Динозавр от посёлка «Лагуна» ушёл лишь спустя полчаса, основательно проредив ближайшие посадки и изрядно потрепав нервы местным жителям. Честно говоря, я бы этому животному отдельную благодарность выписал. Никакие лекции, инструкции и предупреждения не смогли добиться того эффекта, который произвела одна-единственная встреча с голодной травоядной тушей весом в несколько тонн.

Уже на следующий день колонистов было не узнать. Народ работал с невиданным энтузиазмом. Люди активно собирали биомассу, носили воду, брались за любые дополнительные задания, позволяющие заработать лишние баллы.

Причина такого трудового подъёма была понятна. Практически все мужчины посёлка загорелись идеей накопить на арбалет. После визита местной фауны мысль о том, что неплохо бы иметь под рукой оружие, наконец стала понятна жителям «Лагуны». То обстоятельство, что из арбалета ещё нужно уметь стрелять, пока никого не волновало. Некоторые вообще, судя по разговорам, воспринимали его как универсальное средство от любых неприятностей.

Происходящее меня вполне устраивало. Люди начали связывать собственную безопасность не с абстрактной заботой системы, а со своими действиями и подготовкой. Конечно, выводы они сделали довольно примитивные, зато в целом правильные.

Самое забавное заключалось в том, что никакой реальной угрозы динозавр не представлял. Животное было травоядным, относительно мирным и нападать на людей не собиралось. Однако страх оказался лучшим учителем, чем все подготовленные нами инструкции вместе взятые.

Тем не менее вопрос с огородом оставался открытым. И дело было даже не в семенах, которые требовалось приобретать за баллы. Люди попросту не хотели снова привлекать внимание прожорливого гиганта. Группа колонистов, назначенная заниматься посадками, быстро нашла способ обойти систему мотивации. Точнее, систему штрафов.

После трёх дней отказа от выполнения основных обязанностей начиналось снижение ежедневного начисления баллов. Мы удерживали всего по два балла в сутки, рассчитывая таким образом подтолкнуть людей к работе. Однако жители «Лагуны» быстро сообразили, что потерю можно легко компенсировать другими заданиями. Вместо возни с грядками они собирали биомассу, носили воду или брались за любые доступные подработки, оставаясь при этом в плюсе.

После недолгого совещания мы решили отменить штрафы. Возможно, на данном этапе содержать огород в этом посёлке действительно нерационально. Группа, имеющая специальность огородников, была переведена в сборщики биомассы, о чём колонисты получили официальное уведомление через браслеты.

Желание заработать как можно больше баллов оказалось настолько велико, что именно жители «Лагуны» первыми полезли в море. Сначала просто из любопытства бродили по мелководью, переворачивали камни и тыкали палками в местную живность. Потом кто-то притащил первую добычу к молекулярному преобразователю и с удивлением обнаружил, что за морских обитателей начисляют в два раза больше баллов, чем за обычную растительную массу.

Новость по посёлку разлетелась мгновенно. Самые сообразительные немедленно полезли в справочник, убедились, что большинство местных «креветок», моллюсков и прочих беспозвоночных для человека опасности не представляют, после чего началась настоящая добыча ресурсов. Теперь значительная часть жителей проводила свободное время на побережье, вытаскивая из воды всё, что могло принести дополнительный заработок.

Особенно меня позабавило, что ещё неделю назад эти же люди боялись отходить от ворот посёлка дальше чем на несколько сотен метров. Теперь же азарт оказался сильнее осторожности. Некоторые действовали в одиночку, другие объединялись в небольшие группы, деля между собой наиболее удачные участки побережья.

Разумеется, без конфликтов не обошлось. Когда выяснилось, что крупная добыча приносит весьма приличные баллы, нашлись желающие присвоить чужие трофеи. Несколько раз дело доходило до драк. К счастью, жители Земли за столетия спокойной жизни успели основательно отвыкнуть от насилия. Поэтому всё ограничивалось синяками, ссадинами и разбитыми носами.

Спасибо медицинским капсулам, установленным в каждом жилом модуле. Уже на следующий день вчерашние противники выглядели так, словно ничего не произошло. Зато нейросеть получила богатый материал для анализа человеческого поведения в условиях ограниченных ресурсов.

Наблюдая за происходящим, я всё больше убеждался, что правильно поступил, отселив этих людей от основной массы колонистов. В других посёлках подобные конфликты могли бы заразить окружающих или спровоцировать серьёзные проблемы. Тех посёлках и работали меньше.

Хуже всего обстояли дела с добычей железной руды. Не скажу, что народ в двух поселениях, выбранных для получения этого ресурса, бездельничал. Бывшие заключённые к полученному через браслет заданию отнеслись вполне спокойно. К тому же кирки, лопаты и простейшие молотки им не пришлось покупать за баллы. Самый примитивный инструмент выдавался бесплатно.

Другой вопрос, что «добывать руду» хорошо умеют персонажи компьютерных игр. Человечество давным-давно не использовало ручной труд в этой области. Признаюсь честно, я и сам понятия не имел, как должна выглядеть железная руда. Когда инженерный робот доставил мне образец, тот вызвал у меня искреннее недоумение.

Почему-то я ожидал увидеть что-то серое или чёрное. Вместо этого на стол лёг тяжёлый камень тёмно-красного цвета с металлическим блеском, напоминающим ржавое железо. Робот сообщил, что содержание железа в образце превышает шестьдесят процентов.

— Это и есть руда? — переспросил я.

— Гематит, — ответила нейросеть. — Оксид железа. Один из наиболее удобных минералов для металлургии.

Оказалось, что миллионы лет назад на месте нынешних холмов располагалось мелкое внутреннее море. В воде содержалось большое количество растворённого железа, которое постепенно осаждалось на дно слоями. Позже геологические процессы подняли эти отложения на поверхность. В результате целые пласты богатой железом породы буквально выходили из склонов холмов. Для промышленной добычи такое месторождение считалось бы подарком судьбы.

— И много там такого добра? — поинтересовался я.

— По предварительной оценке, запасов хватит на несколько столетий строительства, — ответила нейросеть.

Проблема заключалась не в количестве руды, а в людях. Получив кирки, колонисты честно пытались выполнять задание, однако быстро выяснилось, что большинство из них никогда в жизни не держало в руках ничего тяжелее планшета. К тому же они несколько лет провели в космосе и не восстановили мышечную массу. Уже через час работы начинались жалобы на мозоли, усталость и боли в спине.

Как ни странно, эти же колонисты довольно быстро сообразили, что штраф в два балла не такая уж серьёзная проблема. Добывая растительную массу для молекулярного преобразователя, можно без особого труда заработать на еду и большинство бытовых мелочей. В результате уже через неделю ни «Рудокоп-1», ни «Рудокоп-2» своих названий не оправдывали. Люди предпочитали заниматься чем угодно, кроме добычи руды.

— Нужно ужесточать систему, — предложил Михаил, изучая статистику. — Иначе они никогда не возьмутся за железо.

— Пусть пока так, — остановил я друга. — Рано или поздно сами придут к выводу, что металл нужен.

— И не только он, — напомнила Мария.

Она была права. Почему-то большинство колонистов искренне считало, что ресурсы бытовых принтеров бесконечны. Люди охотно печатали одежду, инструменты и другие мелочи. Между тем запасы картриджей мы ограничили примерным запасом месяца на три и специально не акцентировали на этом внимание. Когда принтеры начнут сообщать о нехватке сырья, колонисты неизбежно задумаются, откуда вообще берутся материалы для производства..

Особенно интересной обещала стать ситуация с солью. Запасы хлорида натрия в пищевых аппаратах были ограничены и постепенно расходовались. Производить её самостоятельно большинство поселений не могло. Зато прибрежные колонии имели практически неисчерпаемый источник — морскую воду.

— Получится настоящая экономика, — заметил Михаил.

— Скорее бартер, — поправил я.

Когда ресурс пищевых аппаратов начнёт подходить к концу, нейросеть просто уведомит людей о возможностях обмена. Металл, инструменты и другие товары можно будет обменять на соль, морепродукты и некоторые редкие минералы, доступные только в прибрежных районах.

— Думаешь, догадаются?

— А куда они денутся? — усмехнулся я. — Человечество тысячи лет торговало задолго до появления банков, кредитов и глобальных сетей. Вспомнят.

Мария покачала головой.

— Или сначала устроят пару десятков конфликтов.

— Одно другому не мешает, — заметил Михаил.

Пока всё это оставалось вопросом будущего. Если смотреть объективно, колонисты расходовали ресурсы куда экономнее, чем мы ожидали. Кто-то откровенно ленился зарабатывать дополнительные баллы, а на ежедневные десять — пять обязательных и ещё пять за работу — особо не разгуляешься. Большинству едва хватало на еду, одежду и самые необходимые мелочи. О покупке действительно полезных вещей люди пока почти не задумывались.

Впервые с нехваткой бытовых удобств колонисты столкнулись во время по-настоящему серьёзного ливня. Большинство благоразумно пересидело непогоду в жилых модулях. Те же, кого дождь застал снаружи, промокли до нитки и после возвращения дружно забрались в медицинские капсулы. В данном случае решение было абсолютно правильным. Переохлаждение на этапе адаптации нам точно не требовалось.

Ольга на следующий день после ливня стояла посреди посёлка и с явным недовольством рассматривала последствия непогоды. Ветер нанёс со стороны побережья листья, мелкие ветки и прочий мусор. Кроме того, быстро выяснилось, что обычной метлой собирать мокрую листву гораздо сложнее, чем сухую.

Я уже приготовился наблюдать очередную истерику, однако дочь неожиданно проявила признаки здравого смысла. Постояв несколько минут и оценив объём работы, она пришла к выводу, что бороться с мокрой грязью бессмысленно. Вместо этого Ольга взяла ведро и отправилась к морю за водой. Лишь к вечеру, когда земля подсохла, она вернулась к своим обязанностям и быстро привела территорию в порядок.

В итоге за сутки ей начислили тринадцать баллов. Один балл Ольга по привычке потратила на горячую воду для жилого модуля, а на оставшиеся средства неожиданно приобрела крепкие ботинки. Настоящие рабочие ботинки с толстой подошвой, в которых можно было спокойно ходить после дождя.

Новая покупка настолько понравилась дочери, что в них она прогулялась до столовой. Судя по взглядам других женщин, обновку оценили. Некоторые даже с заметной завистью. Хорошая обувь постепенно превращалась в предмет статуса, что лично меня весьма забавляло.

Зато жители огородных посёлков начавшимся дождям обрадовались искренне. Высаженные культуры уже начали подсыхать. Никто из колонистов так и не догадался организовать полив вручную. Часть посадок погибла, однако благодаря осадкам значительную долю урожая всё же удалось спасти.

Между прочим, отличился Александр Дмитриев, проживавший теперь в «Огородном-3». Он самостоятельно прокопал небольшую канаву от ручья, впадающего в реку, и сумел направить воду к нескольким грядкам. Причём копал исключительно заострённой палкой. Купить за баллы нормальный инструмент Александр либо не догадался, либо пожалел на него средства.

Я уже давно не следил за ним лично, ограничиваясь отчётами Эда-2, однако вынужден был признать: бывший подопечный постепенно осваивался и даже начинал приносить пользу.

Кстати, баллов у Александра могло быть немного ещё по одной причине. Незадолго до этого он приобрёл предмет, который вызвал искреннее недоумение соседей. Раскладная металлическая сушилка для белья стоила двадцать два балла — весьма серьёзная сумма по местным меркам.

Для землян подобная покупка выглядела странно. Никто из них никогда в жизни не сталкивалось с необходимостью сушить одежду. Домашние бытовые комплексы давно объединили функции принтера и утилизатора. Вечером человек отправлял использованные вещи на переработку, а утром получал их заново напечатанными.

На Ауре от многих достижений цивилизации пришлось отказаться. Поэтому Александр, постирав вручную нижнее бельё, с видимой гордостью развесил его на своей конструкции прямо возле жилого модуля.

Соседи проходили мимо и бросали задумчивые взгляды на металлическое приспособление. Стирать вещи к тому времени уже начали многие. Особенно после первых дождей. Однако сушили одежду кто во что горазд: развешивали на спинках стульев, раскладывали на полу, цепляли за медицинские капсулы или просто бросали на свободную кровать. Предположу, что в жилых боксах постоянно стоял запах сырости.

Александр первым показал очевидное решение. На свежем воздухе бельё высыхало значительно быстрее. Кроме того, в помещении не скапливалась лишняя влага. Уже через пару дней возле бытового принтера появился устойчивый спрос на сушилки. Народ быстро оценил полезное изобретение, хотя ещё недавно смотрел на покупку Александра как на очередную странность.

В «Огородном-2» Яна и Анастасия продолжали устраивать представления, методично действуя на нервы окружающим. Про посёлок «Командорский» они рассказали всем, кто был готов слушать. Обе дружно уверяли соседей, что там условия намного лучше и руководство относится к людям совершенно иначе.

Правда, цели у них были разные. Яна хотела вернуться обратно просто потому, что считала своё переселение личным оскорблением. Анастасия же по-прежнему мечтала попасть на Землю. Она ежедневно рассказывала каждому встречному о своей невиновности, несправедливом приговоре и неизбежной апелляции. Первые дни её ещё слушали. Потом начали обходить стороной. К концу второй недели большинство жителей посёлка уже заранее закатывали глаза, завидев Уварову издалека.

— Может, её в «Лагуну» переселить? — усмехнулся Михаил, просматривая очередную запись. — Пусть будет для тех дополнительным наказанием.

— Мне без разницы, — отмахнулся я.

Если честно, следить за всеми этими драмами мне уже порядком надоело. Почти полмесяца я занимался в основном колонистами, забросив собственные проекты. А между тем в «Командорском» работы хватало с избытком. Требовалось изучать окрестности, разбираться с аномальным излучением, запускать производство и заниматься десятками других задач.

Вместо развития колонии мы слишком много времени тратили на решение бытовых проблем людей, которые вполне могли справиться с ними самостоятельно.

— Эд, — обратился я к системе. — Снизь приоритет оповещений по всем посёлкам. Докладывать только о серьёзных происшествиях.

— Уточните критерии серьёзности.

— Смерть человека, нападение крупных животных, попытка уничтожения инфраструктуры или массовые беспорядки.

— Принято.