Александр Дугин. Речь идет о двух разных сюжетах. Так называемый большой прекрасный закон вызвал раскол в американской элите: одна часть возмущена, другая его поддерживает. Это компромиссный документ, из которого в последний момент исключили многие трамповские положения. Его суть – в повышении потолка госдолга, что, по мнению Илона Маска, загоняет Америку в иллюзорную реальность.

Многие считают этот закон сомнительным и даже вредным. Что же касается Линдси Грэма – он выражает позицию неоконсерваторов, которые укрепили свое влияние в Белом доме после конфликта с Ираном и безоговорочной поддержки Израиля. Они оттеснили сторонников MAGA, но остаются лишь частью трампистского движения. Неоконы сейчас набирают силу и, полагая, что Иран побежден, переключают свое внимание на Россию. Грэм внушает Трампу, что жесткие меры, вплоть до военной интервенции, – лучший путь к достижению целей. Это чрезвычайно опасно и ставит мир на грань ядерной войны, что, увы, делает название нашей программы пугающе актуальным.

Татьяна Ладяева. Давайте продолжим нашу беседу, а для тех, кто только что к нам присоединился, напомню: сегодня обсуждаем законопроект о сокращении госрасходов в Соединенных Штатах. Отмечу, что процесс его прохождения был непростым – документ пока окончательно не принят. За него проголосовал 51 законодатель, против – 49, включая двух республиканцев. Еще четверо республиканцев предпочли воздержаться. Получается, законопроект прошел с трудом, единого мнения нет. И, учитывая, что поправки еще можно вносить, судьба этого документа остается под вопросом.

Александр Дугин. Этот закон вызвал множество разногласий. Даже те республиканцы, которые поддержали Трампа на голосовании, активно его оспаривали, но подчинились партийной дисциплине. Исключение – Томас Мэсси, проголосовавший против. На вопрос, почему он постоянно выступает против, он ответил, что он один из немногих политиков, кто действительно читает тексты законопроектов, которые зачастую весьма объемны. Это принципиальный момент, как подчеркивает сам Мэсси.

Сегодня он – восходящая звезда американского консерватизма и трампизма. Мэсси решительно выступил против политики Трампа по Ирану, против влияния израильского лобби AIPAC[78] в США, против Нетаньяху, став, на мой взгляд, второй по значимости фигурой в американской политике. В то время как Илон Маск отошел от активной деятельности, Мэсси взял на себя его роль. Он – убежденный консерватор, верный принципам MAGA (Make America Great Again), но яростный противник радикальных неоконсерваторов. Именно поэтому Мэсси голосовал против этого закона, основываясь на анализе его несоответствия базовым идеям MAGA.

Движение Make America Great Again, на волне которого Трамп одержал победу, не просто личный триумф – за ним стоит идеология, план и четкие представления. Программа, под эгидой которой Трамп победил, включала прекращение роста госдолга, реформу Федеральной резервной системы – от чего, к слову, Трамп пока не отказался, – полный отказ от интервенционизма, от приоритета интересов других государств или региональных держав над интересами США, а также от продвижения цветных революций, смены режимов и распространения либеральной демократии.

Эти обещания были ключевыми. Однако действия Трампа вступают в противоречие с этими принципами. Мэсси подробно объяснил, почему этот закон – полное отрицание обещаний Трампа, идущее вразрез с идеей суверенного прорыва, отхода от политики неоконсерваторов к новой политике MAGA. Не буду повторять все его аргументы, но Мэсси провел серьезную работу: он сопоставил основные положения закона, дал им идеологическую интерпретацию и сравнил с идеалами MAGA, заключив, что это катастрофа. Демократы, кстати, могли бы с ним согласиться, ведь закон включает множество уступок им, но они проголосовали против Трампа солидарно просто потому, что они против республиканцев, не вдаваясь в детали.

Таким образом, этот закон лишь углубил раскол в американском обществе. Хочу также отметить, что Мэсси стал политическим оппонентом Трампа в этом вопросе, считая закон предательством идей MAGA. Что касается Илона Маска, он, похоже, пребывал в каком-то «реабилитационном» состоянии, но теперь постепенно возвращается в американскую политику после шока, ограничиваясь ранее лишь мелкими комментариями о своих бизнесах.

После ссоры с Трампом Илон Маск заметно затих. У меня сложилось впечатление, что он либо отдыхал в санатории, либо переживал какой-то личный кризис. Трамп намекнул, что Маск якобы употребляет тяжелые вещества. Так или иначе, он, похоже, был в стороне, ограничиваясь комментариями о второстепенных вещах – о Tesla, о своих инженерных проектах. По сравнению с тем временем, когда он был второй фигурой в американской политике, это выглядело как откровенный троллинг. Но теперь Маск вновь набирает обороты.

Напомню, его конфликт с Трампом разгорелся из-за этого закона – Big Beautiful Bill[79], так называемого прекрасного большого закона. Маск назвал его катастрофой. Во время двенадцатидневной войны Израиля с Ираном и поддержки Трампом Ирана он сознательно молчал, лишь изредка позволяя себе ироничные ремарки. Теперь же он возвращается с резкой критикой этого закона. Маск, наряду с Томасом Мэсси, формирует ядро тех, кто противится новому курсу политики Трампа – его сближению с неоконсерваторами, финансовой олигархией Уолл-стрит и, по сути, с демократами. Трамп, конечно, облекает все это в свою характерную риторику, но за пределами его громких заявлений он все больше склоняется к неоконсерваторам, глобалистам и Deep State, шаг за шагом предавая своих избирателей. После Ирана его легитимность, на мой взгляд, серьезно пошатнулась. Значительная часть его самых преданных сторонников отвернулась от него. Вопрос о законе был менее острым, но для последовательных оппонентов – с позиций MAGA, Мэсси, Маска и многих других – он приобретает все большее значение.

Что касается текущих событий в американской политике, о чем мы уже говорили, угрозы Линдси Грэма ввести новый пакет санкций и пошлин – это серьезно. Прямо нас это не затронет, но его мишень – те, кто покупает нашу нефть, обходя санкции, а это значительная часть нашей экономики. Такой удар может быть болезненным. Это ведет к дальнейшей эскалации, к конфликту, к которому Грэм и подталкивает Трампа.

Если сложить споры вокруг Big Beautiful Bill и подъем неоконсерваторов, вырисовывается тревожная картина. Трамп повторяет ошибки своего первого срока, когда он пришел к власти на волне американского популизма. Теперь его идеи более четкие, яркие, идеологически оформленные, с поддержкой группы единомышленников, но, как и тогда, он дрейфует к Глубинному государству, которое обещал уничтожить. Разочарование нарастает, и этот закон – часть общей тенденции. Наш анализ Трампа, как мы с вами обсуждали, следует определенной логике. Для тех, кто следит за нашими беседами, это словно роман: события, о которых мы говорили в предыдущих «сериях», повторяются и проявляются в новых главах.