Игнат смотрит пристально, чуть прищурившись, и я нервно перевожу дыхание, но не опускаю головы и не отодвигаюсь. Жду его ответа и получаю его. Мужчина медленно и осторожно прикасается к моей щеке ладонью, ведёт её вниз, поглаживая шею, и вдруг легонько сжимает, подаваясь ко мне.

Ахаю, и он ловит моё дыхание и приникает губами к моим, завладевая ими, проникает между ними языком, сплетаясь им с моим в диком, необузданном танце страсти. Берёт меня ртом так бесстыдно, так откровенно, что я вся дрожу.

Пытаюсь отстраниться, но ладонь, которой толкаю грудь мужчины, будто в скалу упирается. Игнат удерживает меня за шею, аккуратно, но властно притягивает к себе, ныряя другой рукой под рубашку. Медленно ведёт вверх по бедру, и у меня сердце колотится всё чаще. Кажется, что стучит в висках…

Вздрагиваю — так это кто-то в дверь ломится!

— Стучат, — говорю Игнату в губы.

— М-м-м? — покусывая мои, отвечает он.

Приходится тоже укусить мужчину, только сильнее, чем он, и только тогда Игнат отпускает меня из сладостной ловушки. Цедит со злостью:

— Кого там нелёгкая принесла?

Поднимается, чтобы открыть дверь, в которую уже не просто стучат, а барабанят. Я же, воспользовавшись моментом, подскакиваю и, схватив сотовый, прячусь в ванной комнате. Смотрю на себя в зеркало и не верю глазам.

— Милана, что у тебя у тебя с лицом?

Провожу по красным щекам, касаюсь припухших искусанных губ и вздрагиваю от того, какие они чувствительные. Кончиками пальцев спускаюсь по пылающей коже шеи и трогаю розоватые пятна от пальцев Игната. Так сексуально, так неправильно…

На раковине вибрирует сотовый, и я подскакиваю от испуга. Хватаю телефон и дрожащими пальцами отвечаю на вызов:

— Д-да…

— А где «любимый»? — мягко спрашивает Эрик.

— Да, любимый, — послушно отвечаю я.

Замечаю в зеркале, как тухнет взгляд, горько поджимаются губы, и отворачиваюсь, не желая смотреть на свой проигрыш. Я даже не сильно сопротивлялась, и за это презираю себя. И речь не об Игнате.

— Как прошёл твой день? — спрашивает он.

— Он ещё не прошёл.

— Ну вот, вернулась невозмутимая Мила, — нарочито смеётся Эрик.

— Извини, — морщусь и лгу: — Голова болит.

— Выпей таблетку, — советует он и просит: — Пришли мне фото, а то я соскучился.

— Хорошо.

— Странно, что Ева и Марина фоток не выкладывают, — вдруг говорит он, и у меня холодеет спина. — Пока добирались до Санта-Марии, они стопятьсот их запостили, а тут тишина за несколько часов.

— Э… — Паникую, понимая, что он прав. Это нетипично для моих подруг. — Маринка утопила телефон в море, а Ева потеряла зарядку. Пока не нашли в магазинах такую же, а наши не подходят.

— У вас, смотрю, приключения, — хмыкает Эрик.

— Не то слово, — с чувством выдыхаю я.

— Тогда понятно, почему у тебя голова болит, — подытоживает он. — Они жалуются, а тебе, бедненькой, выслушивать. А ведь это твоя вечеринка. Закажи чего-нибудь вкусного в номер и не думай о деньгах. Наслаждайся!

— Хорошо.

Подумав, добавляю:

— Спасибо… А как у тебя дела?

— Работа, милая, — меняет он тон на деловой. — Мне пора. Пришли фото.

И отключается. Вздыхаю и смотрю в зеркало. В таком виде фотографироваться нельзя, я выгляжу так, как будто сутки провела в постели с мужчиной. С очень страстным мужчиной!

— Мила! — колотит в дверь Вера. — Твой паспорт пропал! Зато нашлась Марина!