В 1995 году мы с моим коллегой Энди Кларком написали короткую статью под названием «Расширенный разум»*, в которой утверждали, что технологии, которые мы используем, могут стать частью нашего интеллекта или разума. Мы вместе работали над новой программой по философии, нейронаукам и психологии в Университете Вашингтона в Сент-Луисе. Энди восхищался тем, что инструменты в окружающей среде – блокнот, компьютер, даже другой человек – способны играть почти ту же роль, что и отделы головного мозга. Он считал, что мы должны отказаться от представления об интеллекте как о чем-то, что находится исключительно внутри черепа или под кожей. У меня эта идея нашла отклик, и я предложил аргументы в поддержку того, что объекты окружающего мира могут стать частью нашего интеллекта. На нас обоих оказала влияние книга британского биолога-эволюциониста Ричарда Докинза 1982 года «Расширенный фенотип»*, в которой утверждается, что эволюционировавшие биологические организмы могут в каком-то смысле расширяться, проникая в окружающую среду. Мы предполагали, что это же имеет место и в случае нашего интеллекта.

Мы отправили статью в три ведущих философских журнала – все они немедленно ее отклонили. В то время к такому доводу отнеслись как к курьезу. Компьютеры и ноутбуки – это инструменты для нашего разума, но никак не его части. Однако в итоге статья была опубликована в 1998 году, и ученые постепенно начали обращать внимание на идею расширения интеллекта. К настоящему времени наблюдается небольшой всплеск трудов* – о расширенном интеллекте написаны сотни статей и несколько книг.

Тогда нашим главным примером расширения интеллекта был не компьютер, а скромный блокнот. Мы говорили об Отто, жителе Нью-Йорка с болезнью Альцгеймера, который использует блокнот для записи ключевых фактов, чтобы вспомнить о них позже. Мы сравнили его с Ингой, которая запоминает факты обычным способом. Однажды Отто решает сходить в Музей современного искусства, для этого он находит адрес в записной книжке и отправляется на 53-ю улицу.

Рисунок 41. Инга и Отто. Является ли внешняя память Отто частью его интеллекта?

Инга вспоминает адрес, используя свой мозг, и тоже отправляется в путь. Мы утверждали, что записная книжка Отто – это не просто средство для запоминания. Это часть его памяти, подобная биологической памяти Инги. Записная книжка служит для Отто хранилищем представлений о мире. Отто верит, что музей находится на 53-й улице, потому что так написано в его блокноте, – точно так же, как Инга верит в это, поскольку адрес хранится в ее мозгу.

Мой коллега из Нью-Йоркского университета Нед Блок любит повторять, что гипотеза расширенного интеллекта была ложной, когда мы писали статью в 1990-х годах, но с тех пор она стала истинной. Основная причина – появление смартфонов и повсеместная доступность Интернета. В век смартфонов гипотеза, которая когда-то казалась нелепой, теперь выглядит очевидной. Разумеется, мой телефон – это часть моего интеллекта! Без него я не мог бы функционировать. То же самое можно сказать и об Интернете. В веб-комиксе xkcd есть выпуск под названием «Расширенный интеллект»*, в котором говорится: «Когда у Википедии отключается сервер, мой IQ падает примерно на тридцать пунктов».

Конечно, составные элементы окружающего нас пространства уже давно помогают мозгу выполнять задачи. Когда кто-то впервые посчитал на пальцах, процесс счета частично передался от мозга к телу. Когда кто-то впервые использовал счеты, работа по вычислению перелегла с мозга на инструмент. Когда кто-то впервые что-то записал, чтобы использовать позже, функция памяти перешла от мозга к письменным символам. Пальцы, счеты и символы – все это стало частью ментального процесса (счет, вычисление, запоминание), который охватывает как мозг, так и тело.

Записные книжки и счет на пальцах являются прекрасными примерами расширенного интеллекта, но именно компьютеры сделали эту идею взрывной. Роль компьютеров в расширении интеллекта не ускользнула от внимания пионеров компьютерной эры*. Еще в 1956 году кибернетик У. Росс Эшби говорил о роли компьютеров в «усилении интеллекта». В 1960 году компьютерный провидец Дж. К. Р. Ликлайдер (который был одним из тех, кто отвечал за компьютерные сети, предшествовавшие Интернету) опубликовал манифест под названием «Симбиоз человека и компьютера», в котором писал:

«Есть надежда, что через не слишком большой промежуток времени человеческий мозг и вычислительные машины будут очень тесно связаны друг с другом, и что в результате партнерства они начнут мыслить так, как никогда не мыслил ни один человеческий мозг, и анализировать данные так, как не способны известные нам сейчас машины для обработки информации».

Эра персональных компьютеров, начавшаяся в конце 1970-х, начала воплощать в реальность идею Ликлайдера о тесной связи мозга и компьютера. Тем не менее связь между людьми и настольными компьютерами по-прежнему остается слабой, ведь она разрушается всякий раз, когда человек отходит от рабочего стола. Только с появлением мобильных компьютеров, популярность которых резко возросла благодаря смартфонам середины 2000-х, предложенная Ликлайдером концепция действительно стала частью повседневной жизни. Мобильные компьютеры вездесущи. Смартфоны почти всегда под рукой. Они служат нам памятью, навигационными системами, устройствами коммуникации. Также они тесно связали нас с Интернетом – один-два клика делают доступным широчайший список информации. Взаимодействие людей, смартфонов и Интернета послужило значительному расширению нашего интеллекта.

Дополненная реальность вполне может превзойти смартфоны с точки зрения расширения интеллекта. Доступ к современным мобильным компьютерам все же требует некоторой работы. Нужно их активировать, найти подходящее приложение, поискать информацию – мы не сплетены с ними так тесно, как могли бы. Когда дело доходит до расширения интеллекта, важна органичность. Немецкий философ XX века Мартин Хайдеггер заметил*, что в самом базовом случае использования инструмент вроде молотка «всегда-на-готове», поэтому мы пользуемся им почти не задумываясь. Инструмент становится продолжением нашего тела. Точно так же, чем чаще инструмент вроде смартфона находится в режиме «всегда-на-готове», тем действеннее он расширяет наш интеллект.

Очки дополненной реальности обещают быть особенно органичными. Они смогут давать мгновенный доступ к данным всякий раз, когда те будут нужны. Нет необходимости искать AR-очки, если они уже надеты, – мы увидим перед глазами информацию, как только она понадобится. Сами AR-очки мы едва ли будем замечать. И легко представить себе будущее, когда очки дополненной реальности заменятся контактными линзами, которые носятся в течение всего дня.

Рамки каких умственных процессов раздвигают устройства дополненной реальности? Для начала, они могут более органично расширить все те процессы, которые уже расширяют смартфоны: память (вспомнить чей-то день рождения), навигацию (добраться до музея), принятие решений (найти где поесть), общение (разговоры с друзьями), языковую обработку (перевод с чужого языка) и многое другое. Однако их иммерсивная связь с нашей системой восприятия открывает и другие возможности для расширения интеллекта.

В сочетании с технологией инфракрасного детектора дополненная реальность позволит нам видеть вещи, которые мы не могли замечать раньше. В сочетании с искусственным интеллектом AR-очки будут идентифицировать людей, которые нам незнакомы. В этих случаях устройство играет роль, аналогичную восприятию цвета или распознаванию объектов. Наша система восприятия расширяется, и технологические инновации становятся ее частью.

Дополненная реальность также может расширить и наше воображение. В двенадцатой главе мы увидели, что если раньше нам приходилось полагаться на фантазию, чтобы оценить, как будет выглядеть диван в гостиной, то теперь устройства дополненной реальности могут сделать эту работу за нас. Архитекторы уже давно используют всевозможные дизайнерские технологии для расширения своего видения, однако дополненная реальность дает особенно эффективный способ представить новое здание. С помощью дополненной реальности мы, не выходя из дома, сможем увидеть, как выглядели бы в новой одежде или с новой прической.

Устройства дополненной реальности станут далеко не последним шагом в расширении нашего интеллекта. Для связи мозга с компьютером они по-прежнему полагаются на обычное восприятие и движение. AR-устройство воздействует на мозг, стимулируя наши глаза и уши, чтобы мы видели и слышали соответствующую информацию. Мы, со своей стороны, тоже воздействуем на AR-устройство, разговаривая с ним или, возможно, двигая глазами, губами и руками, за которыми AR-устройство следит с помощью фейс-трекеров, ручных трекеров, специальных браслетов, перехватывающих нервные сигналы, и многого другого. Необходимость полагаться на восприятие и действия мешает ускорению процесса познания. Но на горизонте появляются еще более эффективные технологии, расширяющие наш интеллект.

В последнее время наблюдается всплеск работ по созданию интерфейсов «мозг – компьютер». Датчики отслеживают электрическую активность на поверхности головы или внутри мозга. Компьютер получает входные данные от этих мозговых датчиков и использует их, например, запуская механизмы. Такие интерфейсы позволяют парализованным людям управлять устройствами вроде инвалидного кресла или протеза руки с помощью мыслей. Когда они думают о движении вперед, инвалидное кресло едет вперед. Технология пока ограничена, но через несколько десятилетий мы с помощью силы мысли сможем прекрасно взаимодействовать с нашими устройствами. А они, в свою очередь, смогут подключаться непосредственно к перцептивным системам нашего мозга, минуя глаза и уши, чтобы передавать информацию без использования очков или экранов.

На этом этапе наш интеллект или разум будет расширяться, органично встраиваясь в наши устройства. Нужно будет только подумать о том, куда мы хотим попасть, и интерфейсы «мозг – компьютер» обеспечат маршрут в поле нашего зрения или непосредственно в мыслительных процессах. Подобная технология могла бы позволить нам легко распознавать людей и производить сложные вычисления. И это устройство будет с нами постоянно, как очки Манфреда Макса.

Заключительным шагом в расширении нашего интеллекта или сознания может стать перенос нашей ментальной сущности из мозга в компьютер, что обсуждалось в предыдущей главе. Когда это станет возможным, отпадет необходимость в сложных устройствах дополненной реальности или интерфейсах «мозг – компьютер». Мы будем существовать в компьютерах, и наши «внутренние» процессы смогут подключаться к внешним системам так же легко, как любые два компьютера подключаются друг к другу. На этом этапе рубеж между «внутренним» и «внешним» станет чрезвычайно размытым, исчезнут привычные нам границы организма в виде кожи или черепа. Да, у нас по-прежнему будет сознание, но, возможно, пропадет смысл говорить о его границах.