Наша поездка подходила к концу, я уже видел озеро. Возможно, не наше, со слов мамы, здесь целая сеть озёр, а по берегам дома и коттеджи. Выдерживался примерно один стиль в строительстве, несмотря на позднюю осень смотрелось красиво, прямо как пряничная деревня.
— Вот-вот наш дом, — завопила Дашка, когда спустя несколько минут мы подъехали к забору из фигурного кирпича.
Там уже стоял синий минивэн агента по недвижимости. Это была улыбчивая девушка в деловом костюме, после приветствия мы прошли во двор. Всё пространство, кроме подъезда к гаражу и дорожек, было засажено газонной травой. Дом из коричневого кирпича, большие фасадные окна, считай витражи, отец тут же кинулся к гаражу. Девушка агент протянула ему пульт, гаражные ворота покатились наверх, гараж был длинным, с чистовой отделкой.
Я так понял, экскурсия проводилась для меня одного, родители здесь уже два раза были. Когда поднялись на мансарду, агент задала вопрос.
— Если всё устраивает, готовы ли вы ехать в банк для оформления собственности?
Мама с отцом почему-то посмотрели на меня, а Дашка кивала, едва не подпрыгивая от нетерпения, я тоже кивнул.
— Всё устраивает, берём!
— Так, ну тогда мне нужен собственник, — снова взгляды на меня, и тут наконец дошло.
— Оформляйте на себя, — мама судя по взгляду, была против. — Поверь мне, мам, так будет лучше!
Это решило дело, родители уехали с агентом, мы с сестрёнкой остались.
— Я смотрю, ты боевую раскраску волос сменила, парень повлиял? — Дашка рассмеялась.
— Нет, брат Антоний, если бы ты видел моего Петрушку, таких вопросов не задавал.
— Он у тебя что, виртуальный?
— Нет, живой, с длинными зелёными волосами, в прошлом месяце были синие…
— В следующем будут пурпурными, а ты, как самая адекватная, решила вернуться в классический стиль!
— Он тоже адекватный, я бы не связалась с придурком, брат Антоний… Помнишь, ты хотел серьгу повесить? А папа был против, значит, ты тоже неадекватный!
— Ладно, я просто повзрослел, — и теперь не понимаю, чего прикольного в серьге.
— Мама говорит, слишком рано повзрослел, но всё равно рада, и боится за тебя. Связался с большими деньгами, можно ждать больших неприятностей.
Здесь мама права, неприятности можно ждать с любой стороны. Майор вчера напугал, теперь ещё и с налоговой проблема возникнет. А ведь я так и не спросил у мамы, как они легализовали средства на дом. Мне бы сообразить вовремя карту свою отдать, или самому с ними поехать. Остаётся надеяться, что всё пройдёт хорошо.
Дашка убежала на второй этаж, планировать обстановку, тут зазвонил телефон. Это оказался майор.
— Алло!
— Здравствуйте, Антон Николаевич! Я пообщался с руководством, думаю, вы уже это поняли, к вам должны были прийти средства!
— Да, Юрий Григорьевич, деньги пришли. Не думал, что это произойдёт так быстро, значит, меня не трогают? — принялся ждать ответа.
— Не совсем так. Да, у вас будет определённая свобода действий в сопровождении старших офицеров…
— Вы меня не поняли, Юрий Григорьевич, я согласился сотрудничать, но няньки мне не нужны, — мне пришлось выйти на улицу, чтобы не напугать Дашку. — Я буду поставлять свою продукцию, сроки и количество, мы обговорим позднее, но не более того!
— Антон Николаевич, похоже, это вы не понимаете, что имеете дело с государством. Есть определённые законы и правила, нельзя воротить, всё что захочешь. И потом, кто даст гарантию, что вас завтра не похитят?
— На счёт похитить, вы погорячились, это не так просто сделать, — я даже понимал, что во мне взыграла гордость, мальчишеская, но ничего не мог с собой поделать. — Давайте встретимся через пару часов, вы отвезёте меня в спортзал, или на какой-нибудь полигон, и я дам вам несколько попыток меня похитить!
— Антон Николаевич, это бахвальство, поверьте, есть такие специалисты… Хотя, давайте попробуем, — поменял он позицию. — Позвоните, как будете готовы.
Отключив вызов, я вернулся в дом, там меня ждала Дашка, судя по хитрому личику сестрёнки, стало понятно, она что-то слышала.
— У тебя неприятности?
— Нет, вопрос уже решён! — похоже, мой лихой взгляд её убедил, почти.
— Я слышала про похищение, слух резануло, — она не спускала с меня взгляда, прямо как мама.
— Я сказал, что дам несколько попыток меня похитить, это будет тренировка, а я много тренируюсь, — сестрёнка поверила или сделала вид.
Сменив тему, мы отправились в подвал. Дашка рассказала о папиной мечте. Он собрался соорудить винный погреб, из чего отец собрался ставить вино, сестрёнка не сказала, а я не стал спрашивать, здесь главное воплощение мечты в жизнь.
Мы ещё какое-то время обследовали дом, прошлись по участку, обсуждая мамины предпочтения, а потом приехали родители.
— Поздравляю вас, дети мои, у нас теперь есть собственный отдельный дом! — объявила мама, а Дашка поддержала её довольным визгом.
Отец предложил отметить событие домашним застольем, мама схватилась за голову, сколько же ей готовить. Я предложил выход, заказать мяса и салатов, никто против не был.
Отец почувствовал себя хозяином дома, нам пришлось ждать, пока он проверит все окна, заднюю дверь, а затем закроет переднюю. Только после того, как отец несколько раз проверил, закрыта ли калитка, мы отправились в обратный путь. Семейный обед получился отличным, всё дело в скорости, мама заказала еду сразу, а доставили минут через двадцать после нашего приезда. Плюс к тому, ненужно было ничего готовить, а потом ещё мыть целую гору посуды. Мясо обалденное, буквально таяло во рту, несколько салатов на любой вкус, родители выпили по пол бокала вина, я от алкоголя отказался.
Пришло время уходить, я всё-таки с человеком договорился, мама стала настаивать остаться хотя бы до утра.
— Ты же сам себе хозяин, Антон! Возьми выходной, или отпуск! По КЗОТу положено!
— Нужно, мам, я людям обещал. Приеду, когда дом обставите… Мне, пожалуйста, широкий диван и кресло, телек необязательно, отвык я от него. Ах да, надо же на что-то мебель покупать! — я полез в карман за телефоном.
— У нас ещё остались деньги Антон, если что накопим, купим, не надо нас заваливать.
— Я не собираюсь заваливать, — собрался было перевести миллиона четыре-пять, чтобы родителей не сильно травмировать, а затем вспомнил про лимиты.
Девушка в банке подробно всё объяснила, я могу перевести не больше миллиона, если сдать и подтвердить биометрию, два. Помню, тогда мне в лом было что-то сдавать, к тому же на тот момент речи о деньгах вообще не было, только то, что мама переведёт.
А давай-ка попробую два! — ввёл цифры, нашёл адресата, отправил.
После подтверждения операции, средства ушли на мамин счёт.
Ха! Вот же засранцы, всё без меня подтвердили! И сама сумма в восемнадцать миллионов… тоже должны быть какие-то ограничения!
Я бы всё перевёл, уверен, что такая возможность есть, привык уже как-то обходиться наличными, но не хотелось привлекать к себе лишнего внимания и без того уже на виду.
Мама, разумеется, всплеснула руками, спорить не стала. Дашка показала большой палец, типа всё круто, брат Антоний. Отцу оставалось лишь авторитетно хмыкнуть, я не собирался перенимать на себя семейное лидерство, тогда мне опять придётся подчиняться маме. Пожал ему руку, обнял женскую половину и покинул отчий дом.
Позвонил Пластову, когда отошёл от дома, и находящийся рядом парк остался позади. Майор подъехал за мной лично, на машине неизвестной мне марки, на решётке радиатора красовалась оскаленная медвежья морда.
— У вас прекрасная семья, Антон Николаевич, любящие родители, умница — младшая сестра, — Пластов находился на заднем сидении, так что я к нему присоединился, впереди находились водитель и пассажир, с виду обычные мужчины, каких миллионы. Только взгляды выдавали, излишне строгие, пассажир смотрел с лёгким снисхождением.
— Вы к чему это сказали? Я и сам знаю, какая у меня семья, ради их безопасности сделаю всё…
— Это хорошо, Антон Николаевич, человек без семьи отрубленная ветка, а у кого-то государство за семью, — майор посмотрел на пассажира с переднего сиденья, тот еле слышно усмехнулся. — Семья обязана защищать своих членов, а те её беречь.
Это меня вербовать начинают, или просто по-дружески болтаем? — спрашивать, разумеется, не стал, к чему накалять обстановку.
— Я могу говорить свободно?
— Не углубляясь в детали, — предупредил Пластов.
— Хорошо, — я попытался подобрать подходящие слова. — Род моей деятельности, подразумевает полную свободу. Я нахожусь в постоянном поиске, сами знаете, чего, и няньки мне будут мешаться. Я сам могу за себя постоять. Единственная моя слабость — это семья, невозможно при моей работе находиться рядом. В то же время от меня больше пользы, когда я при работе и никто не мешает. Я готов поставлять нужные ресурсы, и даже ингредиенты к ним.
— Складно говоришь, Антон, — пассажир с переднего сидения, сел в пол-оборота, в меня упёрся добрый по-отечески взгляд. Человек, судя по виду и возрасту опытный. — Помнишь, ты дал нам несколько попыток себя похитить? Первая попытка удалась! Урок номер один, похищать можно по-разному, в данном случае ты сел в машину по своей воле.
Я подумал, прикинул и всё-таки признал правоту незнакомца.
— Хорошо, один ноль в пользу похитителей. И что они будут делать дальше?
Вместо ответа пассажир выхватил пистолет и направил его на меня, вернее, хотел, но я оказался быстрее. Перехватил его кисть на излом, направив ствол в потолок, через секунду пистолет оказался в моих руках.
— Таких я ещё не видел, для спецслужб, наверное? — покрутил компактное оружие в руках и положил на сиденье, между собой и майором.
Спец выглядел обескураженным, а водитель хохотал, не сводя глаз с дороги.
— Один-один! — весело сказал я.
— Это ПСС-2, пистолет под бесшумный патрон, — просветил меня майор, взяв оружие в руки. — Для каждой операции свой тип оружия, — он вернул пистолет пассажиру, тот уже не выглядел обескураженным, поглядывал на меня с ухмылкой. — А вот это Удав, — майор достал своё оружие из наплечной кобуры, его ствол был длиннее и толще, выглядел хищно, реальный удав. — Предназначен для работы с бронежилетами и легко бронированными целями, магазин на восемнадцать патронов.
— А можно мне такой? — это оружие выглядит покруче моей гюрзы.
— Нет! — твёрдо ответил майор. — Вы же не хотите учиться!
Дорога заняла не меньше часа, мы выехали загород, водитель с удовольствием вдавил педаль газа. Я не знаю, куда меня привезли, под конец путешествия машина свернула с трассы, какое-то время двигались второстепенной дороге. Затем ещё один поворот, под колёсами уже были бетонные плиты. Ворота выглядели серьёзно, как и охрана на КПП, автоматчики, за воротами дежурила какая-то бронетехника.
Майор показал удостоверение на посту, нас быстро пропустили на территорию. За административными зданиями потянулась полоса препятствий, я заметил тренирующихся бойцов. Машина остановилась у высокого одноэтажного здания, прямо перед нами в двери бодро заскочила группа крепких парней в камуфляже.
Водитель остался в машине, мы втроём вошли внутрь, в нос ударил хорошо знакомы аромат спортзала, да и звуки доносились соответствующие. Кто-то играл в мяч, слышались зычные голоса команд. На мне были кроссовки и штаны типа треников, оставалось только скинуть осеннюю куртку и шапку, что я сразу и сделал, оставшись в толстовке.
Пассажир, который так и не представился, направился в угол огромного зала, здесь было многолюдно, все спецы занимались своими делами. Кто-то работал в спарринге, другие, под руководством инструкторов, отрабатывали приёмы в группе, третьи вообще гоняли в мяч.
— Надо бы переодеться, — обратился ко мне майор.
— Нет, я уже готов, — бросил рюкзак и вещи на скамейку, снял толстовку, оставшись в одной футболке, демонстративно размял плечи.
— Я капитан Твердохлебов, — представился наконец пассажир. — Покажи, на что ты способен!
Я кинул на себя три руны, щит, бдительность и лёгкая нога, затем развёл руками, типа нападайте, — капитан усмехнулся и перевёл взгляд бойцов, что бились в спарринге.
— Соколов, Дароев, ко мне! — бойцы подчинились. — Скрутите этого пацана, если сможете.
На меня кинулись с двух сторон, резко, без какой-либо подготовки, я представил вместо парней плетунов и метнулся к левому. Блондин попытался провести болевой захват, я схватил его за левое предплечье и толкнул ладонью в плечо, тот с оханьем полетел в сторону брюнета. Второй оказался шустрее, ушёл от столкновения и метнулся ко мне, выставив перед собой руки.
Борец, блин!
Я приблизился, используя обманное движение, Дароев попытался провести подсечку, но в итоге сам полетел на пятую точку, схлопотав ладонью в лоб, но сумел уцепиться, сорвав с меня футболку.
Соколова я из вида не выпускал, всё происходило настолько быстро, что он просто не успел атаковать, тем более с правой рукой проблемы. Парень явно злился, поспешил и подставился, словив удар в челюсть. После скоростей тварей, эти двое для меня двигались немногим быстрее черепах.
И десяти секунд не прошло, Соколов с Дароевым выбыли из боя, я даже не запыхался — магия рулит! Второй уже пришёл в сознание и резким рывком оказался на ногах, намереваясь броситься в бой.
— Отставить, Дароев, помоги Соколову! — капитан смотрел на меня со смесью чувств, в основном непонимание.
Вокруг скопились бойцы, с интересом посматривая на меня и пострадавших спарринг-партнёров.
— А что за техника? — спросил коренастый парень.
— Да нет никакой техники, пацан за счёт силы и скорости берёт, — ответил здоровяк со шрамом на лбу. — Ты погляди на него, одни жилы, будто из канатов сплели.
— Отставить базар, продолжайте тренироваться, — подошедший инструктор разогнал любопытных.
Остались я, Соколов, который пришёл в себя стараниями Дароева, майор и капитан, последний поинтересовался.
— У тебя застарелые шрамы на теле, кто оставил?
— Хищники в основном, — уклончиво ответил я и подошёл к пострадавшим бойцам. — Без обид, парни, я старался легонько, честно.
— Да нет, какие обиды, классно было, вот только в башке туман, — хохотнув, признался Соколов. Я коснулся его лба указательным пальцем, отправляя руну Сано.
— Мужчины не обижаются, — бодро выдал Дароев. — Где так драться круто научился? Я даже не понял, как на жопе оказался!
— Пришлось научиться, иначе бы сожрали, — я посмеялся, типа шутка, а сам повторил процедуру оздоровления.
— Что ты делаешь? — боец не успел отдёрнуть голову, мой палец коснулся лба.
— Скоро поймёшь, — ответил, поднимаясь с корточек. — Ещё раз извиняюсь, парни.
— Да хватит уже извиняться, а то ещё привыкнут, — рыкнул капитан. — Познакомился с бойцами, сдерживать себя умеешь, молодец. Ну что, продолжим похищение?
Я кивнул, а что мне ещё оставалось делать?
— Бойцы⁉ — зычный голос разнёсся по залу. — Тому, кто скрутит этого пацана, гарантирую трёхдневный отпуск!
— ДА-А-А, — зал взорвался единым криком.
— Проходи в центр, боец. Тебя сейчас будут немного бить!
Вот же подстава, — двигался между спецов, прикидывая их количество. — Да их не меньше трёх десятков! Всё-таки капитан обидчивым оказался.
— Сильно их не бей, парень! — услышал голос Соколова.
Обернулся, махнул рукой он уже выглядел бодрячком. Добравшись до центра, похрустел шеей и улыбнулся.
— Поехали!
На меня налетели сразу со всех сторон, подсечки, удары руками, ногами, болевые захваты. От первой волны легко ушёл, сдвинувшись на несколько метров в сторону, по пути успел стукнуть по трём затылкам, исключая бойцов из драки. Прилетел удар в бок, атаковавший меня боец отскочил, затерявшись за спинами спецов, оставалось надеяться, что он не сломал ногу. Я не забыл как щит действует на простых людей.
Мне было не до размышлений, приходилось уворачиваться, бить, прыгать, крутиться. В один момент я подумал, что справлюсь, но тут какой-то ловкач влетел мне под коленки, я полетел на спину, ко мне кинулось сразу с десяток рук. Две из них я использовал в качестве опоры, подпрыгнул, снося попавшегося на пути бойца, ещё одного шлёпнул по затылку.
Я почти приземлился, когда мне прилетело в спину, затем удар под колени, уже падая вырубил подставившегося бойца. Кто-то навалился мне на ноги, схватили за руки, скрутили, не давая возможности пошевелиться. Я так и лежал мордой в пол, вдыхая «аромат» пота. Бойцы, наконец, заговорили.
— Ты чего такой твёрдый, братка? Ногу отбил, а тебе хоть бы хны…
— Сдаётся мне, парень не в полную силу нас бил, иначе хана нам…
— Ага, вон несколько уже с ногами лежат, корчатся, кто-то вообще в отрубе…
— Сдаюсь, парни, победили! Нет уже мочи потом вашим дышать!
— Так не было же команды…
— Отпускайте, задушите ещё, — капитан, судя по голосу, стоял неподалёку.
— Задушишь его, как же, твёрдый как скала…
— Ага, и скользкий!
Меня, наконец, отпустили и даже удосужились поднять на ноги, кто-то похлопал по плечу, взмыленные мужики разошлись в стороны, пропуская капитана.
— Ну что, бойцы, урок учли?
— Да, не всех можно бить, иногда лучше к силе слова прибегнуть, или пистолета, — поднялся дружный смех. Сказавший речь боец сидел на полу, баюкая поломанную ногу.
— Молодец, Савушкин, три дня отпуска! — снова дружный смех, Савушкин не отставал.
— Наш герой тоже урок получил! Какой? — на меня уставился вопросительный взгляд капитана.
Нельзя отнимать оружие у капитана ФСБ! — я этого говорить не собирался, а то ещё какую-нибудь каверзу придумает.
— Скрутить можно любого! — сказал то, что он хотел услышать, гомон бойцов меня поддержал.
Появились люди с носилками, спортзал начал потихоньку пустеть, оказалось, я не меньше десятка вырубил, пятеро с переломами конечностей, ещё больше с отбитыми, это они уже сами постарались. Жёстко здесь учат, заодно показали, на что способны отдельно взятые единицы.
Тот боец прав, я боялся применять силу, убийство ФСБэшников, или кого-либо из силовиков в мои планы не входило.