Татьяна Ладяева. Вы упомянули валюту БРИКС, которая находится в стадии создания. Хочу отметить, ссылаясь на заявление замминистра финансов Индонезии, сделанное на площадке саммита, что Новый банк развития, учрежденный странами БРИКС, не будет инструментом политического давления – в отличие от Международного валютного фонда. То есть экономика и политика здесь тесно связаны.
Давайте продолжим разговор о Трампе. Я обещала, что мы затронем эту тему, в том числе его отношения с Илоном Маском и планы Маска по созданию новой, более реалистичной партии. Похоже, уже вырисовываются какие-то контуры этих планов?
Но прежде чем говорить о Маске, знаете, когда вы упомянули Такера Карлсона, который сейчас поддерживает американского лидера далеко не так активно, как во время предвыборной кампании, я подумала: получается, Илон Маск тоже поссорился с Трампом? Кажется, они серьезно разошлись во взглядах, и теперь Маск не вполне разделяет его политику. С Такером Карлсоном – та же история, да? Похоже, он в чем-то разочарован. Это Трамп виноват, потому что не выполняет свои обещания, или на него так сильно давят, что он просто не может их реализовать?
Александр Дугин. Движение MAGA, приведшее Трампа к власти, состояло из нескольких элементов, но в его основе лежала общая идеология – на этот раз именно идеология. Трамп 2.0 пришел к власти не просто как личность, политик, бизнесмен или шоумен-политтехнолог, а как выразитель идей американского народа, которому смертельно надоела политика последних десятилетий.
Заметьте, и демократы, и республиканцы выбрали Трампа как представителя третьей партии, потому что он не был типичным республиканцем. Республиканцы – это Джордж Буш – младший, это глобалисты, неоконсерваторы. Такие республиканцы – часть того же цирка, что и демократы, лишь с другой стороны. Трамп явился выразителем третьей силы, партии MAGA – Make America Great Again. Ее идеология заключалась в отказе от вмешательства в дела других стран, от поддержки любых воюющих сторон, в сосредоточении на Америке: сокращении трат на раздутый бюрократический аппарат, раскрытии правды об убийстве Кеннеди, публикации списков Эпштейна. Это было одним из ключевых обещаний. Зачем? Чтобы после обнародования списка Джеффри Эпштейна – кто посещал его остров, участвовал в оргиях и преступлениях против несовершеннолетних, поставляемых туда массово, – провести серию чисток и избавить американское общество от педофильской элиты, как говорили сами сторонники MAGA. Это было частью их идеологии. Кроме того, программа MAGA включала расширение влияния на североамериканском континенте – вопросы с Канадой, Гренландией. Эта третья партия выступала не только против демократов, но и против республиканцев. Однако ядро MAGA начало получать удары один за другим.
Первый удар – согласие Трампа с геноцидом в Газе. Это было несправедливо, неправильно. MAGA заявила: это дело арабов и израильтян, разбирайтесь сами. Когда началась двенадцатидневная война Израиля против Ирана, MAGA сказала: на этот раз вы не должны участвовать. Но это же полная противоположность той идеологии, ради которой вас выбрали! Это было так же важно, как, скажем, коммунизм для коммунистов. Представьте: коммуниста выбрали, а он объявил себя капиталистом. Это был шок, удар по движению.
Параллельно Илон Маск рассорился с Трампом, возможно, по иным причинам – он человек с психологическими особенностями. Маск утверждает, что его несогласие связано с так называемым большим прекрасным законом, принятым Трампом, который повышает потолок госдолга. Маск дал развернутые объяснения, почему это недопустимо: это продажа будущего американского народа. Он сказал: старикам, вроде Трампа или Байдена, которые «одной ногой в могиле», безразлично будущее Америки. Но Маск, представляющий новые поколения, заявляет: повышение потолка госдолга лишает Америку будущих возможностей ради решения сиюминутных проблем. Его позиция была убедительной и подробной. Это произошло еще до двенадцатидневной войны.
Затем против Трампа выступил Томас Мэсси, известный республиканец, задавший вопрос: «Кто управляет Америкой – Трамп или Израиль?» Трамп в ответ начал его критиковать. Ближайшие сподвижники Трампа, многие из которых, кстати, недолюбливают Маска, например Стив Бэннон, главный идеолог MAGA, самый популярный и влиятельный, приезжают к Трампу в Белый дом и умоляют: «Только не бомби Иран, это разрушит основу MAGA». У Бэннона и Маска разные взгляды на многие вещи, но он настаивает: «Ни в коем случае не бомби Иран». Бэннон считает, что убедил Трампа, и уходит. И так, шаг за шагом, Трамп теряет поддержку. Сначала – 10 или 15 миллионов сторонников Маска, затем MAGA, Бэннон, Мэсси.
А дальше – последний удар, буквально на днях: представители Трампа, его люди, с трудом утвержденные Конгрессом и Сенатом, – генпрокурор Памела Бонди и глава ФБР Кристофер Рэй – объявляют, что списков Эпштейна не существует. Никаких документов о педофильских оргиях, никаких доказательств участия крупных политиков. Дело закрыто. Это подкосило последних верных сторонников MAGA – таких, как Кэндис Оуэнс и Лора Лумер, ультратрампистов, которые пережили все разногласия: с Маском, Мэсси, Бэнноном. Они держались за Трампа до последнего. Но заявление по Эпштейну, обсуждаемое в американских соцсетях, – если это не предательство всех, кто голосовал за Трампа, то что тогда? Такое предательство, да еще так быстро – не прошло и полгода, а начиналось все так многообещающе.
Такое ощущение, что его взяли в заложники неоконсерваторы, республиканцы, сионистское лобби, сторонники войн, противники многополярного мира, Deep State. Его просто захватили. Возможно, шантажом. Маск, уходя, говорил: «Почему Трамп не публикует файлы Эпштейна? Потому, что он сам в них замешан». Я возражал: «Это невозможно!» Но когда объявили, что этих файлов не существует, все встало на места – Маск был прав, других объяснений нет. Трамп оказался подделкой, симулякром, в которого поверили.
И вот – тайминг американских процессов: появляется Марджори Тейлор Грин, убежденная сторонница Трампа, но противница интервенций, войн, поддержки Израиля и за публикацию списков Эпштейна. Она заявляет: «Нами правят не две партии – Демократическая и Республиканская, а одна – Uniparty». Это единая глобалистская партия, управляемая педофилами и агентами иностранного влияния, лишенная суверенитета, – это и есть Deep State. И тут возникает Маск, который говорит: «Мы боролись за идеалы. Мы привели к власти того, в кого верили, нарушили все правила, поставили в центр ценности и идеалы, о которых год назад никто не мечтал. Мы добились успеха, но ошиблись в одном: этот старый клоун нас предал». MAGA, третья партия, победила Deep State, но Трамп ее предал. Осталось огромное поле избирателей, только что переживших эйфорию победы над глобалистами, которых их лидер продал за копейки за считанные недели. Все перевернулось.
И тут Маск заявляет: «Мы боролись против Uniparty и добились многого. Но Трампа захватили республиканцы – часть этой Uniparty. Давайте сделаем Америку великой». Они даже заменили MAGA на MEG – Make America Greater, убрав again и сменив «великой» на «еще более великой». Это сигнал: «То, что было, – не то. Нам нужно будущее». Это футуристская партия «Америка». Уже появились клипы в ее поддержку: робот Optimus с американским флагом ведет Маска к власти. Партия зарегистрирована на базе штаб-квартиры SpaceX. Это новая страница американской истории. Многие отнесутся скептически: в Америке всегда две партии, третья – вроде Росса Перо или либертарианцев – не имеет шансов. Но MAGA тоже не побеждала, пока не привела президента, обещавшего разгромить Deep State. Это было впервые. Маск, как говорят его сторонники, начинал SpaceX под насмешки, но где теперь его критики? Он не просто создает партию – он, возможно, будущий президент Соединенных Штатов.
Татьяна Ладяева. Он не может быть президентом, потому что он из Южной Африки, южноафриканец.
Александр Дугин. Да, Маск – гражданин Южной Африки, и поэтому не может стать президентом. Но он способен переписать мировую историю. Взгляните: в его космическую программу SpaceX никто не верил, а потом ракета вернулась на Землю после запуска – уникальный случай. В Tesla и развитие электромобилей тоже не верили, но он стал практически монополистом в Америке и лидером в мире, конкурируя лишь с китайцами. Его проекты, на первый взгляд, кажутся невозможными, абсурдными, но затем он доказывает обратное: сегодня он – самый богатый человек планеты, а не Трамп.
Недавно я видел любопытный клип, показывающий, как менялось состояние Трампа и Маска за последние 20 лет. Цифры впечатляют: Трамп начинал с миллиарда долларов, а теперь у него 2,6 миллиарда. Маск же стартовал с тысячи долларов, а теперь его состояние – 300 миллиардов. Для нас, русских, деньги – пустой звук, если ты настоящий русский, а не агент влияния или разложившаяся личность. Для русского человека деньги не имеют значения. Но для американцев это божество, эти цифры – их дух, их сакральность. И если Маск обошел Трампа в 150 раз по капиталу, представьте, что это значит в американском сознании!
Поэтому Маск решил не просто говорить о космических одиссеях или будущем – это могло быть лишь развлечением для соцсетей. Но вдруг он заявил: «Я покончу с либералами, с глобализацией, с глобализмом. Я сосредоточусь на Америке, сделаю ее великой, а остальное мне безразлично». Он намерен довести до конца принципы MAGA, которые Трамп изначально провозгласил, но, по мнению многих, предал.
По сути, Маск строит третью партию, но не с нуля – она уже существует, ее начали формировать еще в 2016 году. Это попытка ворваться в Белый дом, нарушая все правила, выдвигая ценности, которые не поддерживают ни сенаторы, ни конгрессмены, ни олигархи с Уолл-стрит. Они сказали: «Американский народ это поддерживает, давайте сделаем ставку на него». Трамп победил в 2016 году, затем еще раз, и это уже тенденция. Это не просто крики, за которыми следует власть и забвение.
Трамп, возможно, действует как оппортунист. Многим казалось, что он стал героем, преобразился в борьбе с Глубинным государством. Но теперь он снова выглядит жалким стариком, которого шантажируют все, кто может, – кто знает, какие снимки присылает ему его замечательная жена. Это, безусловно, надлом. Но Трамп – не простой орешек, он не раз это доказывал. Сейчас ему нужно что-то масштабное, чтобы отвлечь от своих колоссальных провалов: начать войну с Канадой, например, или посадить Билла Клинтона, устроить допрос Мишель Обамы – что-то по-настоящему грандиозное, сравнимое с тем, что мы только что пережили.