Ведущий. Есть еще информация, дополняющая ваши слова: Москва констатирует, что сотни тысяч молдаван были лишены возможности проголосовать на территории России, как заявил Песков о парламентских выборах в республике.

С Молдовой мы пока разобрались. Предлагаю обсудить события в Соединенных Штатах. Хочу услышать ваши комментарии о высказываниях Дональда Трампа и о той ситуации, которая там произошла. Что именно случилось? Расскажу для наших слушателей. В минувшее воскресенье в Церкви Иисуса Христа Святых Последних Дней в Мичигане во время службы произошла стрельба. Вооруженный 40-летний мужчина открыл огонь по прихожанам, а затем поджег здание церкви. Позже нападавший был ликвидирован, а пожар потушен.

Изначально сообщалось об одном погибшем и девяти раненых, но впоследствии стало известно о четырех жертвах. Дональд Трамп прокомментировал эту трагедию, заявив: «Эта эпидемия насилия в нашей стране должна немедленно закончиться». Об этом он написал в воскресенье в социальной сети Truth Social. И вот что меня интересует: как Дональд Трамп намерен бороться с этой эпидемией насилия?

Александр Дугин. Когда мы обсуждали в первой части программы ситуацию в Молдове и на постсоветском пространстве, мы, по сути, подошли к ключевому вопросу. Мир, в котором мы живем, – это мир, где насилие становится определяющей силой. Если ты не применяешь силу против своих противников, они применят ее против тебя. Хотелось бы найти способ избежать такой дилеммы, но это невозможно.

Либеральные принципы, изложенные в «Библии либералов» – книге Карла Поппера «Открытое общество и его враги», четко гласят: существуют враги открытого общества, слева и справа – консерваторы направо, социалисты и коммунисты налево. Чтобы открытое общество выжило, оно должно нанести удар по этим врагам первым. Что значит нанести удар? Уничтожить, подавить, обезвредить, обезглавить, подвергнуть репрессиям, применить насилие. Либералы считают это насилие необходимым, чтобы враги открытого общества не ударили первыми. Точка. Нашим доброжелательным стремлениям к диалогу, переговорам, убеждению места в этой модели нет. Если мы не атакуем, они бьют первыми и уничтожают нас, чтобы построить свое общество.

Россия стала препятствием для их глобального государства и либеральных планов, поэтому они спровоцировали эту войну. Мы можем кричать о мире, дружбе, демократии и переговорах до хрипоты – война неизбежна. Таков закон сегодняшнего дня. Это касается и нас. Если мы не проявляем инициативу и не атакуем превентивно сторонников открытого общества, они – теоретически, практически, инфраструктурно, идеологически – будут готовы ударить по нам. Вопрос в том, кто владеет властью, чтобы применить это насилие.

Я говорю о насилии в широком смысле – не только об убийствах, но и об ограничениях. Как ограничивать террористов? Как ограничивать иностранных агентов? Это государственное давление. Тот, кто у власти, может захватить инициативу. В Америке происходит то же самое. Приход к власти MAGA и Трампа – это консервативная революция, утверждающая принципы, прямо противоположные Соросу и его открытому обществу.

Открытое общество проповедует множество полов, завоз нелегальных мигрантов, размывание национальной идентичности, репрессии против традиционных конфессий, особенно христианства, и отрицание патриотизма американского большинства, создавшего это государство, в пользу либеральных нарративов. До Трампа, при Обаме и Байдене, у власти были силы, разрушавшие американскую идентичность, утверждавшие множество полов, уничтожавшие все. Христиане – евангелисты, мормоны, католики – стали мишенью насилия и притеснений. Активного члена MAGA, христианина Чарли Кирка недавно убили за его веру, консерватизм и приверженность традиционным ценностям – в их глазах он был врагом открытого общества.

Вернемся к Попперу: либералы говорят: «убей врага открытого общества, пока он не убил тебя». Они клеймят всех фашистами, коммунистами, агентами Путина, новыми расистами – любыми ярлыками. Так они действуют. Убийство Чарли Кирка вызвало консолидацию популистских сил MAGA, но и на другом полюсе – сплочение либералов. Их реакция была чудовищной: они ликовали. Это как радость радикализировавшихся украинцев после атаки на Крымский мост или их террористических успехов. Убивают невинного – и они торжествуют. Это их суть. У них власть, СМИ, влияние на образование. В Америке либеральные блогеры не могли сдержать восторга: они визжали, смеялись, ликовали, прыгали, крича «Ура! Ура!» – убили христианина. Такое настроение значительной части американского общества – это подстрекательство к террору. Мишенью становятся все враги открытого общества, включая христиан.

Ведущий. То есть я правильно понимаю, что для демократов убийство Чарли Кирка стало проявлением возможности применять насилие?

Александр Дугин. Именно так. Они убедились, что это вполне возможно. Демократическая пресса, в частности Джимми Киммел, известный телеведущий, открыто поддержала это. Трамп увольняет Киммела, но его мгновенно восстанавливают на ABC – и все продолжается. Значит, можно. Значит – уничтожай врага. Трамп делает хитроумный шаг: осознавая, что страна погружается в спираль эскалации насилия, он возвращает психиатрические клиники.

Демократы при власти их закрыли, объявив психические расстройства свободным выбором, просто «инаковостью». С точки зрения DEI – diversity, equity, and inclusion (разнообразие, равенство и включенность), – психически больные приравнены к здоровым, поэтому ликвидировали все психиатрические учреждения. Представляете, миллионы психически нездоровых людей бродят по Соединенным Штатам? Их не регистрируют, им продают оружие, поставляют наркотики, которые распространяются почти бесконтрольно. Демократы проводят над детьми чудовищные эксперименты, меняя им пол с раннего возраста: ребенок говорит «я кошка» – и ему, подстрекаемому безумными родителями-демократами, пришивается хвост, без какого-либо врачебного контроля.

Трамп, полагаю, предпринимает стратегический шаг, восстанавливая психиатрические клиники, чтобы провести санацию общества, которое под влиянием демократов утратило грань нормальности. Поэтому они убивают христиан, консерваторов, с криками «бей фашиста!» бросаются на любого, кто осмеливается даже мягко критиковать существующий порядок. Это психиатрическая гражданская война, где обезумевшие либералы и демократы, воспитанные на культуре отмены, преследованиях и демонизации противников, действуют крайне безрассудно.

Недавно опубликованные данные показывают: 73 % сенаторов и конгрессменов-демократов считают Трампа фашистом. Если он фашист, он нелегитимен. Их культура гласит: фашиста надо уничтожить, его сторонников – уничтожить, христиан – уничтожить, врагов открытого общества – уничтожить. После 2020 года в штатах, где правили демократы, сторонникам республиканцев предлагали не продавать авиабилеты. В такой реальности – с распущенными психиатрическими клиниками, свободным доступом к оружию, кампанией разжигания ненависти к «фашистам», не имеющим к фашизму никакого отношения, – тебя называют фашистом. Им возражают: «Я не фашист», но их логика такова: «В таком случае ты криптофашист, а значит, все равно тебя можно и нужно уничтожать». Так они и действуют, клеймя «фашистами» всех «врагов открытого общества», а точнее, всех, кого захотят.

Украинцы, будучи откровенными нацистами, выполняют для них грязную работу, убивая русских, и их освобождают от ярлыка нацизма – они «дети». А их противники, не связанные с нацизмом, объявляются фашистами – в «Википедии», которую невозможно исправить. Даже Илон Маск столкнулся с тем, что ложь, клевета и оскорбления идеологических противников пронизывают «Википедию». Он предлагал огромные суммы, чтобы переименовать ее в «хренопедию», ибо это ложь, но люди верят. Попробуй исправить – либеральные цензоры заменяют нейтральную информацию на противоположную, если она бросает тень на их идеологию или реабилитирует врагов открытого общества. Это диктатура.

Как остановить это насилие? Трамп грозится начать «контрнасилие» с первого дня, но не решается на это. Вот Джеймса Коми, бывшего директора ФБР, хотели взять под арест, но он, пользуясь законом, может не являться по повестке девять дней – и не является, а потом его не найдут. Сторонники MAGA говорят: «Трамп, у тебя есть полнота власти». В США президентская власть по закону чрезвычайно велика, несмотря на ограничения. Есть способы утвердить эту власть, выкорчевав источники террористической либеральной сети. Посадить Джорджа Сороса, его сына Александра Сороса, который привел Майю Санду к власти, эту антимолдавскую, по сути тоталитарную, секту в Молдове. Посади его – и результаты были бы иными. Но Трамп колеблется. Это могущественная сила, и он понимает, что может не справиться. Эскалация насилия в США, нарастающая с каждым днем, может подтолкнуть власть к решительным действиям.

Мы, свято веря в демократию, глубоко ошибаемся. Это свидетельство нашей наивности, иллюзии, что мы живем в добром, советском мире, где все решают договоры и процедуры. Это делает нас уязвимыми, превращает в жертв. Они убивают нас, а затем обвиняют в нашей гибели, мол, по заслугам, и – колесо катится.

Трамп, вероятно, недооценивает угрозу либеральной демократии. В Америке все верят в демократию, но она давно не действует. Глубинное государство, либеральные элиты узурпировали ее инструменты, захватили их и лишили народ возможности ими пользоваться. Это идеологическая диктатура либералов. Либо применять жесткие меры, как Трамп грозится применить закон RICO в отношении Сороса. RICO – закон против глубинной коррупции, введенный десятилетия назад, допускающий экстраординарные меры: аресты, обыски, допросы без соблюдения формальностей, ибо мафия и рэкет проникли в систему так глубоко, что обычные методы не работали. Трамп грозится применить RICO против Сороса и глобалистов, но пока лишь потрясает кулаком. Документы, полагаю, уже исчезают. Они меняют местоположение, стирают данные с компьютеров, дисков, телефонов – они далеко не глупцы.