Я проснулась от знакомого низкого уверенного напева, доносящегося из-за стены. Игорь уже был в душе. Я медленно потянулась, ощущая приятную тяжесть в мышцах. Лучи утреннего солнца робко пробивались сквозь жалюзи, рисуя на полу золотистые полосы.

И тут меня накрыло осознание. Чистое и ясное. Я лежала и не чувствовала ни капли стыда, ни уколов совести, ни привычного фонового страха. Внутри была лишь глубокая, звонкая тишина и странное, почти забытое чувство — лёгкость. Меня это абсолютно устраивало. Более того, это чувство было таким сладостным, таким драгоценным, что я боялась пошевелиться, чтобы не спугнуть его.

Я позволила себе просто лежать, прислушиваясь к собственному дыханию и далёкому плеску воды. Мысли текли плавно, без привычной суеты. Да, всё, что произошло, было грехом с точки зрения условностей и морали. Я переступила черту, отделявшую меня от прошлой жизни. Но разве та жизнь, с её унижениями, ложью и леденящим душу одиночеством, была праведной? Разве заслуживала она верности?

Игорь... Он не был спасителем в сияющих доспехах. Он был жёстким, властным, порой пугающе прямолинейным. Но именно он своей грубоватой силой вырвал меня из того болота, в котором я увязла. Он не жалел — он предложил выбор. Жестокий, неоднозначный, но выбор. И, оглядываясь на пройденные дни, я понимала: я сделала его не из отчаяния, а потому что захотела. Потому что в его присутствии, в его взгляде, в его прикосновениях я снова начала дышать полной грудью. Я снова ощутила вкус жизни — острый, как ветер, когда мы ехали на гидроцикле, сладкий, как утренний кофе на берегу озера, пьянящий, как ночь на палубе и та страсть, что сожгла все мосты.

Он дал мне не просто отдых. Он вернул мне себя — ту женщину, которая может смеяться от восторга, краснеть от комплимента, тонуть в объятиях и чувствовать себя желанной, единственной, неповторимой.

Вода в душе отключилась. Скоро он выйдет и день начнётся новый, полный неизвестности, но уже не пугающей, а манящей. Я улыбнулась, поворачиваясь на бок и прижимаясь щекой к прохладной наволочке. Меня ничего не мучило. Я была наконец-то жива. И я была бесконечно рада, что он нашёл в себе силы и решимость ворваться в мой затхлый мирок и вытащить меня на свет.

Я лежала, утопая в этом новом, хрустально-чистом чувстве, когда дверь в спальню открылась. Он вошёл точно так, как я и предполагала: не обмотавшись полотенцем, голый, с мокрыми после душа волосами, с которых капала вода на мощные плечи и широкую грудь. Его кожа блестела на утреннем солнце, подчёркивая рельеф мышц. Он был воплощением грубой, животной силы и теперь, после прошлой ночи, это зрелище вызывало не стыдливый трепет, а сладкое, знакомое волнение.

Заметив, что я не сплю, он подошёл к кровати, наклонился и, не говоря ни слова, коснулся моих губ. Поцелуй был нежным, уверенным, вкусным — пахнущим мятой его зубной пасты. От этого простого прикосновения это утро стало ещё приятнее.

— Так, Лиз, — начал он, выпрямляясь и отправляясь на поиски одежды, которую мы вчера разбросали.

Я с ленцой наблюдала, как его мощная фигура движется по комнате. Он поднял с пола моё платье и свою рубашку. Каждый его шаг, каждое движение мышц под кожей завораживали. Он вёл себя естественно, совсем не стесняясь своей наготы.

— Ладно, хватит валяться, — сказал он, скидывая всё, что собрал, в кучу с недовольной гримасой, видимо, он не нашёл то, что искал. — У нас есть дела.

Я лениво потянулась, не обращая внимания на сползшее одеяло.

— И какие?

Он повернулся ко мне. Его взгляд скользнул по моей груди, а затем встретился с моим. На его губах играла хищная ухмылка.

— Гольф, — коротко ответил он.

Я скривила нос, изображая преувеличенное разочарование.

— Гольф? Никогда не играла. И, если честно, мне он всегда казался невыносимо скучным.

— Понял, — кивнул он, его глаза сузились с азартным огоньком. Он сделал несколько шагов и оказался рядом со мной. — Тогда моя задача — сделать так, чтобы ты полюбила эту игру.

Я приподняла бровь, вызывающе глядя на него.

— Думаю, это будет ооочень сложно, — протянула я с наигранным скепсисом.

Он наклонился ниже, оперевшись руками о край кровати по обе стороны от меня, заключив меня в пространстве между своими руками.

— Будь уверена, я на многое способен, — его голос прозвучал интимно, словно он делился большим секретом. — Особенно когда дело касается того, чтобы доставить удовольствие. Так что доверься мне. Тебе понравится.

Его взгляд был убедительным и таким манящим, что моё мнимое сопротивление начало таять.

— Ну, если ты так уверен в своих силах... — я позволила себе игривую улыбку, проводя пальцами по его мокрым от душа волосам. — Может, тебе стоит начать с того, чтобы убедить меня прямо здесь и сейчас?

Он рассмеялся.

— Это лишь вопрос времени, — пообещал он, его губы снова нашли мои в коротком, но страстном поцелуе. — Но сначала — завтрак. А потом... потом я научу тебя ценить красоту точного удара и предвкушение победы. Во всём.

Он выпрямился, снова приняв свой деловой вид.

— Так что подъём, чемпионка. Нас ждёт поле. Одевайся удобно. И... будь готова к тому, что я буду очень пристально за тобой следить.

— Угрожающе звучит.

— Обещаю, тебе понравится.