Эпилог

Хема затаилась в его объятиях. Она не ответила и молчала так долго, что данав всё понял без слов.

- Пойду, загашу огонь, - сказал он.

Он поднялся, и Хема его не остановила.

Огонь в очаге был залит, Хема убрала чашки в корзину и вытряхнула в озеро остатки муки, а горох рассыпала по земле – если не склюют птицы, он прорастёт. Так же молча, не глядя друг на друга, апсара и данав покинули земной ашрам.

Вскоре вимана загудела, завращав крыльями, и поднялась над лесом, унося апсару и данава обратно в небесные края.

Хема смотрела в окно, пока озеро и водопад не скрылись из виду. До самой Тринаки они с Лаваной не сказали ни слова, и лишь когда впереди показались сверкающие башни Города Трёх Владык, Хема попыталась объяснить то, что было у неё на душе.

- Всё в этом мире подчинено божественным законам, - сказала она, не глядя на Лавану. – И это нельзя изменить простым желанием. Ты – данав. Пусть ваше племя и было изгнано с небес, но в тебе течёт божественная кровь. Я – всего лишь апсара, моя жизнь коротка. Ещё лет сто или сто пятьдесят, а потом… К тому же, я была причиной гибели твоего друга. Да, ты простил меня, но вина никуда не делась. Однажды ты меня упрекнёшь. Может, даже возненавидишь.

- Никогда, - глухо ответил Лавана.

- Пусть так, - согласилась она. – Но я никогда не смогу стать для тебя настоящей женой, потому что я уже жена другого. Никогда не рожу тебе сына. И моя карма – обнимать всякого, кто этого пожелает. Ты не сможешь этого принять. Даже если будешь говорить обратное. Наши пути сошлись ненадолго, но теперь должны разойтись. Я не забуду ничего, так и знай. Но нам не идти по этой жизни вместе.

На это Лавана ничего не ответил, направляя виману в рощу, за городом, но вдруг круто повернул руль, снова поднимаясь.

- Что ты делаешь? – испугалась Хема, схватившись за подлокотники кресла.

Сердце её подпрыгнуло и застряло где-то в горле от очередного резкого поворота.

- Вывесили белые флаги, - сказал данав, заставляя виману лететь к городу. – Смотри – на башнях белые флаги. Это значит, что полёты на землю и с земли разрешены. Тебе незачем идти так далеко, я высажу тебя возле школы.

- Полёты разрешили? – встрепенулась Хема. - Может, господин Шакра вернулся? Может, он что-то разузнал об Анджали! Отвези меня в Амравати, прошу тебя!

- Как пожелаешь, - произнёс Лавана ровным, ничего не выражающим голосом, и вимана пролетела над Тринакой, направившись к сверкающему городу царя богов.

На башнях Амравати так же были вывешены белые флаги, и Хема нетерпеливо ёрзала в кресле, не в силах дождаться приземления.

Но вот колесница опустилась, замерла и затихла, и апсара быстро, не прощаясь, открыла дверцу со своей стороны, и выскочила вон.

До дворца она бежала, не оглядываясь, и лишь оказавшись в тени арки, спрятавшись за столб, осторожно выглянула. Вимана данава стояла на прежнем месте, но самого его не было видно. Вздохнув, Хема потрясла головой, прогоняя ненужные мысли, и пошла во дворец.

Здесь ничего не изменилось, и казалось, что никто не заметил её отсутствия. Служанки, как всегда, сплетничали, а дайвики бездельничали, купаясь в бассейне или лёжа в тени, наслаждаясь покоем и негой.

- Господин Шакра вернулся? – спросила Хема первую попавшуюся ей на пути служанку.

- Да, госпожа, - ответила та с поклоном. – Три дня назад.

Сначала Хема хотела сразу бежать к царю богов, но потом передумала. Прежде чем предстать перед владыкой, надо хотя бы расчесать волосы.

Служанки были удивлены внезапным появлением свой хозяйки, но сразу засуетились, разогревая воду и готовя притирания и мази для смягчения кожи и удаления волос с тела. Ни одна не спросила, где это Хема пропадала, хотя глаза их блестели жадным любопытствам.

Даже не дождавшись, пока волосы до конца просохнут, Хема надела лучшие одежды, положила в корзиночку свежих фруктов, прихватила с собой душистую цветочную гирлянду и отправилась к Шакре. Никто не помешает ей выразить радость по случаю возвращения царя богов. Она поднесёт ему фрукты, наденет гирлянду, а потом спросит про Анджали…

- …и то, что госпожа Шакти уехала в свой дворец, а госпожа Шакрани снова поселилась в своих покоях – это о многом говорит, - донёсся до неё голос одной из дайвики, живущих во дворце Шакры. - Она – действительно, нечто. Я видела, как привезли Пундарику и Читралекху, которых отправляли соблазнять этого ужасного мудреца! Они обе были, как каменные статуи. Дышали, смотрели, но не могли двинуться, и их руки и ноги словно застыли. Даже врачи не смогли ничего сделать. Что теперь будет с бедняжками?.. А госпожа Шакрани справилась с этим злодеем…

- Что ты хочешь, если она справилась с царём богов? – хихикнула в ответ другая апсара.

Хема ворвалась в комнату, где две апсары-дайвики нежились в ванне из цветочных лепестков.

- Анджа… Шакрани вернулась? – выпалила она, оперевшись на край ванны и перепугав купальщиц до визга.

- Вернулась, - ответила одна из них, хлопая глазами. – Ты испугала нас… Подслушивала?

Фрукты и цветочная гирлянда упали на пол, а Хема уже бежала к покоям возлюбленной царя богов. Она готова была лечь на пороге, кричать, требовать, чтобы Анджали приняла её, но возле покоев госпожи Шакрани не было ни одной служанки.

Ворвавшись в комнату, Хема сразу же увидела Анджали – живую, здоровую… Но радость, захлестнувшая было, тут же погасла, когда Анджали обернулась.

Прошло не так много времени, но она изменилась.

Хема смотрела на свою подругу – и почти не узнавала. Её прекрасная белая кожа потемнела от загара, особенно на лице и руках. Волосы слегка выгорели от солнца и вместо того, чтобы лежать гладкими шелковистыми прядями начали непокорно виться на концах и вокруг лбы. Губы обветрились, руки загрубели, и ногти были подстрижены совсем коротко. Нет, Анджали не утратила своей красоты, но теперь во дворце царя богов, на шёлковом ковре стояла не изысканная ухоженная танцовщица, а дикарка, пастушка с гор. Это пугало, потому что теперь Хеме было известно, как люди живут на земле. Она за несколько дней утратила свой небесный лоск, а подруга пробыла там столько времени… Можно было догадаться, что ей пришлось там пережить…

Но сильнее всего Хему испугал взгляд Анджали. Раньше её глаза были тёмными и блестящими, и в них всегда искрился смех – как будто звёздная пыль рассыпалась по ресницам и щекам. Иногда её взгляд был дерзким, иногда, очень редко – грустным. После возвращения из Паталы печали в её взгляде стало больше, но всё равно иногда Анджали улыбалась, смотрела весело. Она даже смеялась - когда танцевала с ученицами. Да, была ещё страшная, пугающая пустота в её взгляде. Как тогда, возле статуи богини, когда Анджали обвинила Хему в предательстве.

Только сейчас глаза Анджали окончательно утратили всё доброе, нежное, человеческое. Они стали двумя чёрными бездонными омутами, в которых плескались лишь горечь, печаль и тоска. Никакого смеха. Никакой радости. Можно было убить одним лишь таким взглядом.

- Анджали, ты сердишься на меня? – залепетала Хема, застывая на месте от ужаса. – Я хотела тебе сказать, что нельзя лететь на землю… Что это ловушка… Хотела предупредить…

- Я знаю, - лицо Анджали было бесстрастным, но глаза так и кричали от внутренней, душевной боли.

- Простишь ли ты меня когда-нибудь? – Хема сделала несмелый шажок к ней, не зная – позволено ли будет её обнять. – Я так переживала за тебя… Искала на земле… Госпожа Шакти запретила улетать, но я уговорила Майю Данава…

- Я знаю, - повторила Анджали. – Он рассказал мне.

- Он? Лавана рассказал?

- Прости, нам некогда, - Анджали набросила на голову тёмное покрывало и кивнула кому-то за спиной Хемы.

Оглянувшись, она увидела Майю Данава. Тот стоял возле стены – такой же бледный, как белый мрамор на облицовке.

- Ты здесь?.. – Хема растерялась. – Почему ты здесь?

- Уйди с дороги и не пытайся навредить больше, чем уже навредила, - Анджали положила ладонь ей на плечо и отодвинула в сторону. – Поговорим позже.

Данав быстро вскинул глаза на Хему, но сразу же потупился. Но и так она успела заметить, что взгляд у него был такой, словно он заглянул в бездну, и это была вовсе не бездна царства нагов.

Анджали вышла из покоев, и данав послушно пошёл за ней.

Хема догнала его и схватила за руку, останавливая.

- Что происходит? – спросила она, волнуясь. – Куда ты? Куда вы собрались вместе?

- Тебе лучше этого не знать, - ответил он и повторил совсем как Анджали: - Прости, мне надо идти.

Он высвободил руку и поспешил следом за Анджали, но Хема снова догнала его, сердцем, глубиной сознания понимая, что случилось что-то ужасное. Или вскоре случится. Как будто мало было переживаний! Как будто не хватает опасностей, коварства вокруг! Ещё она понимала, что если не остановить данава, то он пострадает из-за очередного сумасбродства Анджали. А если она согласилась принять его любовь? И сбежать с ним в Паталу?..

Разум говорил, что это невозможно, что Лавана – не такой, и что Анджали – не такая, но глупое сердце зашлось неровными толчками, и ревность захлестнула, топя с головой.

- Лавана! Я согласна! – Хема повисла у него на шее. – Пусть хоть немного!.. Пусть хоть недолго с тобой!.. Но я согласна! Если прогонишь, то я сразу уйду! Но уедем, уедем, уедем отсюда! Сейчас же!

- Прости, - раздалось в ответ.

Данав порывисто и крепко обнял её, на мгновение прижавшись губами к губам, а потом почти бегом бросился следом за Анджали, покрывало которой колыхнулось, как чёрная волна.

Ещё мгновение – и эти двое исчезли, свернув из главного коридора на боковую лестницу. Когда Хема опомнилась и бросилась догонять, останавливать - лестница была пуста. Бестолково заметавшись по дворцу, она поздно вспомнила про виману данава.

Увы, бедная Хема успела лишь увидеть, как летающая колесница уносится в сторону Тринаки, унося с собой и данава Лавану, и апсару Анджали.

Дорогие читатели! Похождения Анджали продолжаться в четвёртом томе «Танцовщица для небесного царя-II». Анджали всё никак не уймётся, и мне надо ещё многое рассказать о том, с ней произойдёт.

В следующей книге: