Белла стояла у двери номера Марко, нервно сжимая и разжимая кулаки. Она не хотела здесь находиться, но ей нужно было извиниться перед ним и Дейзи за своё поведение за ужином. Попытаться всё исправить. Если Дейзи здесь нет, Марко сможет сказать, где её найти. Хотя, скорее всего, она сейчас именно здесь — плачет у него на плече, потому что Белла выставила её перед всеми в дурном свете.

Марко открыл дверь с улыбкой.

— Привет, Белла.

Его улыбка должна была хоть немного её успокоить. Но вместо этого у неё от волнения скрутило живот, и все мысли тут же спутались. Всё, что она собиралась сказать, мгновенно вылетело из головы.

— Привет. Я хотела извиниться. За сегодняшний вечер. То есть… за ужин. За то, что расстроила твою маму. — Всё снова пошло совсем не так, как она планировала. Белла неловко рассмеялась и попыталась начать сначала. — Думаю, нам нужно поговорить.

— Не нужно. Всё это уже в прошлом. — Марко открыл дверь шире, и только тогда Белла увидела Флинна. Он стоял за спиной брата, скрестив руки на груди, и внимательно смотрел на неё.

— Флинн, — пробормотала она.

«Что он здесь делает?»

Выражение его лица мгновенно сменилось нарочито ласковым.

— Ты уже закончила работать на сегодня?

— Эм… да.

— Отлично, — сказал Флинн. — Тогда, думаю, мы можем отправиться на нашу обещанную прогулку.

Он явно всё это выдумывал ради Марко. Просто не хотел, чтобы она здесь оставалась.

Как ей отказаться? Она ведь даже не поговорила с Дейзи.

Но прежде чем Белла успела что-либо придумать, Флинн взял её за руку и вывел в коридор. Обернувшись, он бросил брату:

— Потом расскажешь, чем закончилась игра.

— Повеселитесь! — крикнул им вслед Марко.

Они направились к лифту, но как только за спиной захлопнулась дверь номера, Белла резко выдернула руку и остановилась.

— Что ты делаешь?

— Я бы спросил тебя о том же, — ответил Флинн. — Хотя, кажется, и так догадываюсь.

И тут до неё дошло.

— Ты думаешь, что я пришла в комнату Марко, чтобы… сделать всё по-своему?

— А разве нет? Стоит мне отвернуться — и ты уже оказываешься рядом с ним, хотя обещала этого не делать. Ты всегда нарушаешь своё слово?

— Я обещала, что не буду с ним флиртовать. И я не флиртовала. Если помнишь, я никогда не говорила, что не стану с ним разговаривать.

— И поэтому ты пришла к нему в номер одна? Чтобы вы поговорили о погоде?

— Я пришла извиниться перед ним и Дейзи. В основном перед Дейзи. Я думала, что она будет здесь.

Флинн скрестил руки на груди.

— Да брось. Ты же знаешь, что они разведены. Дейзи живёт в другом номере.

— Но я решила, что сейчас они разговаривают. — Поскольку Флинн продолжал смотреть на неё с недоверием, Белла добавила: — За ужином Дейзи, казалось, не хотела выпускать Марко из виду. Я подумала, что ей нужно ему что-то сказать.

Флинн немного расслабился.

— Ладно. Теперь я понимаю, почему ты так решила. — Он снова направился к лифту. — Если хочешь поговорить с Дейзи, пойдём со мной к бассейну. Мне тоже нужно с ней поговорить, и это самое удобное место. Я уже написал ей, чтобы она дала знать, когда моя мама закончит читать ей нотации.

Белла пошла рядом с ним.

— Твоя мама сейчас отчитывает Дейзи?

— После того как ты ушла, мама попросила её проводить себя до номера. — Они подошли к лифту, и Флинн нажал кнопку вызова. — А это практически всегда означает нравоучительную беседу. — Он на мгновение закрыл глаза. — Потом Райли захотела узнать, что значит «низко пасть», Гэвин спросил, что такого вы сделали на свадьбе Дейзи, что она до сих пор злится, а отец велел нам с Марко поговорить с тобой и Дейзи, чтобы мама больше не расстраивалась. Так что считай, с тобой уже поговорили. Теперь мне осталось провести такую же беседу с Дейзи.

Белла вспомнила потрясённое лицо миссис Доусон и невольно поморщилась.

— Прости. Я правда не хотела её расстраивать. — Она беспомощно подняла руки, а потом снова опустила их. — Когда Дейзи начала говорить, я просто забыла обо всём.

Флинн молча выслушал её извинения, а затем устало вздохнул.

— Я виню себя. Мне следовало быть умнее и не позволять тебе остаться на ужин. Похоже, сама судьба решила, что ты снова внесёшь немного драмы в наши скучные и небогатые событиями семейные посиделки.

Она виновато положила ладонь ему на плечо.

— Я запрусь в своей комнате до конца недели. Обещаю.

— Теперь это уже не сработает. Если ты не придёшь хотя бы на несколько совместных обедов, будет выглядеть так, будто ты настолько обиделась на Дейзи, что объявила бойкот всей нашей семье. К четвергу моя мама будет в слезах.

Она опустила руку.

— И что же ты хочешь, чтобы я сделала?

Двери лифта со свистом разъехались в стороны. Флинн вошёл внутрь и подождал, пока она присоединится к нему.

— Тебе придётся прийти завтра на завтрак и всё время быть милой с Дейзи.

— Хорошо.

Флинн нажал кнопку первого этажа.

— И когда я говорю «милой», я не имею в виду, что ты должна говорить приятные вещи, которые на самом деле выводят её из себя.

Он чуть помедлил и добавил уже более конкретно:

— Хотя, должен признать, твоя техника меня впечатлила. Определённо, тебя опасно иметь во врагах. — Он медленно покачал головой. — Не могу поверить, что Дейзи когда-то увела у тебя Марко и после этого осталась жива.

— Именно так, — Белла слегка улыбнулась. — Так что тебе стоит дважды подумать, прежде чем покупать мою компанию и увольнять меня.

Он рассмеялся, задержав на ней взгляд — одновременно насмешливый и почему-то очень личный.

— Я никогда не говорил, что уволю тебя, если ты не станешь сотрудничать. Я лишь сказал, что подумаю о повышении, если ты согласишься. Первый метод, вероятно, незаконен, а второй — просто грамотное управление.

— Почему-то мне кажется, что первый вариант всё ещё остаётся возможным.

Он дерзко ухмыльнулся.

— Косвенные улики в суде не имеют большого веса.

Она поджала губы, словно всерьёз обдумывала его слова.

— Это зависит от адвоката.

Двери лифта открылись, и они вдвоём направились через вестибюль к бассейну.

— Знаешь, — сказал Флинн, внимательно глядя на неё, — мне кажется, ты зря тратишь свои таланты на дизайн одежды. У тебя явно есть деловая хватка.

Она посмотрела на него.

— Это приглашение попробовать себя в новой прибыльной карьере или тонкий намёк на то, что мне пора покаяться? Пока не уверена.

Флинн снова рассмеялся.

— Я смотрю, ты считаешь всех бизнесменов злодеями?

Белла выразительно посмотрела на него.

— Нет. Только одного из них.

Они подошли к стеклянной двери, и он придержал её для неё.

— Ты ведь не можешь иметь в виду меня. Всё, что я делал с тех пор, как ты здесь появилась, было лишь ради того, чтобы уберечь чувства моей матери и защитить моего брата от серьёзной ошибки.

— Потому что отношения со мной были бы именно такой ошибкой? Спасибо.

Они свернули на дорожку, ведущую к бассейну. По обеим сторонам густо росли тропические растения, а пальмы тихо покачивались на вечернем ветру.

— Я защищаю не только его, но и тебя, — сказал Флинн. — Ты рискуешь ничуть не меньше. Ты годами боготворила Марко, хотя на самом деле совсем его не знаешь. Так что, пожалуйста, не забывай об этом. Возможно, однажды меня даже вознаградят за мои бескорыстные усилия.

Она удивлённо подняла брови.

— Ты правда думаешь, что я пожалею, если начну встречаться с Марко?

Флинн слегка наклонил голову, словно вопрос показался ему странным.

— Ты хотя бы на две минуты пыталась посмотреть на него трезво? Сейчас он переживает тяжёлый период, а это значит, что он с радостью позволит тебе льстить его самолюбию всеми романтическими способами, какие только можно представить. Но как только он перестанет пытаться задеть Дейзи, вполне может решить, что хочет вернуть её. Или, что не менее вероятно, поймёт, что ему стоит немного погулять, прежде чем снова связывать себя серьёзными отношениями. Разве ты не предпочла бы мужчину, который любит тебя ради тебя самой, а не того, кто выберет тебя лишь потому, что ты красивая, удобная и оказалась рядом в нужный момент?

От его слов у неё болезненно сжалось сердце. Флинн говорил так спокойно и уверенно, будто выносил окончательный приговор.

— Ты думаешь, он не сможет полюбить меня такой, какая я есть?

— Сейчас — нет.

Вспышка гнева прокатилась по её телу, и злилась она не только на себя, но и на Марко. Он не был из тех мужчин, которые используют женщин. Флинн ошибался. Иногда люди находят настоящую любовь именно тогда, когда их прежние отношения рушатся. Марко просто должен был понять то, что должен был понять ещё много лет назад, — что именно она была предназначена ему.

Они подошли к бассейну. В свете фонарей вода казалась нежно-голубой, романтичной и немного одинокой. Поблизости никого не было.

— Думаю, я готова рискнуть, — тихо сказала она.

— Тебя не пугает, что ты играешь в русскую рулетку со своим сердцем?

— В любви другого пути не существует.

— Хочешь доверить свою судьбу случаю? — Они медленно обходили бассейн. — Хорошо. Тогда у меня есть предложение. Я подброшу монетку и объявлю результат. Если проиграю, мы прямо сейчас поднимемся в номер Марко. Я всё ему объясню и пожелаю вам обоим удачи.

Она выпрямилась, обдумывая его слова.

— Но если выиграю я, — продолжил он, — ты будешь образцовой девушкой до субботнего утра. Больше никаких попыток увидеться с Марко без меня. Никаких выпадов в сторону Дейзи. И никаких попыток выставить меня в плохом свете перед моими родителями.

— Я этого не делала.

— И всё же. Я видел, как легко у тебя получилось это с Дейзи, так что предпочитаю подстраховаться. Ах да… быть образцовой девушкой подразумевает поцелуи.

Она покачала головой.

— Я не могу целоваться с тобой на глазах у Марко. Это неправильно.

— Хорошо. Тогда не при Марко. Да и зрители мне ни к чему.

Она слегка наклонила голову.

— Подожди. Ты хочешь меня поцеловать?

— Разве я вчера недостаточно ясно это показал?

Да, показал. Он поцеловал её во время их ночной прогулки, потому что она была красивой, доступной и явно проявляла к нему интерес. Он ни разу не сказал, что испытывает к ней чувства, только признал, что считает её привлекательной.

— Почему в нашем споре вообще должны быть поцелуи?

— Потому что я даю тебе шанс пятьдесят на пятьдесят увидеться с Марко сегодня вечером и заставить меня рассказать ему правду. Чтобы я согласился на такую сделку, мне тоже нужно получить что-то равноценное в случае выигрыша.

Она скрестила руки на груди и прищурилась. Он предложил добавить к пари поцелуи, потому что был уверен, что она не согласится. Хотел, чтобы она признала: подбрасывать монетку и полагаться на случай — плохой способ принимать решения сердцем. А может быть, наоборот, он знал, что она согласится, и просто хотел поставить её в неловкое положение. Наверняка он думал, что ей не понравится его целовать.

Прошлой ночью ей понравилось. Но только потому, что она приняла его за Марко. Поцеловать Флинна сейчас, зная, что это именно он… это было бы совсем иначе. Не то чтобы неприятно. Он был красив, остроумен и умел одним взглядом разжечь в глазах настоящий огонь. Как сейчас. В вечернем свете его глаза казались почти тёмными, но в них всё равно мерцало это пламя, несмотря на то что он только что предложил спор, в котором у него был пятидесятипроцентный шанс отправить её в объятия собственного брата.

«Как ему это удаётся?»

Он повернулся к ней лицом, ожидая решения.

— Вообще-то, я хочу, чтобы первый поцелуй был здесь, у бассейна, сразу после того, как мы бросим монетку.

— Первый?

— Я сказал «поцелуи». Это множественное число.

— И насколько множественное?

Он пожал плечами.

— Два или три. А может быть, пять или шесть…

Он вытащил из кармана четвертак и показал ей.

— Так что? Ты всё ещё считаешь, что любовь нельзя доверять случаю, или позволишь мне подбросить монетку?

— Я принимаю пари.

Она вдруг почувствовала, что ей не хватает воздуха, и сама не понимала почему — из-за возможности увидеть Марко уже сегодня вечером или из-за мысли, что ей придётся поцеловать Флинна.

— Но сначала я должна проверить монету.

Он вопросительно поднял бровь.

— Ты думаешь, я ношу с собой поддельный четвертак?

— Считай, что во мне проснулось деловое чутьё. Ты выглядишь слишком уверенным в своих шансах.

Она протянула руку.

Он бросил монету ей на ладонь. Белла внимательно осмотрела её с обеих сторон. На первый взгляд всё было в порядке. Она подбросила монету.

Орёл.

Подбросила ещё раз.

Решка.

Потом ещё несколько раз подряд. Монета, похоже, действительно была самой обычной.

Она вернула её Флинну.

— Всё честно.

— Да здравствует случайность в любви! — Флинн большим пальцем подбросил монету в воздух, ловко поймал её и накрыл тыльной стороной другой ладони. — Хм… — протянул он, явно наслаждаясь моментом. — Пожалуй, я выберу решку.

Всё ещё прикрывая монету рукой, он протянул Белле сложенные ладони.

— Окажешь мне честь? Кому сегодня улыбнётся удача — Марко или мне?

Сердце Беллы забилось быстрее. Она попыталась представить, как сидит рядом с Марко в его номере, наконец-то разговаривая с ним наедине. Но почему-то перед глазами возникал совсем другой образ. Флинн. Его тёмные, горящие глаза. Его уверенная улыбка. Его ладонь, в которой была зажата монета.

Она накрыла его руку своей и медленно приподняла её.

Они оба склонились над монетой.

— Решка.

Белла ждала разочарования. Сегодня вечером она не поговорит с Марко. Он по-прежнему не узнает правду.

Но разочарования почему-то не было.

— Наверное, мне следовало тебя предупредить, — сказал Флинн, — что, когда дело касается нас с Марко, удача обычно оказывается на моей стороне.

И только теперь Белла вдруг осознала, насколько близко они стоят друг к другу.

Он ведь сказал, что поцелует её здесь, у бассейна.

Её взгляду было некуда деться. Смотреть ему в глаза означало заходить на слишком опасную территорию. Смотреть на его губы было почти приглашением. Но даже взгляд на его широкие плечи казался неправильным. Это сразу напомнило ей их последний поцелуй — как она прижалась к нему и почувствовала под ладонями напряжённые мышцы. Всё в нём заставляло её сердце биться быстрее.

Флинн взял её за руку и неторопливо притянул к себе. Его ладонь медленно скользнула вверх по её руке. Другой рукой он коснулся её волос, осторожно перебирая пряди пальцами.

— Множественное число — это два, — хрипло произнесла она. — Максимум три.

Он продолжал гладить её волосы.

Дыхание Беллы сбилось.

Так не должно было быть.

Она уже дважды его целовала и прекрасно знала, что почувствует. Тогда эти поцелуи действительно что-то для неё значили. Она думала, что они значат что-то и для него.

Но этот был всего лишь частью пари.

Значит, всё должно быть просто.

Рука Флинна скользнула с её волос на затылок. Кончики его пальцев едва коснулись шеи — легко, почти невесомо, словно пёрышко, — и по коже пробежала дрожь.

Она вдруг поняла, что сама тянется к нему, отвечая на его прикосновения.

Этого не должно было происходить.

Она хотела Марко. Он был открытым, добрым, искренним. Флинн же был похож на океан — под спокойной поверхностью скрывалось множество опасных течений. Он будто заглядывал людям в душу, разбирал их на части, искал слабые места. Рядом с ним ей постоянно приходилось быть настороже.

Его пальцы медленно скользнули по изгибу её щеки, а затем слегка приподняли подбородок.

Он не сводил с неё взгляда.

Казалось, он смотрит ей прямо в душу, замечает каждую эмоцию и тут же раскладывает всё по полочкам у себя в голове.

«Как я вообще могла перепутать Флинна с Марко?»

Они были совершенно разными.

Она должна была понять, что что-то не так, ещё до того, как они добрались до ресторана. Но вместо этого решила, что просто изменилось отношение Марко к ней. Его напористость. Его суховатый юмор. Всё это она приняла за проявление интереса.

А это был всего лишь Флинн.

Он наклонился и коснулся её губ.

Она ожидала почувствовать в этом поцелуе нотку самодовольства, лёгкое торжество победителя.

Но его губы были мягкими и осторожными, словно это был самый первый, немного робкий поцелуй.

Белла тихо выдохнула и ответила ему.

В конце концов, сделка есть сделка. Она сама согласилась.

Хотя теперь ей казалось, что стоило заранее обсудить некоторые границы. Особенно если речь шла о поцелуях — во множественном числе.

Но вместо того чтобы отпустить её, Флинн только крепче обнял её за талию, притягивая ближе.

Она подняла руку и коснулась его груди — отчасти пытаясь сохранить хоть какую-то дистанцию, а отчасти потому, что ей вдруг захотелось почувствовать под пальцами твёрдую линию его мышц.

Его губы больше не касались её так легко и осторожно. Поцелуй становился похожим на тот, что был в понедельник вечером, — глубоким, головокружительным.

Ей нужно было это прекратить.

Целовать Флинна с такой страстью было неправильно. Не тогда, когда для него это ничего не значило. Особенно потому, что для неё самой это уже начинало что-то значить.

«Флинн. Флинн. Флинн».

Его имя набатом звучало у неё в голове.

«Не надо…»

Она позволяла влечению управлять своими чувствами, вместо того чтобы самой управлять ими.

Его рука скользнула по её спине, и по телу прокатилась волна мурашек, добежав до самых кончиков пальцев ног.

«Флинн. Флинн. Флинн».

«Забудь о Марко. Ты хочешь Флинна».

Нет.

Это было неправильно.

И она не должна была этого делать.

Белла отстранилась, разрывая объятия, и глубоко вдохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Что теперь?

Как она объяснит этот поцелуй, если Флинн прекрасно знает, что она испытывает чувства к Марко?

Он улыбался ей так, словно только что выиграл спор.

— Итак, — сказала она, стараясь придать голосу как можно больше деловитости, — теперь ты не можешь утверждать, что тогда я нарушила своё слово.

— Нет.

Он тоже говорил слегка сбившимся дыханием, и почему-то это немного её успокоило.

Возможно, этот поцелуй подействовал на него сильнее, чем ей казалось.

Он снова наклонился к ней, не сводя с неё глаз.

Неужели собирается поцеловать её ещё раз?

И стоит ли ей ему это позволить?

Ответ на второй вопрос был однозначным.

Нет.

Она согласилась только на один поцелуй у бассейна, а не на два.

И всё же она не отступила. Не отвернулась.

С бешено колотящимся сердцем она ждала, что он снова притянет её к себе.

Из заднего кармана его брюк донёсся приглушённый звонок телефона.

Флинн проигнорировал его и сделал ещё один шаг вперёд, сокращая между ними и без того небольшое расстояние.

Телефон продолжал звонить.

— Почему люди всегда звонят в самый неподходящий момент? — пробормотал он.

«Потому что к тебе наконец-то возвращается здравый смысл».

— Разве ты не просил Дейзи позвать тебя? — тихо спросила Белла.

Его пальцы медленно скользнули вверх по её рукам.

— Сейчас я не хочу с ней разговаривать.

Но волшебство уже исчезло.

Осознание того, что на линии ждёт Дейзи, окончательно привело Беллу в чувство.

То, что она испытывала к Флинну, было всего лишь влечением, а не любовью. А он… если уж быть честной, вероятно, воспринимал её как интересный вызов, как увлекательную игру.

Она не собиралась становиться для него такой игрой.

Белла выпрямилась.

— Я пришла сюда, потому что должна извиниться перед Дейзи. Тебе следует ответить.

— Извинения могут подождать.

Флинн взял её за руку и легко коснулся губами кончиков её пальцев.

— Дейзи тоже может подождать.

Белла позволила ему притянуть себя ближе и даже улыбнулась в ответ. Но, обняв его за талию, незаметно потянулась к заднему карману его брюк.

Она ловко вытащила телефон и успела отойти на шаг прежде, чем он понял, что произошло.

На экране светилось имя Дейзи.

Белла ответила на звонок и поднесла телефон к уху.

— Привет, Дейзи.

— Белла, — с упрёком произнёс Флинн, но телефон отбирать не стал. Хотя вполне мог — он был выше и сильнее. Вместо этого он только тяжело вздохнул.

— Кто это? — холодно спросила Дейзи.

— Это Белла. Изабелла. Я хотела попросить у тебя прощения за то, что сказала сегодня за ужином.

Она посмотрела на Флинна и одними губами произнесла:

— «Видишь? Я веду себя хорошо».

— Где Флинн? — голос Дейзи стал ещё холоднее. — И почему у тебя его телефон?

— Он рядом со мной. Я взяла телефон только потому, что хотела перед тобой извиниться.

Она чуть отвела телефон в сторону, указала на себя и беззвучно повторила:

— «Я веду себя безупречно».

— Я знаю, зачем ты приехала в Канкун, — отчеканила Дейзи. — Чтобы броситься к Марко. Только я не понимаю, зачем ты так стараешься отнять его у меня.

Похоже, Дейзи совершенно забыла всё, что произошло ещё в колледже.

— О, вообще-то, это не так уж сложно, — мягко ответила Белла.

На этот раз она ничего не показала Флинну взглядом. Вероятно, это должно было дать ему понять, что роль примерной девочки только что закончилась.

Дейзи раздражённо выругалась.

— Как ты вообще можешь так поступать? Зачем ты бьёшь исподтишка?

— Забавно, — спокойно ответила Белла, — я задавала себе тот же вопрос, когда ты начала встречаться с Марко.

Брови Флинна недовольно сошлись на переносице, и он протянул руку за телефоном.

— Что?.. — недоверчиво выдохнула Дейзи. — Так вот почему ты это делаешь? Из мести? Это просто…

Белла не услышала, что ещё сказала Дейзи в ответ, потому что Флинн попытался забрать у неё телефон. Она отвернулась и отошла на несколько шагов.

— Держись подальше от Марко, — продолжала Дейзи, — иначе я всем расскажу, какой ты человек на самом деле.

Что она имела в виду? Осуждала её за то, что она выросла среди белых отбросов общества? Или намекала на какой-то другой секрет? Дейзи знала о ней многое ещё со времён колледжа.

Белла постаралась ответить как можно спокойнее, чтобы не показать, насколько сильно её задели эти слова.

— Я знаю, что миссис Доусон хотела, чтобы мы извинились друг перед другом. Но, если честно, твои извинения не слишком похожи на извинения. Скорее, это звучит как угроза, не так ли?

— Мне не за что извиняться, — резко ответила Дейзи.

Белла пожала плечами.

— Если ты предпочитаешь обмениваться угрозами — пожалуйста. Я тоже могу кое-что рассказать.

— Ты вероломная бродяжка!..

Флинн выхватил телефон у неё из рук прежде, чем Белла успела ответить.

Прижав аппарат к груди, он посмотрел на неё и сказал:

— Ну вот, теперь всё стало только хуже. Очень рад видеть, как ты стараешься наладить отношения ради моей матери.

Этот упрёк больно задел её.

Флинн отвернулся и поднёс телефон к уху.

— Дейзи…

Белла ждала, что сейчас он скажет Дейзи то же самое. Что она тоже зашла слишком далеко. Он ведь слышал, что она говорила за ужином, и наверняка догадался, что только что прозвучало в телефонном разговоре.

Но вместо жёсткости его голос вдруг стал мягким.

— Я не совсем тебя понимаю… Дейзи, просто сделай несколько глубоких вдохов. Всё будет хорошо.

Флинн отчитал Беллу.

А Дейзи — утешал.

Эта мысль снова больно кольнула её. Наверное, сильнее всего потому, что она сама ожидала чего-то другого.

Флинн флиртовал с ней. Даже целовал её.

Но это вовсе не означало, что у него были к ней чувства.

Для него она была лишь опасной женщиной, от которой нужно защитить Марко. Он просто развлекался, заставляя её играть по своим правилам, а она послушно пошла у него на поводу.

И позволила заключить себя в его объятия.

Она ответила на его поцелуй.

По-настоящему.

Не желая больше ничего видеть и слышать, Белла развернулась и быстрым шагом направилась обратно к отелю.