Ведущий. Хотелось бы начать с темы Соединенных Штатов и узнать, что же у них там происходит, потому что совсем недавно Пит Хегсет, а именно глава Пентагона, заявил о том, что ситуация в мире сегодня сравнима с 1939 годом. Как он выразился, он надеется на 1981 год. Мы все представляем, что это за периоды: 1939 – начало Второй мировой войны, 1981 – острый момент, когда действительно могли быть предпосылки к началу Третьей мировой и ядерному противостоянию. А вот сейчас как будто непонятно: это просто слова или действительно он говорит о неизбежном будущем, которое нас всех ждет.

Александр Дугин. Конечно, мы наблюдаем в последние дни и недели резкое повышение градуса эскалации. Разлетелись вдребезги наши ожидания и чаяния многих людей в мире о том, что консервативная политика, консервативная революция Трампа по-настоящему изменит ход мировых процессов, что Трамп последует своим словам, обещаниям избирателям и сосредоточится на внутренних проблемах, откажется от интервенций в другие регионы. Но, увы, эти обещания, тот образ новой американской политики – конца четвертого поворота и начала первого, прекращения агонии либеральной гегемонии, утверждения нового консервативного золотого века, всего того, что разрабатывалось в предвыборной кампании еще с 2016–2018 годов самыми последовательными идеологическими сторонниками Трампа, – все это теперь рухнуло.

Поэтому речь идет о том, что Трамп, несмотря на изменения риторики, по сути, внешней политики, почти перестал отличаться от Байдена, от глобалистов. Та же гегемония, то же стремление удерживать однополярный мир, вопреки тому, что после инаугурации Трамп сделал несколько шагов к признанию многополярного мира, пообещал остановить конфликты, войны, договориться с Россией, прекратить поддержку террористического киевского режима. Но год еще не прошел, а от этой программы не осталось ничего – даже близко не лежит.

И ныне мы возвращаемся на ту линию, которая была бы и без Трампа: линия демократов, Байдена, возможной Камалы Харрис с эскалацией отношений между поднимающимся многополярным миром, где Россия играет центральную роль, и агонией однополярного мира, обреченного, падающего в бездну. Гегемония Запада рушится, но вопрос в следующем: либо она рухнет одна в эту бездну, либо утащит с собой все человечество.

И судя по последним, уже мрачным, апокалиптическим движениям американской политики Трампа и его военной машины, план, видимо, таков: если гегемонии Запада приходит конец, тогда гори оно синим пламенем, уничтожим все – ни вам, ни нам.