– Начинается! – провозгласил Гарри Киплинг, опускаясь рядом с Фрейей на диван перед телевизором.

Их лучшие друзья Джим и Кэти Морган устроились на другом диване, развернувшись к экрану. Даже Том придвинул стул и снял наушники, собираясь смотреть передачу. В руках у всех были наполненные до краев бокалы с просекко. Еще в пятницу ассистентка с Би-би-си предупредила, что выпуск «Антикварного развала» с участием Киплингов выйдет раньше из-за изменений в сетке вещания.

Джим, лысеющий мужчина с пивным животом (на который он поставил бокал), владел крупной фирмой по производству стеклопакетов. Его хрупкая жена Кэти работала в центре для детей с особенностями развития.

– Слышишь, как эксперт аж присвистнул, Гарри? – Джим возбужденно тыкал пальцем в экран. – Что это на тебе? Дембельский прикид твоего старика?

Кэти приложила палец к губам и шикнула, переводя взгляд с телевизора на картину, висевшую справа от нее, на стене гостиной.

Когда Оливер Десаута сосредоточился на холсте, поставленном на мольберт, и начал говорить, Джим кивнул в сторону настоящей картины:

– Надеюсь, ты как следует застраховал это, Гарри?

Гарри покачал головой:

– Пока нет. Решим после подтверждения подлинности.

– Тогда страховка будет стоить целое состояние, – вздохнула Фрейя.

– Но сегодня это увидят миллионы! – Джим нарочито округлил глаза. – Ты не боишься грабителей?

– Уже заказал сигнализацию, замки на окна и камеры наблюдения, – пожал плечами Гарри.

– Профессионалу это не помеха, дружище, – фыркнул Джим.

– Тише! – Кэти снова шикнула на него. – Смотрим!

– Я бы после эфира не держал такую ценность дома…

– Джим, заткнись! Давайте смотреть, а? – прикрикнула на них Кэти.

Воцарилось молчание. Все уставились на экран.