— Вы знаете, что, войдя в помещение, нужно поздороваться с присутствующими?

— Да, мама, — одновременно.

— Знаете, что нужно вести себя тихо и не отвлекать маминых сотрудников от работы?

— Да, мама.

— Вы посидите у меня в кабинете, каждому выдам планшеты с мультиками. Сегодня можно будет посмотреть их подольше, но только в виде исключения, поняли?

— Да, мама, — снова хором.

Убедившись, что дети меня услышали, завожу их в лифт и нажимаю кнопку нужного этажа. Я понимаю, что привести детей на работу — не лучшая идея, но других вариантов у меня не было. Теперь остается надеяться, что все пройдет гладко и мои шестилетки будут вести себя как примерные дети. Двери лифта распахиваются, и мы входим в небольшой коридор-приемную.

— Здравствуйте! — восклицают двойняшки, завидев Аллочку, сидящую за стойкой в приёмной.

— Здравствуйте, — удивленно тянет она, приподнимаясь со своего места. — А кто это тут у нас?

— Я Алекс, а это Алиса. Мы пришли помогать маме по работе, — не без гордости заявляет мальчишка.

Изумленный взгляд помощницы дергается ко мне, но я лишь пожимаю плечами. Ну а что тут сказать? Бойкости моим детям не занимать. Особенно сыну.

— Алла, мы будем в моем кабинете, — подталкивая детей в спины, двигаюсь в нужном направлении. — Игнатьева ко мне позови, ладно? Да поживее.

— Будет сделано, София Александровна.

Пока я размещаю двойняшек на диване и вручаю им планшеты, Никита Валерьевич возникает на пороге моего кабинета. Он кажется бодрым и отдохнувшим, чего наверняка не скажешь обо мне. Сегодня ночью я опять плохо спала: сначала до двух часов работала, а потом еще час вертелась с боку на бок. Все терзалась переживаниями и никак не могла успокоиться.

— Доброе утро! — здоровается подчиненный. — Привет, пионеры! — улыбается, глядя на детей.

— Здравствуйте! — с готовностью отзываются они, не отрывая глаз от гаджетов.

— Доброе ли? — выдаю с сомнением, садясь за стол. — По «АкташАгро» документы подготовил?

— Да, вот они, — кладет передо мной папку.

— Хорошо. А расчеты мои вчерашние успел посмотреть?

— Успел, — опускается на стул для посетителей. — София Александровна, на мой взгляд, цена слишком низкая. Еще пара-тройка таких проектов, и у нас не останется никакого запаса прочности.

— Никита Валерьевич, о каком запасе прочности ты говоришь? — горько усмехаюсь. — Я уже лишнюю тысячу рублей боюсь к цене накинуть, чтобы не дай бог контракт не упустить.

— Я вас понимаю. Но какой толк от контракта, если мы ничего на нем не заработаем?

— Тоже верно, — тяжело вздыхаю. — На сколько предлагаешь поднять?

— Процентов на десять-пятнадцать. Я там отметил виды работ, которые, по моему мнению, совсем за бесценок уходят.

— Ты мне файл на почту отправил?

— Да, буквально полчаса назад.

— Ладно, я посмотрю. Там на Кулагина у нас бизнес-центр сдается. Помнишь, в декабре брали?

— Помню.

— Там акты надо подписать. Возьми печать и езжай туда.

— А вы сами не поедете? — удивляется.

— Куда мне? — кивком головы указываю на детей. — С насущными делами бы разобраться.

— Понял, еду.

— Как все сделаешь, отзвонись.

— Конечно.

Игнатьев уходит, а я вновь обращаюсь к Аллочке через селектор:

— Лидию Анатольевну Корсакову ко мне пригласи. Пусть сразу с документами приходит.

— Хорошо, София Александровна.

Совещание с главным бухгалтером — чуть ли не самое важное дело на повестке дня. Налоговая проверка неумолимо приближается, и нам нужно максимально прикрыть свои тылы. Сделать все, чтобы выйти из этой схватки с наименьшими потерями.

Лидия Александровна проводит в моем кабинете чуть меньше часа. Мы обсуждаем методы налоговой оптимизации, которые использовали в этом году, обмениваемся гипотезами и строим планы. Корсакова — тетка толковая, опытная, но даже она не сможет на сто процентов обезопасить мою фирму. Остается уповать на удачу. Ну и на Багирова, если он все же обо мне вспомнит.

Отпускаю бухгалтера, когда двойняшки начинают требовать у меня сок. Предлагаю им воды, но вода их, конечно, не прельщает. Приходится тащиться в автомат и покупать персиковые нектары.

Возвращаюсь в кабинет и снова сажусь за цифры. Считаю, думаю, анализирую. Правда, двойняшки то и дело дергают меня по пустякам: то им холодно, то им жарко, то игра на планшете зависла. Стараясь не терять мысли, торопливо помогаю непоседам и тут же снова сажусь за работу. Сроки горят, поэтому действовать нужно быстро.

— София Александровна! — запыхавшаяся Аллочка буквально виснет на ручке двери. — Там к вам...

— Здравствуй, София! — уверенной походкой проплывая мимо моей обескураженной помощницы, в кабинет заходит Багиров.

Видимо, именно о его появлении Аллочка хотела меня предупредить. Но Максиму закон не писан: он предпочитает уведомлять о своем присутствии сам, не перекладывая работу на секретарей.

— Ох... Добрый день, Максим! — вдоль позвоночного столба пробегает ток. — Я не ожидала тебя увидеть...

Должно быть, в эту секунду я выгляжу ничуть не лучше, чем Аллочка. Такая же растерянная, смущенная, застигнутая врасплох.

— Как же не ожидала? — усмехается. — Ты же сама приходила ко мне в офис и просила об услуге. Или мне это приснилось?

— Нет... Нет, кончено, — выдаю сбивчиво. — Просто я думала, ты позвонишь...

— А зачем звонить, если можно встретиться? В одном городе же живем.

Он вроде бы говорит очевидные вещи, но я все равно никак не могу унять чересчур разошедшееся сердце. Оно так и колотится, так и бьется в бешеном ритме — того и гляди, грудную клетку проломит.

— Да, ты прав, Максим, — отвечаю, пытаясь отыскать утерянное самообладание. — Проходи, присаживайся. Алла, — перевожу взгляд на секретаршу, — ты свободна. Если будут посетители, говори, что я занята.

— Хорошо‚ — пищит помощница, напоследок окинув Багирова любопытным взором.

Дверь за Аллой захлопывается, и Максим поворачивает голову в сторону, где на диване рубятся в планшеты дети. Наши с ним дети.

— Здорово, детвора! — бросает мужчина, внимательно глядя на двойняшек.

— Здравствуйте, дядя! — отвечают Алекс с Алисой, растягивая рты в таких безумно похожих на него улыбках.

И тут мое сердце замирает. Пропускает один удар и вновь припускает галопом.