Свадьба в Древней Руси. Какая она? Это очень интересно. Ведь мы можем проследить её эволюцию. Давайте вспомним, что Русь складывалась из различных племенных объединений, у которых были свои традиции, правила, быт.

Наш старый добрый друг монах Нестор, без «Повести временных лет» которого мы вообще мало что представляли бы себе из нашей ранней истории, рассказал нам даже о том, какие свадебные церемонии были у славянских племен ещё до объединения в единый русский народ.

Давайте поглядим на наших предков.

У полян было принято женихам изображать некую кротость перед родителями невесты. Довольно нетипичное поведение. Ни о каком грациозном явлении суженого речи даже не шло. Но и о каких-то особых правах женщин говорить опрометчиво. Сидел юноша дома. К нему приводили его будущую жену. Далее происходило известное брачное таинство и на утро уже осуществлялся расчет за неё. Можно предположить, что такая форма оплаты предполагала возможность расторжения брака после проведенной ночи по причинам, которые до нас не дошли и мы можем лишь о них догадываться в меру своего мировосприятия.

Гораздо всё проще происходило у древлян. Не звучали там древлянские свадебные песни, не устраивались шумные церемонии. Летописец утверждает, что «умыкиваху» девиц у воды. Но, разумеется, хоть и называется Нестором с высоты христианской морали образ жизни этих племен звериным, всё же проглядывает и здесь элемент культуры и традиций. «Умыкиваху девиц» же именно у воды, а не где придется. Значит, юные древлянские девы положенного возраста приступая к водоему понимали, что сегодня возможно «замужество». А вероятно и место у воды было своеобразной точкой встречи и знакомства, куда девы шли с определенной целью. У водоемов могли устраивать, к примеру, смотрины, и забирать понравившуюся.

Ну а хотите безудержного кутежа, то это вам в леса надо, где живут радимичи, вятичи и другие. Там, говорится, люди вообще особо не заморачивались насчет браков. Периодически устраивали гульбища междеревенские, пляски разудалые. В порыве этих игрищ допускалось забрать с собой столько женщин, сколько можешь унести, отдельные мачо до трёх забирали. Но, что важно, при всём этом, казалось бы, хаотическом устроении семьи, забирали только тех, с кем «свещашеся», то есть, договорился. Так и видится картина, как в X веке где-то на территории современных Гомельской или Смоленской области статный радимич в отблеске ночных костров с двумя девушками на плечах громким голосом взывает: «Милые дамы, способен ещё одну забрать. Решайтесь. Рискуете остаться в девках».

Как женились ильменские словене, кривичи, ну то есть, непосредственно те, кто призвал Рюрика, нам точно неизвестно. Впрочем, не знаем мы и о том, как проходили свадебные торжества первых князей. Разумеется, в первую очередь нам интересен Рюрик. Он был приглашен в 862 году, а умер в 879 году. А это 17 лет. И при этом, на момент его смерти сын его был еще маленьким. Можно, конечно, допустить мысль, что Рюрик привез жену с собой и она лишь через 15 лет родила ему сына. Но скорее всего дело обстояло иначе и семейное счастье обрел варяг уже на новой родине.

Здесь уже много нам рассказывает Василий Татищев со ссылкой на известную лишь ему Иоакимовскую летопись. Так что, верить изложенному, мягко говоря, нужно осторожно. Но как интересную версию можем рассматривать.

Так вот, у Татищева Рюрик был обладателем нескольких жен, не указано – одновременно или в разные годы. Но суть в том, что жены обозначаются, а свадебные действа и тут опускаются. Видимо, всё было прозаично или жены менялись так часто, что описывать церемонии не успевали.