Не знаю, сколько я проспал, но явно не очень долго. Минут пятнадцать? Полчаса? Еле разлепил веки до узкой щелочки — спать хотелось ужасно. Через окно в комнату косо падал лунный свет.

Тогда что меня разбудило?

— Очуме-е-еть… — услышал тихий голос Лизы.

А, вот что.

Девушка стояла чуть дальше моего стола — рядом со старомодным шкафом с большим, в полный рост, зеркалом. И на ней не было ничего, кроме нижнего белья. Она крутилась возле зеркала, а ее бледная кожа в лунном свете почти светилась. Идеальная, без единого пятнышка синяков. Передо мной словно стояла ожившая скульптура, выполненная рукой очень искусного мастера. Но я знал, что это не камень, а живая, привлекательная девушка с характером.

Моему взору предстало ее почти нагое тело, с подкачанной тренировками попкой, плоским животиком и небольшой аккуратной грудью. Лиза крутилась то одним боком, то другим, выгибалась, чтобы увидеть даже самые отдаленные кусочки кожи, а я наблюдал, лежа на кровати под одеялом. Хотя точно помню, что лежал на заправленной постели. Лиза укрыла меня? Больше некому.

— Ни одного синяка! — почти в полный голос удивилась она. — Вот это магия…

Я бы хмыкнул, но организм все же взял свое. В смысле, глаза сами собой вновь закрылись, и сознание начало погружаться обратно в сон. Магия зелья работала, активно восстанавливая поврежденные органы, но она задействовала для этого все силы организма, которых после операции на столе Тренера было немного.

Уже проваливаясь в бесконечную яму, вдруг услышал, как хлопнула дверь. Раздался крик Романа:

— Макс! Эй, Макс! — Его шаги гулко прогрохотали по коридору.

Лиза тихонько охнула. Быстрые шлепки босых ног по паркету оборвались возле моей кровати, а затем под одеяло юркнуло горячее тело и прижалось ко мне.

— Не дай бог, ты не спишь, Исаев… — обжег ухо шепот.

А я практически спал, и мне было почти все равно, что еще происходит вокруг. Я был дома, в безопасности. По крайней мере, пока. Молился только, чтобы мне дали спокойно доспать эту ночь.

Но мне явно пытались в этом помешать. Одна рука девушки скользнула вниз вдоль моего тела, а вторая легла на грудь. Сама Лиза прижалась ко мне всем телом так, как будто мы два любовника, которые заснули после.

— Может, объяснишь, какого хрена произош… — грохотал Роман. Но вдруг его шаги замерли под аркой. — Оу… Блин, предупреждать же надо…

Больше я его не слышал. Ничего и никого не слышал, потому что окончательно провалился в сон.

* * *

В следующий раз проснулся утром. Свежим, отдохнувшим, здоровым… и один. Только на подушке рядом лежал сложенный пополам листок бумаги. Первым делом откинул одеяло и проверил свои раны. На животе красовались два свежих розовых шрама. А вот ниже…

Так. Какого хрена я без трусов⁈

Схватил записку и прочитал ее.

«Спасибо за незабываемую ночь, Исаев! Это было… великолепно! Давно я так не высыпалась. А ты что подумал? Встретимся вечером у зала и начнем операцию 'Валькирия»? Если ты в норму придешь, конечно. Ниже найдешь мой номер телефона.

Чмоки-чмоки. Лиза'.

Все еще непонятно, почему я без трусов. А она что, всю ночь со мной проспала вот так просто? Воспользовалась моей слабостью, чтоб ее.

Встал с кровати, огляделся, окровавленной одежды не увидел и пошел на ее поиски. На кухне как раз завтракал Роман, который, узрев меня, поперхнулся сосиской.

— Кха-кха… блин!.. — кашлял он.

— Ты мою одежду не видишь? — спросил его, когда прокашлялся.

— Нет! — рявкнул он, закрывая глаза ладонью.

— А она есть… — философски изрек в ответ.

— Ради императора, оденься, Макс! Я же завтракаю! — Он с отвращением отложил сосиску на тарелку и отодвинулся от стола подальше. — У тебя же не один комплект одежды, верно? Посмотри в шкафу. И стиралка всю ночь работала, так что твоя одежда наверняка там.

— Точно! — хлопнул я себя ладонью по лбу. — Извини, спросонья голова плохо соображает.

И это правда. Казалось, я проспал целый год, но, судя по часам, всего четверть суток.

Когда оделся и снова вышел в общую комнату, действительно нашел свою одежду в стиральной машине. Футболка, кофта и куртка имели по две рваные дыры на животе. Вещи были еще влажными, так что повесил их сушиться.

— Ладно, раз уж ты оделся… — заговорил Роман, одеваясь на работу. Он выглядывал из своей комнаты, пока я завтракал яичницей с сосисками. — То теперь мы можем поговорить лицом к лицу, а не лицом к… в общем, неважно. Так что вчера случилось? Почему все сорвалось? Я уж и катер снял, а ты, выходит, тоже кое-кого снял? Искра, буря, безумие…

— Меня подстрелили, Ром, — признался я.

Ответом мне был грохот упавшего полицейского пояса Романа.

— Лять! — ругнулся он и выглянул из проема взъерошенный и обескураженный. — Чего?

— Люди Воронова нашли меня первыми. Две пули в живот. Я выжил только благодаря помощи друзей. Ну и немного — магических зелий.

Роман несколько долгих мгновений смотрел на меня.

— Учитывая, как на тебя девушки стали вешаться, — наконец заговорил он, — без магии точно не обошлось. Ладно, не буду вдаваться в подробности твоей личной жизни, но, блин, Макс! Может, все отложить? Сообщим моим коллегам — пусть ищут убийц. Ты ведь запомнил, как они выглядели?

— Нет времени, Ром. Пока будем с этим возиться, будут страдать невинные люди. К тому же… да, елки! — Я воевал вилкой с ускользающим кусочком сосиски на тарелке. — Если пойду в полицию, Воронов узнает, что я жив. И за мной снова придут. Или за тобой. Егор Петров ведь тебе многое рассказал, а значит, ты тоже на прицеле. Этого я допустить не могу. Сейчас они думают, что я мертв, так что используем это преимущество и нанесем удар… Есть! — Я одолел сосиску и насадил ее на вилку. Всю в масле, с поджаренной корочкой. Какой же я голодный! Но отложил еду и встал, протянув Роману руку. — Ты со мной?

Страж закона, уже полностью одетый, покачал головой, закатив глаза, затем пожал мою руку.

— Конечно, блин, с тобой! И ты прав насчет невинных. Надеюсь, сегодня же вскроем этот гадюшник.

На этом и остановились. Сегодня мы попробуем снова, а если на меня попытаются напасть, я буду готов.

* * *

Лаборатория встретила меня заставленными коробками. Хотя сейчас казалось, что их не так уж много, как виделось вчера. Уборщица Оксана Ивановна не тронула их, оставив на месте и убравшись только там, где это было возможно.

— Я не знала, можно ли их переставлять, — показала она руками, виновато улыбаясь.

— Благодарю, Оксана Ивановна, — ответил я так же жестами. — Это важный образцы. Их трогать запрет.

Мало ли какая коробка упадет, и пробы перемешаются?

Что ж, работы сегодня — непочатый край. Как раз захватил по дороге двойную порцию крепкого кофе и теперь закатал рукава, собираясь приступить к делу.

Начал с разбора коробок и обработки проб. Нужно внести их все в систему, отметить на картах, где они были собраны, а затем начать анализировать. Взял первую коробку из стопки в проходе, открыл ее и выставил несколько стоек с пробирками. В этот момент в лабораторию вошла Алиса. В брюках, в кожаных сапогах на невысоком каблуке и в теплом пальто. Рыжие волосы свободно рассыпаны по плечам, и на них блестят бисеринки растаявших снежинок. Увидев коробки, она замерла на месте, приоткрыв от удивления рот.

— Только не говори, что ты еще работы принес! — простонала она. — Я только думала, что разгребла весь завал, как ты тут же создал новый.

— Не переживай, я тебя ни о чем просить не собирался, — ответил, внося в программу первую пробирку. Координаты, время, условия окружающей среды в момент сбора. Все это было записано на маленькой бумажке на боку контейнера. — Сам справлюсь.

Краем глаза видел, как девушка подошла к моему столу.

— Я пришла сюда работать, — сказала Алиса напористо. — И буду работать! Давай, рассказывай, что за дело у тебя?

Поднял голову и посмотрел на Селезневу, пытаясь понять, бравирует она или действительно настроена работать. Ее синие глаза горели решимостью, а сумочку она держала, завалив на плечо, словно это булава и ей предстоит скорый бой. С пробирками.

Лишь бы она ее в ход не пустила.

— Ладно, — ответил ей. — Но чур не филонить.

— Пф! Я уже давно не филоню, к твоему сведению.

— Как скажешь, — не упустил случая поддеть ее ухмылкой.

На самом деле я знал, что она давно не филонит, но порой ей требовалось дать вот такого запала. Реверсивная психология в действии.

— Пошли, объясню суть дела, — поманил ее к остальным коробкам, но она остановила меня жестом, подняв ладонь.

— Погоди! Сперва я должна принять рабочий вид.

Рыжая развернулась на каблуках и прошла мимо столов к шкафчикам. Я следил за ней взглядом, присев на край своего стола. Она скинула пальто, под которым оказались черный жакет и блузка лазурного цвета. Невольно задержал взгляд на том месте пониже спины, что так обтянули брюки.

Настроение сразу поднялось еще больше.

Селезнева тем временем надела халат, свернула свой рыжий водопад волос в култышку на затылке и почти промаршировала обратно, остановившись в полуметре от меня. По-летнему запахло печеными яблоками.

— К работе готова, господин старший лаборант! — отчиталась она.

— Остановитесь, леди, — засмеялся я. — Я больше не твой инструктор, или как там это называлось. Мы оба прошли испытательный срок, так что теперь на равных.

— Знаю, — кокетливо пожала она плечиком и коварно улыбнулась. — Но ты становишься куда более сговорчивым, если немного почесать твое эго. Прямо как Иван Степанович.

У меня аж дыхание перехватило! Да как она посмела… Как она меня раскусила⁈

Видимо, всю бурю эмоций Алиса прочитала на моем лице и засмеялась, прикрыв рот ладошкой.

Зараза рыжая. Ладно, еще сочтемся.

— Очко в твою пользу, Селезнева, — пришел в себя я. — Готова так готова. Но ты сама напросилась, потом не жалуйся. Работы и правда будет много, потому что… я пока не знаю точно, что мы ищем.

— Не поняла?

Я вкратце рассказал ей о своих наблюдениях, о том, как заметил, что что-то не то происходит с озимыми посевами, что внешне здоровые растения выглядят чахлыми или недоразвитыми. Пока не стал это связывать с работой новейших удобрений компании: все-таки вдруг я ошибаюсь?

— … поэтому нужно проанализировать все эти образцы, тщательно проверить ростки из холодильника, — заканчивал я свой рассказ, — и попытаться выявить закономерность. Где мы ее найдем — в составе почвы, в клетках самих растений или еще где, — я не знаю.

— Теперь поняла, — кивнула девушка, глядя на высившиеся в проходе коробки. — Ты хочешь собрать как можно больше данных, чтобы занести их в компьютер, где будет легче их систематизировать. Верно?

— Умничка! — радостно воскликнул я. — Я знал, что ты сразу все поймешь…

Ее щеки зарумянились, а грудь расправилась.

— Тогда вперед! — воскликнула Алиса.

— Да, — кивнул ей. — Ты тоже куда лучше работаешь, если почесать твое эго.

Она широко распахнула глаза, глубоко вдохнула и с возмущением произнесла:

— А вот это было подло!

После чего мы оба рассмеялись.

С хорошим настроением работалось куда легче. Она взяла себе коробку и тоже начала вносить данные на общий сервер. Параллельно занесенные в программу пробы ставили в специальные анализаторы. Те гудели, пыхтели и звонко пикали, выдавая результат на термобумаге. Ноутбуки грелись, клавиатуры клацали, а перед глазами мелькали черно-белые цифры и названия. Работа кипела. Мы с Алисой спина к спине держались против полчищ данных.

И не заметили, как пришел Бойлеров. Начальник переоделся и встал между нашими столами. Я чувствовал его взгляд на своем затылке, но отвлекаться не хотелось. Иван Степанович сделал еще пару шагов и встал за нашими спинами. Вдруг он положил руку мне на спину и театрально произнес:

— Нет! Это не галлюцинация… Они действительно работают!

Как будто мы до этого не работали. Хотя согласен, сейчас мы погрузились в работу куда сильнее, даже не поздоровались с ним. Наверно, это его и взбудоражило слегка.

Но что мне, что Алисе сейчас было не до шуток Бойлерова, и мы хором, обернувшись, гаркнули:

— Не отвлекайте нас!

— Наконец-то… — всхлипнул он и смахнул со щеки несуществующую слезинку, сложил в молитве ладони и обратил взгляд к потолку. — Спасибо… спасибо! Я им больше не нужен. Птенчики вылетели из гнезда… — Начальник развернулся и пошел к своему рабочему месту, приговаривая на ходу: — Я… я брошу пить, если их еще и переведут в другой отдел, обещаю!

Мы с Алисой обменялись взглядами и пожали плечами. Это Бойлеров. Его исправит только могила. Или большая балка, упавшая сверху.

Прервались с моей коллегой только на короткий обед. Но даже тогда, жуя бутерброды из кафетерия, продолжали вбивать данные в компьютеры. За работой пролетел остаток рабочего дня, и мы даже не заметили, как Бойлеров ушел домой. Очнулись только в шесть вечера.

Алиса откатилась от стола на своем кресле (да, за выходные нам поставили новые кресла на колесах вместо крутящихся неудобных табуретов) и с хрустом в спине разогнулась, сладко застонав. У меня тоже все затекло. Сидячая работа есть сидячая работа.

— У меня в глазах уже мушки летают, — пожаловалась девушка. — Но, кажется, с пробами грунта все. Почти. Осталось то, что в холодильнике, да?

— Да, — ответил ей, тоже разгибаясь и тем самым легонько отталкивая девушку. — Этим займемся завтра.

— А может, стоило с них начать? Вдруг из-за времени упустим что-то важное.

— Сомневаюсь. Эта штука не погибла при околонулевых температурах воздуха, так что и в холодильнике ей ничего не будет.

— Тоже верно. Была бы здесь Марина, уже бы закончили и с ними, — вздохнула Алиса, вернувшись к своему столу.

— Но ее здесь нет… — пожал я плечами. — Так что рассчитывать можем только на себя. Она что-то затихла в последнее время, так что, надеюсь, не готовит нам новую подлость. Палок в колеса нам сейчас не надо.

— Да, — согласилась рыжая, распустила волосы и устало повертела шеей, захлопнув ноутбук. — Ладно, до завтра, Максим.

— До завтра, — попрощался с Алисой.

Вскоре она переоделась и вышла, напоследок с улыбкой помахав пальчиками. Я закончил вбивать последние данные из анализатора, в котором сменился уже третий рулон термобумаги, и тоже поспешил домой.

По пути набрал Лизе сообщение, что все в силе. Дома покормил Огрызка, за полчаса сварил пару новых зелий, восстановив арсенал пожарного пояса, захватил с собой Морвину и гравитационный артефакт, выигранный в бильярд в кабаке. Он бы мне в драке с Витамином пригодился, но в нем почти не оставалось магии. Зато теперь я его подзарядил своей. Мог бы и Морвину заправить сильнее, но этой кровопийце только волю дай.

Роман прислал сообщение, что ждет меня на катере, как раз тогда, когда я подъехал к «Пушинке». Славик и Лиза уже ждали меня там.

— Ого! — присвистнул, оглядев девушку с ног до головы. Выглядела она невероятно соблазнительно. Черная кожаная куртка с меховым воротником, топ с тесемками на V-образном вырезе, подчеркивающем грудь, кожаная юбка-клеш до колен и высокие ботфорты со шнуровкой. Она постаралась, так что стоит ее похвалить. — Одного парня ты сегодня уже подцепила, Лиза.

— А может, и не сегодня? — довольно подбоченилась она.

— Слюни подбери, Исаев, — хмуро буркнул Славик.

На это я даже реагировать не стал. Этот парень сегодня натерпится: его выдержке предстоит настоящее испытание. Поэтому просто его пожурил:

— Главное, Вячеслав, чтобы ты во время задания себя в руках держал. Не то весь наш план пойдет по одному месту. Воронов думает, что я мертв, так что наверняка сегодня даже особо скрываться не будет. Лиза, ты молодец! Уверен, он на тебя так клюнет, что даже свою обычную проверку устраивать не будет. Главное, обмолвись, когда придет время, что дома тебя никто не ждет.

— Поняла, — со всей серьезностью кивнула она.

— И вот еще что… — Я подошел к ней вплотную, проигнорировав очередной недовольный взгляд ее брата, и взял за руку. Вложил в ладонь зачарованное кольцо-печатку и сказал максимально серьезно: — Надень и не снимай ни в коем случае.

Сжал ее ладонь в кулак и отпустил. Думал, кольцо в карман сунет, но она сразу надела его на средний палец и показала брату.

— А неплохо смотрится! — засмеялась Лиза. — Не ссы, Слав, все пучком будет. С нами Исаев.

— Это меня и беспокоит, — отвел он в сторону взгляд и переступил с ноги на ногу.

— Ну что, начнем операцию «Валькирия»? — пихнула меня плечом в грудь Лиза.

— Начнем, — отозвался я. — Сегодня мы пойдем в самое логово зверя.

* * *

Некоторое время назад

Давид Воронов сидел в своем кабинете на последнем этаже особняка на острове Теплый. Его стол располагался в круглом эркере и освещался одинокой лампой на столе. Но другой свет, бледный, заливал смуглое лицо Давида, делая его похожим на темно-зеленый мрамор.

Парень смотрел в экран, который был разделен на несколько частей. Через скрытые видеокамеры он наблюдал за происходящим в комнатах особняка. И улыбался, буквально нутром ощущая, как заполняются копроматом на властей предержащих жесткие диски его серверов здесь и в еще нескольких местах.

В дверь постучали, в темный кабинет вошел Матвей — как всегда в теплом шарфе на шее и широкополой шляпе.

— Мой господин, — учтиво склонил он голову. — С нами связался один человек. Он просит у вас аудиенции.

— Да? — зевнул Давид, откинулся в мягком, изысканном кресле, которое приобрел у одного коллекционера почти за бесценок. Просто коллекционер очень любил, чтобы женщины ходили по нему на высоких и острых каблуках, и очень не хотел, чтобы кто-то еще об этом знал. — И почему я должен его принять?

— У него есть новая информация об Исаеве.

Рука Давида легла на набалдашник трости, и камень в нем мигнул красным.

— В самом деле? Разве он не мертв? Что ж, тогда я жажду поскорее встретиться с этим прекрасным сударем!