— Итак, вы выехали из общежития, где проживаете, по адресу прописки гражданки Водопьяновой Валерии. Документов, телефонов не взяли, ключей нет. Выехали как есть: в валенках и тулупах. Передвижение осуществляли при помощи попутного транспорта, который, не довёз вас до города, а оставил возле трассы, напротив забора кладбища. Заблудившись на открытой местности, в нескольких метрах от освещённых ворот, вы остановились на могиле неизвестной вам женщины, где вас и застал патруль, вызванный сторожем кладбища. Я всё правильно понимаю?

Лера устало кивнула. Зоя, не стесняясь, спала на стуле. Под глазом чернел синяк. Кожа покрылась красноватыми пятнами. Девушку явно лихорадило.

— Лера! Девочка моя! — в кабинет ворвалась мама, впустив с улицы морозный воздух и ночную свежесть. Бросилась к полицейскому:

— Отпустите моих девочек! Бедняжки, натерпелись страху! Вы же меня знаете, Николай Степанович! Я вам как на духу говорю: заплутали девочки мои! Ох, теперь придётся мне их лечить — точно с простудой слягут, ночь-то морозная! Только молоко с мёдом и тёплые носки помогут!

— Это что, твоя дочь? — глаза Николая Степановича на мгновение полностью показались из-за толстых щёк. — Вот это дела! Папку её я в своё время каждую неделю с кладбища привозил, тянуло его туда, как намазано! Уже и сторож через раз нас вызывал — устал от него, ведь как на работу пёрся в ночь. И дочка теперь туда же! У вас сатанизм — это семейное, что ли? Генетическое? Или это психическое? Слушай, своди свою дочку к «мозгоправу». Добром эти путешествия не закончатся.

— Ну, что ты такое несёшь, Николай Степанович! Ну, заплутала девочка разок. Чего клеймо сразу ставить? А? — устыдила его мама.

— Ладно, забирай своих девчат, чтоб я больше их не видел, ясно? — смягчился полицейский.

Довольный своей щедростью, он поправил рубашку, которая норовила треснуть под натиском его необъятного живота, и уселся за бумаги.

Лера растолкала Зою, и они спешно покинули отдел полиции.

— Мам, привет, ты это… — девушка не знала, как подобрать слова, чтобы объяснить всё.

— Потом, дорогая, потом. Поехали домой, — мама кивнула в сторону такси.

Запах родного дома окутал с порога. Так тепло и уютно не было давно. Только сейчас Лера поняла, как сильно скучала.

— Раздеваться и в кровать. И тебе и.…, - мама указала на Зою, которая еле стояла на ногах.

— Зоя, мам, — улыбнулась Лера.

Женщина в ответ кивнула, и девушка повела подругу в свою комнату:

— Ну, как ты?

— Я очень хочу спать. Очень! — Зоя, не раздеваясь, легла и уснула, едва коснулась подушки.

— Хорошо. Спи, набирайся сил, — Лера пожелала подруге доброй ночи, а сама взялась обдумывать то, что произошло.

Баба Стеша сказала, что, если Зоя не наберётся Силы, то умрёт. А что такое Сила? Наверное, это то фиолетовое марево, которое окружало могилы. Ведь ничего другого она не видела. Значит, скорее всего, так и есть. Свою руку, когда та вошла в тело Зои, она тоже видела фиолетовой. Значит, если она придумает, как взять у себя эту штуку и вложить Зое, у той появится Сила… Кажется, логично.

Хотя всё, случившееся этим днём, представлялось Лере бредом, она сказала себе: «Раз уж падать в безумие, то до конца!» Потом положила свою руку на ногу спящей Зои: «Так, теперь надо повторить тот трюк, когда моя рука провалилась».

На удивление, получилось очень легко. Зоя во сне застонала, но не проснулась.

«Интересно, это больно?» — подумала Лера. И тут же мысленно приказала себе: «Так, не отвлекаться! Неважно, больно или нет. Главное, жива будет. Теперь надо как-то приказать Силе из меня перетечь в неё».

Лера представляла, как фиолетовая дымка течёт из пальцев невидимой руки прямо внутрь Зои. Пожалуй, начинало получаться: рука немела, в ней покалывало, будто её отлежали. Но внезапно всё вокруг погрузилось во мглу…

Первое, что Лера почувствовала, — её трясёт. Нет, это не её трясёт, это кто-то её трясёт! В следующее мгновение она стала различать звуки и голос:

— Лер? Лера! Ты чего? Лера! Открой глаза!

Лера застонала, открыла глаза и уставилась на Зою, которая пыталась привести её в чувство. Поняла, что так и уснула, сидя на её кровати. Голова нестерпимо болела, подступала тошнота и крутило в животе.

— Ммм? — только и сумела выдавить она.

— Ох, и напугала ты меня! Я уж думала — померла! Открываю глаза, а ты лежишь у меня в ногах, бледная, аж восковая… Я тебя трясу, трясу, а ты молчишь!

Зоя же выглядела просто отлично! Глаза сияли, щёки налились здоровым румянцем, улыбка не сходила с лица. Даже синяк пропал.

— Знаешь, мне так хорошо! Я чувствую себя прекрасно. Уже давно я не ощущала в себе такой лёгкости. Мне кажется, если я сейчас подпрыгну, то достану до потолка! — искренне радовалась девушка.

— Угу, — промычала в ответ Лера.

— Так, постой! Баба Стеша вчера ведь сказала, что умирать должна я, а не ты. Вряд ли она ошиблась, — Зоя перевела взгляд на свою ногу: подобрав вверх штанину, увидела там синяк в форме ладони. — А я всё думаю, что у меня так ногу жжёт? Погоди, дай догадаюсь: ты вчера решила, что я помираю, поэтому мне типа переливание сделала. Видимо, перелила всё, что у тебя было, поэтому я свежа, как майская роза, а ты похожа на престарелый финик?! Проблема в том, что я не знаю, как это тебе вернуть, — Зоя задумалась и погрустнела.

— Посплю, поем и пройдёт, — отмахнулась Лера. С трудом поднявшись на ноги, она распахнула дверь комнаты и, пошатываясь, направилась на кухню вместе с Зоей.

Там мама уже вовсю гремела посудой:

— Ну, что, «сатанистки», доброе утро. Рассказывайте! — весело приветствовала она своих гостей.

— У тебя мама — святая, — не выдержала Зоя.

— Я не святая, просто с её отцом в своё время намаялась. У него вечно был целый ворох невероятных отмазок. Решила понять, в отца ли дочь, — лукаво подмигнула Лере мама.

Речь, которую приготовила Лера по пути на кухню, застряла в горле: не может она врать. Всю жизнь маме врал отец. Лучше она сама в психушку попадёт, чем то же самое сделает с мамой!

И она принялась говорить. Правду. От начала до конца. Про Эда, общежитие, про утро на кладбище и приезд в полицию.

Мама неподвижно сидела на стуле, внимательно слушая сбивчивую речь дочери. Потом воцарилось молчание. Каша сгорала на плите, в раковине лилась вода, а они всё сидели и молчали.

Первой не выдержала Зоя. Встала, выключила воду и кашу, засучила штанину, показывая фиолетовое пятно:

— Лера не врёт, я свидетель. Вот доказательство, — она ткнула пальцем в синяк, — и она не сумасшедшая. Ну, или мы обе сумасшедшие. Так что, если вы будете вызывать бригаду, — вызывайте две!

Неожиданно мама рассмеялась раскатисто и звонко:

— Эвоно как! А я всю жизнь думала — это я сумасшедшая. Так я и знала, честное слово, так и знала!

Настала очередь девушек пребывать в недоумении: они ожидали чего угодно, но не этой маминой реакции на рассказ Леры.

— Мам? Ты не думаешь, что я умом тронулась? Ты мне веришь? — осторожно спросила Лера.

— Верю, — серьёзно ответила мама. — Знаешь, я же не слепая и не глухая. Мне много кто говорил, что твой отец видит скрытое и слышит то, что другие слышать не могут. Я умоляла его: «Расскажи всё, мы же одна семья!». А он мне всегда в ответ: «Это опасно для тебя». Как в боевике каком-то. Сколько его ни просила — всегда молчал.

— Может, это и правда опасно, а я не знаю и всё испортила? — расстроилась Лера.

— Даже если я прямо завтра помру от услышанного, хоть спокойно помру. Вдруг с тобой что-то случится, как с папой? А я не знаю, где концы искать. Я же в петлю полезу! Ты у меня одна осталась на этом свете, — отрезала мать.

— И потом, — её голос стал глуше, — теперь я знаю, что мои мальчики на небе и у них всё хорошо.

— Но я не знаю, что теперь делать, — чуть слышно прошептала Лера. — Я так плохо себя чувствую, что, кажется, вот-вот упаду.

Девушка потратила на разговор остатки сил и теперь не могла даже поесть.

— Так ты ложись! Зоя останется караулить. Я, кажется, знаю, что нужно делать, — скомандовала мама.

Подруга помогла Лере добраться до комнаты, и девушка с наслаждением растянулась в кровати, мгновенно погрузившись в сон.

* * *

— Лера, Лера, вставай! — послышался сквозь сон голос мамы.

Девушка с трудом разлепила веки. В голове шумело, тело не хотело слушаться.

Увидев, что дочь проснулась, мама объяснила:

— Это моя знакомая, тётя Наташа. Возможно, она сможет помочь.

«Тётей эта Наташа была лет тридцать назад», — успело пронестись в голове у Леры, пока она пыталась её разглядеть: морщинистое лицо и увядшая шея, седые, плохо прокрашенные волосы — всё выдавало весьма почтенный возраст гостьи.

— Так, что у нас здесь? — спросила тётя Наташа, стараясь придать строгости и значительности своему голосу. — А ну-ка, сядь на стульчик, остальные принесите мою сумку и таз с водой.

— Из-под крана? Холодную? — переспросила Зоя, протягивая необъятный холщовый рюкзак, который женщина принесла с собой.

— Любую, — коротко бросила тётя Наташа.

Она доставала и доставала из сумки различные предметы: пучок травы, спички, бутылку с жидкостью мутного цвета, какие-то тряпочки.

Лера со своего стула плохо видела весь арсенал, но встать не было сил.

«Нет Силы встать… Да уж, старые фразы обретают новый смысл», — думала девушка, ожидая, пока ей расскажут, для чего её комнату превратили в кабинет экстрасенса.

Тем временем тётя Наташа зажгла свечу и начала ходить кругами, нашёптывая что-то себе под нос. Взяла со стола пучок травы, подожгла его, а когда комната наполнилась едким дымом, бросила траву в таз. Плескала водой из бутылки, мочила тряпочки и прикладывала к своему лицу. Затем села на пол и стала раскачиваться. Лера, Зоя и мама наблюдали за «священнодействием» тёти Наташи не только с интересом, но и с опасением.

— Так и есть, — завершив ритуал, Наташа как ни в чём ни бывало села на кровать и скрестила руки, — у тебя нет Силы!

Лера многозначительно вздохнула и с трудом удержалась, чтобы не закатить глаза — это она знала и без неё!

— Тебя кто-то выпил! Хорошенько так. Одна чёрная дыра осталась, — продолжила женщина.

«Или я сама себя вылила», — подумала Лера, но говорить об этом не стала.

— Что делать-то с этим? — упавшим голосом спросила мама. Она стояла, прислонившись к дверному косяку, опираясь на него, будто и сама была без сил.

— Вариант первый: ждать. Сон, прогулки, режим, зарядка. Со временем придёшь в себя.

— А сколько ждать? — перебила Зоя.

— Ну, точно никто не скажет. С полгода, до полного исцеления.

— Есть ещё варианты? — устало спросила Лера.

— Вариант второй: практики. Есть центр неподалёку, называется «Реабилитация Усталой Женщины». Там тебя за пару недель восстановят до «рабочего» состояния.

— У нас нет столько времени, — Лера обратила свои слова к Зое. — Глеб и Эд найдут нас раньше. Не знаю почему, но мне кажется, что они упорно нас ищут.

— Ищут, — подтвердила мама. — Мне звонил Николай Степанович, пока ты спала. Сказал, что к ним приходили молодые люди. Они были у сторожа на кладбище, тот им объяснил, что вас забрали в отделение.

В комнате повисла тревожная тишина.

— А ещё есть способы? — не выдержала Зоя.

Казалось, тётя Наташа только и ждала этого вопроса:

— Есть! Я могу отдать свою Силу, но это будет очень дорого стоить.

— Сколько? — деловито спросила мама.

— За это ты должна будешь помочь мне. В чём именно, я скажу, когда разберёшься со своими проблемами, — ответила она, глядя Лере в глаза. — Я чувствую, что ты видишь скрытое.

— Договор с дьяволом какой-то получается, — пробурчала Лера.

— Решать тебе, — тётя Наташа победно скрестиларуки на груди.

— Выбора всё равно нет. Договорились! — согласилась девушка.

Женщина позвала Леру сесть рядом с собой на кровать и взяла её за запястья. Какое-то время ничего не происходило. Девушка уже начала злиться на эту странную гостью, пока внезапно не осознала, что тяжести больше нет, спать не хочется, а мысли ясные и чистые. Она попыталась сосредоточиться и посмотрела так, как учила её баба Стеша: вокруг тёти Наташи не спеша вращался голубовато-фиолетовый вихрь, кончик которого уходил в запястья. Сама женщина с каждой минутой становилась всё бледнее. Вокруг Зои перетекало густое фиолетовое поле, будто кисель. Только маму было плохо видно с кровати. Ещё одна деталь привлекла внимание Леры: кассета на полке светилась бледным, еле различимым фиолетовым светом.

— Тебе хватит на то, что ты задумала! — вдруг сказала тётя Наташа севшим голосом.

Выглядела она неважно, как Зоя вчера.

Лера кивнула:

— Спасибо!

— Не забудь про долг, — напомнила женщина вместо ответа.

— Может тебя проводить? — спохватилась мама.

— Не стоит. Я вызову такси и сразу в Реабилитационный центр. У меня абонемент постоянной посетительницы, — с усмешкой проговорила тётя Наташа.

— Кстати, — она обернулась к Лере, — ты скоро попросишь адрес. Я чувствую это.

— Мне бы очень не хотелось, — скромно ответила девушка.

Тётя Наташа невесело улыбнулась:

— Посмотрим.

Когда за гостьей закрылась дверь, Зоя заявила:

— Объявляю военный совет. За кружкой чая…