По возвращении в Киев Владимир первым делом крестил сыновей своих и людей близких. Вслед за тем велел ниспровергнуть идолов.

Из этих идолов одних рассекли на части, других сожгли, а главного и наиболее почитаемого – Перуна – срубили, привязали к хвосту лошади и потащили с горы к реке. Причем всю дорогу двенадцать человек били истукана палками: это было сделано, прибавляет летописец, не потому, чтобы дерево чувствовало, но на поругание бесу, который этим идолом прельщал людей – так пусть же от людей примет и возмездие.

Низвержение кумиров и объявление о принятии новой веры радости у народа не вызвало. Когда волокли идола в Днепр, то народ плакал. Потом деревянного идола сбросили в Днепр, и он поплыл по течению реки. Чтобы никто не мог вытащить идола, дружинники по приказу князя должны были отталкивать его от берега, до тех пор, пока пройдет пороги. И когда прошел он пороги, выбросило его ветром на отмель, и оттого прослыло место то Перунья рень, то есть отмель.

«Велик ты, Господи, и чудны дела твои! Вчера еще был чтим людьми, а сегодня поругаем», – философски замечает по этому поводу летописец.

Затем послал Владимир по всему городу сказать:

– Если не придет кто завтра на реку – будь то богатый, или бедный, или нищий, или раб, – будет мне врагом.

Далее летописец несколько нелогично сообщает: «Услышав это, с радостью пошли люди, ликуя и говоря:

– Если бы не было это хорошим, не приняли бы этого князь наш и бояре».

А ведь только что рассказчик говорил о том, как люди горевали при низвержении идолов, да и большинство жителей Киева мало что знали о христианстве. Но их радость можно объяснить тем, что люди боялись остаться вообще без божественного покровительства, а князь предложил им альтернативу. «На следующий же день вышел Владимир с попами царицыными и Корсунскими на Днепр, и сошлось там людей без числа. Вошли в воду и стояли там одни до шеи, другие по грудь, молодые же у берега по грудь, некоторые держали младенцев, а уже взрослые бродили, попы же, стоя, совершали молитвы».

Непосредственным следствием принятия христианства Владимиром и распространения его в Русской земле было, разумеется, построение церквей: Владимир тотчас после крещения распорядился строить церкви и ставить их по тем местам, где прежде стояли кумиры. Так, поставлена была церковь на холме, где стоял кумир Перуна и прочих богов. Она была названа в честь Святого Василия, имя которого князь получил при крещении. Первоначально она была деревянной, но вскоре была перестроена в камне. По объему церковь святого Василия была невелика: чуть менее 18 метров в длину и примерно 15 метров в ширину. Храм этот, конечно, не сохранился. Позднее на его месте стояла церковь Трех Святителей, но и она была разрушена.

Василий Верещагин. Владимир Святославич над поверженным язычеством. 1896

Более известна Десятинная церковь на Старокиевской горе, тоже не дошедшая до наших дней. Назвали церковь так, потому что на ее строительство ежегодно выделялась десятая часть княжеских доходов. Место было выбрано не случайно: на той горе археологи нашли следы древнего еще языческого богатого кладбища. По всей видимости, там были похоронены предки Владимира, и, выстроив церковь, князь символически приобщил их к христианству.

Владимир велел ставить церкви и определять к ним священников также и по другим городам и приводить людей к крещению по всем городам и селам.