серьёзное, потому что принц проводил там бо́льшую часть дня, а иногда и ночи. Я спала чутко и нередко слышала его осторожные шаги в коридоре, ведущем из подвала.

Обычно принц уходил туда сразу после завтрака и выходил только к обеду. После чего снова исчезал в лаборатории до самого ужина, а иногда и его пропускал. И каждый раз, когда я видела Его Высочество выходящим оттуда, на лице у него была хмурость. А один раз мне показалось в них отчаяние…

Я занималась тем, что поддерживала порядок и чистоту в доме. Трудилась над ужасно запущенными клумбами и живой изгородью вокруг дома, возвращая им аккуратный вид и ухоженность.

Болтала с шейдами, если принц Эдвард не мог меня видеть. Играла с Кусариком, который поначалу дулся на меня непонятно за что, но вскоре оттаял. Повеселел, распушился и таскался за мной хвостом по всему дому. Только в кухню, как и шейды, никогда не заходил. А я, видя это и помня слова принца, попыталась выяснить, кто такой этот загадочный Фамор.

Для начала пошла в кладовую. Собрала по-прежнему валяющиеся на полу сушёные ягоды можжевельника. Завернула их в платок и спрятала в карман. Затем громко, глядя в тот угол, где в первый день заметила шевеление, сказала:

— Спасибо, Фамор, за то, что помог мне. Прими в благодарность от меня подарок, — и положила на пол красивый, ярко-жёлтый цветок. Его я накануне купила на ярмарке в соседнем городке: почему-то мне подумалось, что если Фамор дарит мне ягоды, то цветы ему понравятся.

Положив цветок, я подождала ответа или какого-то знака, что меня услышали. Не дождавшись, ушла из кладовой и занялась своими делами. Однако через час цветка в кладовой не оказалось. Зато на его месте лежала гроздь сушёной рябины…

Вдобавок к уборке я готовила принцу еду и накрывала на стол в строго назначенное время: семь утра, час дня и шесть вечера. Готовить я не особенно умела, в чём сразу призналась хозяину дома. Но он лишь пожал плечами:

— Я не привередлив в еде, Роксана. Главное, не отрави меня и не приготовь совсем уж отвратительную бурду, — и ушёл в свою лабораторию, больше не обронив ни слова и не глядя на меня. Он вообще почти не смотрел на меня, и мы практически не разговаривали…

Спина у него, наверное, зажила быстро. Во всяком случае, когда я заикнулась о том, что нужно обработать его раны, равнодушно отказался, сославшись на драконью регенерацию. Естественно, настаивать я не стала…

Таким образом, дни в таинственном и мрачном замке «Мираж» проходили для меня легко, спокойно и немного скучно. Единственной радостью была библиотека, где я обнаружила массу интереснейших книг. Ещё поездки в соседний городок: там я закупала продукты, всякие мелочи для дома, да на магопочте по переговорному артефакту разговаривала с Амели.

Голос сестрёнки с каждым днём звучал всё веселее и счастливее. Ни одного приступа за это время у неё не случилось, и я совсем успокоилась — проклятие снято!

Единственное, что меня продолжало тревожить, — это исчезновение «Крови Перворождённого». Я всё время ждала, что принц Эдвард заговорит о реликвии и потребует вернуть её. Но он лишь спросил однажды, помог ли моей сестре артефакт? Услышав моё счастливое «да», кивнул и негромко произнёс: «Хоть кому-то он пригодился» — и больше не возвращался к этой теме.

В первые дни своей отработки я отправила объявление в газету о поиске нового помощника. Но за почти две недели на него по непонятной причине никто не откликнулся. И это было странно, ведь жалование в объявлении указали более чем высокое. К тому же предоставлялось жильё, и обычно на такие должности находилось множество желающих.

Возможно, дело было в самом работодателе, у которого я была уже сорок девятым по счёту помощником. Или в мрачности и уединённости замка, где предлагалась работа. А быть может, в длинном списке требований к соискателю и еще более длинном перечне его обязанностей… Не знаю, в чем именно была причина, но желающих занять моё место не наблюдалось совершенно…

В любом случае меня это обстоятельство особо не волновало. По контракту, который мы с принцем заключили, я должна находиться в его замке до появления нового помощника, но не дольше трёх месяцев. Даже если никто не займёт моё место, две недели из трёхмесячного срока уже прошли. Практически пролетели — я их даже не заметила. И была уверена, что оставшиеся десять промчатся так же быстро.

Моя уверенность, что совсем скоро я вернусь к прежней жизни росла и крепла. Но сегодня утром в замок принесли почту и с ней я получила письмо от Филлипа. А перед этим приехал необычный гость…