***

В кабинете герцога Кайрата Кальвини, где тяжёлые портреты взирали со стен, а массивная мебель дышала важностью, Эрик небрежно вытянул ноги под столом. Его взгляд скользнул по документам, скрепленным строгими печатями, затем устремился к огромному портрету императора, нависшему над отцовским креслом.

– Как обстоят дела дома? – герцог буравил сына взглядом, в котором чувствовалась сталь. Его голос, обычно низкий, в моменты важных вопросов звучал почти как рык. В этой хрипловатой глубине крылась особая власть одного из доверенных советников императора.

– В целом, всё спокойно, – ответил Эрик, стараясь укрыть за маской безразличия внутреннее напряжение. – Матушка вся в приготовлениях к балу.

Герцог кивнул, не отводя пристального взгляда от сына.

– Когда ты планируешь принять командование Имперской стражей? – он приподнял бровь, словно взвешивая ответ. – Данный пост при дворе и без того слишком привлекателен для придворных гиен. Нечего тебе прохолжаться.

Эрик почувствовал, как внутри поднимается буря сомнений. Лёгкая улыбка тронула его губы, но он тут же опустил взгляд, опасаясь выдать отцу свою неуверенность.

– Как я могу, отец? Возможно, вскоре… или, быть может, ещё не время…

– Что это значит? – герцог нахмурился, в голосе прозвучало ощутимое недовольство.

– Это серьёзный шаг, вам ли не знать. Будет излишне вызывающе, если я так скоро займу столь высокий пост при дворе.

– Не забывай о своих обязанностях, сын, – отрезал Кайрат, в его тоне чувствовалось раздражение.

– Я помню, – ответил Эрик мягко, но уверенно. – Спешка лишь навредит, в первую очередь матушке. Несмотря на её прочное положение при дворе, я беспокоюсь о её здоровье. Завистливые языки жалят метко и больно. Разумнее будет выждать подходящий момент прежде, чем заступить на службу. Разве вы не согласны?

– Ей нужно больше отдыха. В последние дни она взвалила на себя слишком многое, – герцог Кальвини согласно кивнул. – Слишком много для её хрупких плеч.

– Могу я узнать, как дела у Адама? – осторожно спросил Эрик.

– Всё так же погружён в свои провинциальные дела, – отозвался герцог, скрывая недовольство старшим сыном. Эрик прекрасно понимал причину отцовского гнева. – Скоро он должен вернуться.

– Надеюсь, по возвращении он вспомнит о своих обязанностях. Тильде, должно быть, нелегко справляться одной, без поддержки мужа. Особенно в её положении.

Кайрат кивнул и с тяжёлым вздохом поднялся из-за стола.

– Такова участь женщин.

Эрик кивнул, понимая, что разговор подходит к концу.

– Благодарю, отец. Пожалуй, мне пора, – произнес он, вставая и поправляя манжеты.

– Береги себя, Эрик, – напутствовал герцог с ощутимым предостережением.

Покинув кабинет, Эрик, в сопровождении двух стражников, двинулся по длинному коридору, увешанному гербами. Послевкусие разговора с отцом оставило неприятный осадок. В отличие от Адама, Эрик никогда не одобрял отношения к семье, которого придерживались отец и брат. В отличие от их матери, Тильда, жена Адама, не обладала внутренним стержнем. Ей с трудом давались обязанности хозяйки дома из-за кротости, скромности и изнеженности, что нельзя было сказать о герцогине Кальвини. Эрик всегда знал, что его мать – невероятно сильная женщина, способная на словесную дуэль даже с самим императором. Наверное, поэтому отец когда-то и выбрал её. По всей видимости, он знал, что такая женщина прикроет его тыл.

Задумавшись обо всем этом, Эрик не сразу заметил человека, возникшего на его пути – сослуживца и друга.

– Эрик!

– Маркус? – не без удивления вскинул брови мужчина. – Надо же… Без бороды ты почти похож на человека.

Маркус громогласно расхохотался, и Эрик, искренне улыбаясь, обнял его. Вскоре они отстранились друг от друга и поравнялись спинами. Все же они находились в Императорском дворце – не пристало демонстрировать излишнюю фамильярность.

– Как ты здесь оказался? – указав рукой на спуск с лестницы, спросил Эрик.

– Проходил собеседование, – после этих слов улыбка Эрика слегка дрогнула, но он тут же взял себя в руки. – В конце концов, неизвестно, когда продолжится военная кампания. Может, и вовсе её свернут. Не пропадать же времени зря? А ты что здесь делаешь?

Эрик решил умолчать о цели своего визита. Маркус мог оказаться его прямым конкурентом на должность главнокомандующего стражей. Впрочем, он был бы не против проиграть другу, ведь тот справился бы куда лучше. Да и Маркусу эта должность принесла бы больше пользы, чем ему.

– Навещал отца. Нужно было решить кое-какие вопросы. Адам отсутствует, поэтому всё свалилось на мои могучие плечи.

Они продолжили спускаться по лестнице и, как только стража оставила их на выходе из корпуса, мужчины, не переставая болтать, направились через дворцовую площадь. Величественные башни, украшенные сложной архитектурой, устремлялись в небо, а неподалёку виднелась часовня, окружённая еловой зеленью сада и кованой оградой, сквозь прутья которой проглядывали ухоженные аллеи. На фоне пожухлой листвы ели казались изумрудно-зелёными, кое-где с голубоватым отливом.

Внезапно Эрик заметил в толпе слуг, сопровождавших знатных дам, светлую копну золотых волос, направлявшуюся к той самой часовне. В этот момент он перестал слышать друга, дыхание сбилось, а сердце бешено заколотилось в груди. Воспоминания о недавнем знакомстве с юной особой обладавшей такими же волосами, не отпускали его. Поддавшись инстинкту, он рванулся с места, пытаясь догнать удаляющуюся группу, но его неожиданно схватили за предплечье.

– Эй, погоди, – с удивлённой и немного нервной улыбкой остановил его Маркус. – Куда это ты так драпанул? Мне в ту сторону.

Удивлённый внезапным порывом друга, Маркус проследил за его взглядом, заметив, как мечется взгляд мужчины по уходящей за кованые ворота группе женщин.

– Кажется, я кое кого узнал…

– Как бы то ни было, на территорию часовни вход строго воспрещён всем, кроме приближённых к императорской семье. Тебе ли не знать? – с усмешкой уточнил Маркус и отпустил Эрика, наблюдая, как его губы растягиваются в незнакомой ему доселе ухмылке. – Да что с тобой? Небось накатил в тихую? – тут же уточнил Маркус, не понимая, что происходит. Его друг и сослуживец начал смеяться неестественным смехом, почти неадекватным.

Эрик не ответил. Его мысли были заняты лишь светлой копной волос в толпе служанок.