– Есть хочу!

Стук в дверь номера меня практически спас.

Во мне точно умерла величайшая актриса всех времен и народов. Но не воспользоваться своим шансом я просто не могла.

И глядела на раздосадованного Баринова самыми честными и преданными глазами в мире. И даже показательно проглотила голодную слюну.

Он ведь и сам говорил, что жена в голодном обмороке ему не нужна вечером? Так что, какие ко мне претензии?

– Катенок, знаешь, почему мне легко делать деньги?– он навис надо мной, боднул носом по моему носу.

– Почему?– отвести взгляд я не могла.

– Потому что я умею выбивать долги,– он плотоядно улыбнулся.– А ты прям в долги влезаешь, мама не горюй!

Кожа на ногах покрылась мурашками.

Закололась о плотную ткань.

Опять эти его двусмысленные угрозы. Он же сейчас явно не про деньги, да?

Но Максим уже поднялся с кровати и вышел из спальни. Я села и шумно выдохнула. Красотка. Волосы так и не просушены и всклокочены, гулька окончательно растрепалась.

Прям даже неудобно перед Бариновым.

Я же вроде бы его супругу изображаю.

– Катенок, иди есть!

Пришлось встать. Снова застегнуть все пуговицы на пиджаке. Молния на брюках вжикнула, и я поморщилась. Мокро. В душ бы.

Я осторожно выглянула в гостиную.

– Да выходи уже, ушла официантка,– улыбнулся Макс. В руке он держал тарелку и увлеченно наматывал пасту на вилку.– Не знаю, как ты, а я до этого гребаного ужина точно не доживу.

– Там в меню только морепродукты,– я оглядела еду, которую нам принесли.

– Тогда тем более, ешь!

Он впихнул мне в руки вторую тарелку с карбонарой.

У меня непроизвольно выделилась слюна. Я ее обожала. Но позволяла себе редко. Макароны. Сливки. Калории.

После еды Баринов утащил меня обратно в спальню.

Раздел и запихнул под одеяло.

– У нас всего час и я хочу провести его с тобой в постели!– он заставил меня лечь на бок, включил какой-то фильм и прижался к спине.

– Максим,– чувствуя, как твердеет член, прижатый к моей попке, осторожно позвала я его.

– Не ссы. Время расплаты наступит ночью. Смотри фильм.

Ага!

Как его смотреть, если его ручищи так и наглаживают меня во всех местах?

– Слушай, помнишь ту женщину, что сидела за моим столиком на завтраке?– я перевернулась на спину.

– Ну.

– Она сказала, что у тебя,– я задумалась, подбирая корректное слово.– Определенная репутация. И что ты на многое способен.

– Ну.

– Гну!– фыркнула я. Сейчас, такой расслабленный и спокойный, он меня совершенно не пугал.– На что ты способен, интересно? Что она имела в виду?

– Так у нее бы и спросила,– Максим продолжал смотреть в телевизор.

– А я спрашиваю у тебя!

– Катенок, ты совершенно не умеешь тихо лежать, да?

– Неа,– я помотала головой.

Смотреть на него снизу вверх было интересно.

Щетина равномерно покрывала острые скулы. Немного пухлые губы, но без намека на женственность. Длинные пушистые ресницы, которым любая девушка позавидовала бы. И синие-синие, как морская глубина, глаза.

– Я душка. Просто няшка. Сама не видишь, что ли?– он скосил на меня глаза и быстро-быстро захлопал ресницами.

Удержаться было невозможно, и я засмеялась.

Ну да. Няшка.

Бородатая и мышцастая. А еще наглая и дико сексуальная.

Господи, скорее бы этот вечер прошел. Баринов закончит свои дела в городе и улетит обратно в Москву.

Мне стало сложно дышать.

Пусть уезжает. Так мне будет легче. Потому что быть с ним постоянно рядом тяжело.

Я привыкаю.

Два дня назад я бы даже подумать не могла, что способна лежать в постели с мужчиной, которого фактически не знаю. Мало того, заниматься с ним любовью и целоваться на людях.

Абсурд?

Абсурд.

– Ты так вздыхаешь, что я начинаю напрягаться,– губы Максима нашли мое ухо.

– Да, нет. Все нормально. Сколько времени? Нам собираться не пора?

– Пора,– он тоже вздохнул.

– Максим, я пойду собираться к себе в номер.

– Это почему это?– ревностно возмутился он. Даже обхватил меня теснее и прижал к себе.

– Потому что у меня там косметика. Мой фен. Белье, в конце концов. Нельзя же надевать платье без белья?– сопротивляться его рукам я не стала.

– Можно!

Я закатила глаза.

– Ладно, я понял,– проворчал он. Ткнулся лицом мне в шею, подышал. Куснул легонько кожу.– Иди к себе. Но пока я за тобой не приду – чтобы никуда, ясно? А то мне придется тут половине отеля морды начистить.

– Не придется.

Я выпуталась из его объятий и встала.

Для меня ходить голой было непривычно. Но до брюк и пиджака пришлось сделать несколько шагов. И я специально не стала поворачиваться к лежащему Баринову лицом. Чтобы он не увидел, какая я красная от смущения.

– А ты говорила, мне нужна другая жена,– задумчиво сказал он, когда я почти оделась.

– Что?– я обернулась.

– Глянь,– он показал взглядом на внушительный бугор в паху, который было видно даже через одеяло.– Ну, какая другая жена? Жену выбирать по стояку надо.

– Ага. По канализационному,– проворчала я себе под нос.

– Чего?

– Ничего. Все, я пошла!

Из номера я практически выскочила.

Поправила волосы, перекинула купленное Максимом платье через руку и сделала привычное серьезное лицо.

Баринову все нипочем. Такое ощущение, что он живет и делает дела, играя. А вот я сильно беспокоилась.

Олег тоже должен будет быть на ужине. И он ненавидит и меня, и Максима. А значит, мое повышение в должности и ипотека в опасности. Потому что ничего хорошего я не жду.