Первое, что я спросил:

— Насколько летальный токсин? Как давно? На что действует яд?

Надбровные дуги палача чуть приподнялись.

— Токсин почти мгновенно парализует, высшие нервные функции отключаются не сразу. У вас есть минуты две, возможно. Не думаю, что вы успеете доставить ее к лекарю. Но можете успеть попрощаться.

— Мне нужен образец яда!

— Зачем вам?

— Я алхимик! Давайте!

К счастью, он не стал спорить — не то я бы, наверное, сжег его на месте. Палач вытащил из кармана и протянул мне узкую палочку, вроде ароматической. Схватив ее, я бросился к двери на склад. Мне повезло, если это можно так назвать: баррикаду уже и правда разобрали, в проем я увидел прилавок с разложенными на нем свертками. Один некромант вытаскивал за ноги безвольное тело каторжника в рваных шмотках. Следом другой нес Оллу — к счастью, нормально нес, на руках. Ее голова безвольно свешивалась.

— Она моя! — рявкнул я на ни в чем не повинного парня, перехватывая девушку у него из рук. Магию Жизни в нее, срочно…

Пошло! Пошло! Она была еще жива — едва-едва, я успел буквально в последние секунды. Теперь на некоторое время моей подпитки хватит, чтобы удержать в её теле жизнь, но нужно заняться реанимацией, и срочно!

Моя диагностика как мага Жизни не давала мне сейчас много: я чувствовал, что тело девушки очень сильно угнетено, что нервная система вот-вот откажет окончательно. И все, что я мог сделать Жизнью — это не дать ей сдаться вот прямо сейчас.

Мне нужно проанализировать яд, мне нужно выжечь его из тела Оллы, это получится, раз она в моей зоне контроля, — но придется работать с огнем и ядом. Мне было плевать, что я раскрою себя, но вокруг было много ни в чем не повинных некромантов. Живые рискуют отравиться. А если я допущу ошибку, могу кого-нибудь и спалить — живого, немертвого, все равно. И вот на это мне пока еще было не плевать.

Почти бегом я бросился прочь, к телепортационному кругу мэтра Карсена. Там на каменных плитах любой огонь сразу же потухнет… И это недалеко — за углом. У меня почти нет времени, я чувствовал это всей кожей. Повезло, что хоть сколько-то секунд выиграл!

Лишь добравшись до места, я сообразил, что телепортация занимает доли секунды — и раз уж я все равно здесь, логичнее переместиться туда, где мне точно никто не помешает. Дополнительный плюс: все-таки остается шанс сохранить мое инкогнито. Видимость сейчас хреновая, пара метров, не больше, авось не заметят вспышку. Если очень повезет. Впрочем, пусть лучше повезет в другом.

Я ступил на камень, и тут же вызвал Огонь. Наш двор!

Огонь послушно опал на засыпанной щебенкой площадке позади арендованного нами дома. Не дожидаясь, пока погаснут последние языки пламени, я упал на колени, аккуратно опустил Оллу на землю. И тут увидел, что она в сознании!

Ее серо-зеленые глаза были приоткрыты и смотрели на меня. Хотя лицо расслабленное, не понять, понимает она что-то или нет.

— Олла, я сейчас выжгу яд из твоей крови, — сказал я быстро. — Затем подлечу тебя Жизнью. Но для этого мне надо знать, что выжигать. Поэтому… — я вытащил из кармана «ароматическую палочку». — Я сейчас ее подожгу и вдохну. Отравлюсь сам и так пойму.

Я поднес палочку к носу одной рукой, второй продолжая поддерживать Оллу под спину. Сейчас легонько ее подожгу, только чтобы начала тлеть…

Вдруг Олла дернула рукой, да так точно! Ее ладонь ударила по моей кисти — не очень слабо, но я этого не ожидал. Палочка отлетела в сторону, на щебенку.

Ять!

— Дура! — я выпустил Оллу, кое-как подстраховав, чтобы не стукнулась затылком о камни. И бросился подбирать эту палочку, не тратя времени на дальнейшие увещевания.

Блин, реально идиотка! Она что, меня так бережет⁈ Или это какое-то рефлекторное дерганье было?

Естественно, падение, никак не повредило плотной палочке. Перехватив ее, я опять поднес к носу. Ну что, зажигаем — но аккуратно. Впрочем, до дома долететь не должно…

Однако у палочки оказалась своеобразная пропитка: едва я вызвал малейшую искру, она загорелась целиком, повалил густой столб дыма. Я тут же ощутил, как немеет тело, пальцы ослабли и чуть не выпустили палочку. К счастью, я был к этому готов. Усиленные возможности магов Жизни к анализу… да, токсин, да, парализующий, сперва угнетает двигательные функции, потом — высшую нервную деятельность, потом — периферическую нервную систему: отказывает сердце и легкие. Ничего, выжгли то, чем когда-то от большой любви траванула меня Ройга, выжгем и это! Гори, Огонь! И в воздухе тоже! И палку эту — нахрен!

Вокруг нас Оллой — к счастью, она оставалась в моей зоне контроля, палочка не отлетела далеко — с ревом вспыхнули клубы пламени. Меня тут же отпустило, секундная слабость прошла. Только пот пробил: тело рефлекторно отреагировало на попытку отравления. Сейчас еще в туалет захочется… но, к счастью, не сразу.

Теперь к Олле. Диагностика! Так, жива, цела… внутренние органы и нервная система, конечно, далеко не в норме, но…

Я еще раз сработал прицельно по яду, чтобы выжечь его уже из крови и тканей Оллы — однако, похоже, все сработало еще первый раз: мой Огонь больше не нашел мишени. Теперь стимуляция Жизнью… побольше, побольше! Сколько хватает моей невеликой пропускной способности!

— Влад… — прошептала Олла.

Совершенно четко прошептала! Без акцента, как будто сотни раз уже называла мое настоящее имя!

Я не выдержал, прижал ее крепко-крепко к себе, возможно даже, до боли, чувствуя, как глаза становятся горячими.

Если бы я ее потерял!..

Нет, я не могу ее потерять! И дело даже не в Тее — хотя я представляю, как ей было бы больно, а ее боль — это уже теперь и моя боль. Я. Сам лично. Не могу.

Не так-то просто встать с коленей, прижимая к себе довольно увесистую, пусть и небольшого роста девушку. Но у меня получилось. Держа Оллу на руках, я зашагал к дому.

— Вы можете меня опустить, — пробормотала Олла. — Я уже нормально… сама дойду.

— Не отпущу, — твердо сказал я.

Никуда не отпущу.

Навстречу мне умертвие-привратник распахнул дверь. Я внес Оллу в гостиную. Из кресла поднялась донельзя удивленная и слегка перепуганная Тея, державшая в руках книгу.

— Влад! Олла! Что случилось⁈

Я осторожно опустил свою ношу на диван.

— Много всего случилось. Мы телепортировались от портала. Надеюсь, нас никто не заметил. Но если заметили — плевать. Оллу отравили. Там был палач… — я запнулся, поняв, что не в состоянии все это изложить. Ледяная ясность покинула меня, мысли начинали путаться и сбиваться, перескакивая одна через другую. Хорошо, что я уже сформулировал для себя план действий. — Погоди, мне нужно немного успокоиться… Коньяк у нас еще остался?

Алкоголики из нас те еще: немертвым алкоголь опаснее, чем живым, потому что для ощутимого эффекта спутанности сознания им нужно конкретно так его передозировать. У Теи и Оллы вообще никакой толерантности к спиртному — из-за болезни они почти десять лет даже легкого вина не пили. Так что реально выпить можем только мы с Игнис, но делаем это крайне редко… Последний раз — вот как раз когда эта дурная девица, которая сейчас лежит на диване, меня бросила!

Я услышал шаги, шелест платья, звон бутылок. Затем маленький хрустальный фужер появился в поле моего зрения. Я выпил, не чувствуя вкуса. Сейчас эта болезненная острота эмоций схлынет…

Тут хлопнула входная дверь и в комнату ворвался черный вихрь.

Блин! Вот именно поэтому я пью еще реже, чем мог бы, — слишком сильно замедляются рефлексы! Я не то что вскочить не успел, даже голову поднять!

К счастью, никакой опасности черный вихрь не представлял: он замедлился и превратился в Ройгу. Она облегченно выдохнула.

— Вы живы! Отлично!

— Так что случилось-то⁈ — в голосе Теи звучало раздражение пополам с тревогой.

— В Департамент тревожная химера прилетела, — хмуро сказала Ройга. — Что случилось, я не знаю, здесь головы к ним не пришивают, только набор тревожных сигналов. В этот раз сигнал был такой: проблема у портала, человеческие жертвы. Несколько парней из департамента тут же туда рванули, а я вспомнила, что Влад с Оллой как раз к порталу сегодня собирались, так что решила сначала дома проверить… А вы уже тут!

— Сбежала группа заключенных, — сказал я. — Захватили Оллу в заложники, заперлись на складе. Штатный палач счел, что проще отравить всех нафиг летальным токсином, чем штурмовать! Хотя любой немертвый боевик разобрался бы за минуту!.. — я сжал зубы, чувствуя, что еще чуть-чуть — начну скрежетать зубами. — Товар они боялись повредить! А заложница-простолюдинка для них — нормальные сопутствующие потери!

Тея испуганно втянула воздух.

— Я еле успел, — продолжил я мрачно. — Телепортировался… если меня заметили, будут неприятности, но похрен уже. Яд выжег. Олле дайте воды… — Ройга тут же налила стакан из графина, подошла и протянула его Олле.

— Спасибо… — пробормотала та, принимаясь пить. — Спасибо, Ройга.

— Вот, отлично, — я нахмурился, потер лоб, прикидывая. — Сейчас я ее еще немного покачаю Жизнью, и она должна быть в порядке. Сколько времени? — я поглядел на большие часы с ходиками. Поразительно, но еще и полдень не пробило. — Так, отлично, магистрат работает до двух, кажется… Ждать до завтра не будем, сейчас же пойдем с Оллой и поженимся. И потом к портному — закажем ей черно-зеленое… или там черно-бежевое платье. Чтобы ни одна сволочь больше не подумала, что ее жизнь стоит меньше, чем склад ингредиентов!

Да уж. Титул я выбью для нее непонятно когда. А жениться можно безотлагательно. По крайней мере, Игнис и Элсина ее папаша «расписал» за минуту — будем надеяться, и мне проволочек никто чинить не станет. Надо было раньше об этом подумать. Инерция мышления сработала.

Повисло короткое молчание — мои девушки осмысляли эти слова.

— Отлично придумано, — Тея среагировала буквально через секунду. — Сколько проблем сразу решится! Хотя повод — увы… — она вздохнула.

— Черно-бежевое — это стильно, — задумчиво сказала Ройга. — С ее фигурой можно совсем конфетку сделать. Черно-зеленое — не так, но от оттенка зависит. Если взять поконтрастнее, а не такие темные, как Олла обычно носит…

Тут я услышал глухой стук и бульканье. Обернулся. Олла выронила стакан, и он покатился по ковру, оставляя темный след от вылитой воды. Сама Олла безвольно упала на диван, глаза закрыты. Обморок — или?..

В панике я схватил ее за руку. Обморок. Ф-фух. Остаточное действие яда? Я не все еще выжег? Или что?

Но повторная стимуляция сработала — Олла уже приходила в себя. И из глаз ее тут же покатились слезы.

— Влад… госпожа… — она сдавленно шептала. — Пожалуйста! Пожалуйста, не надо! Я не выдержу!

— Что не выдержишь? — не понял я, продолжая держать ее руки. — Опять глупости какие-то!

— Я не выдержу фиктивный брак! — теперь она уже рыдала и пыталась сесть на диване, одновременно выдергивая руки из моих: переборщил я, похоже, со стимуляцией нервной системы. — Пожалуйста, не заставляйте меня! Я буду осторожной! Я… я придумаю, как сделать так, чтобы… чтобы мне нормально все выдавали… Я уже стала компромат искать на заведующих складами! Я найду! Я буду вас… тебя… я буду тебя звать на «ты»! Видишь, я могу! И Владом буду звать… я тренировалась, чтобы правильно говорить! Я все буду делать! Только этого… только не надо…

Я снова почувствовал знакомый холод в груди. Она что, решила, что я ее заставлю со мной спать против воли? Или развода потом не дам, когда она кого-то себе найдет?

Я хотел было уже открыть рот, чтобы спросить об этом, но Тея успела первой.

Она сказала:

— Потому что ты любишь Влада, так? С самого начала ты его любишь? Ты мне соврала? И ему соврала?

Олла рыдала совсем в голос. Она закрыла лицо руками.

— Простите… Простите… Я не хотела… Я не думала… Я думала, что смогу… но не могу! Называться его женой⁈ Нет!

Холодный комок у меня в груди взорвался горячими искрами. Не думала она! Не хотела она!

— Но… — голос Теи звучал пораженно. — Но зачем⁈ Ты ведь мне до этого еще, в самом начале говорила, что не против делить Влада со мной! Зачем ты с ним тогда порвала⁈

Что⁈ А это когда было⁈

— Но вы же отказались… — Олла потрясенно убрала руки с лица, поглядела на Тею. — Вы же сами сказали — «это не любовь»! И я поняла, что если вы его полюбите, то мне нужно будет уйти в сторону! И я ушла! Я не хочу у вас на пути стоять! И не буду!

— Но потом-то! — воскликнула Тея. — Когда ты увидела, что я пригласила Ройгу! Почему не сказала⁈

— Что я должна была сказать⁈ «Я передумала, тоже хочу к вам»⁈

— Да! Это ведь было первое семейное правило, которое я Ройге предложила! Что нас будет трое, если ты захочешь к нам присоединиться! И Ройга сразу согласилась!

Олла густо-густо покраснела.

Оп-па. А это они когда⁈ Что за правила вообще⁈ И почему мне не сказали⁈ И вообще, почему они это без меня…

Хотя ладно, положа руку на сердце: как будто я был бы против! То есть поначалу, может, и был бы — я на Оллу довольно сильно обиделся, когда она со мной порвала. Но, во-первых, эта обида почти полностью прошла уже когда мы ее спасали из моря, во-вторых… будем честны: девушкам достаточно было бы просто прийти ко мне втроем, одевшись пособлазнительнее.

Кстати, если подумать, я никогда не видел Оллу соблазнительно одетой.

— Как… — прошептала Олла. — Мне бы и в голову не могло прийти…

Тея в свою очередь закрыла лицо руками. Ройга тоже звонко хлопнула себя ладонью по лицу.

— Так, — сказал я Олле. — Мне некогда заниматься этими глупостями! Мы поженимся, к портному ты сходишь с Ройгой, а я пока займусь последствиями того, что случилось у портала. Нужно разобраться, видели меня или нет, и с этим палачом хреновым разобраться. Брак будет не фиктивный. И сегодня вечером ты у меня получишь за все твои художества! Так что отоспись днем.

После чего я притянул девушку к себе и крепко, крепко поцеловал, вложив и всю свою нежность, и фрустрацию, и весь страх все-таки ее потерять.

Что, млять, она мне тут на полгода устроила⁈ Чисто из-за того, что нормально с Теей поговорить не могла⁈ Или со мной, если уж на то пошло⁈

Олла тут же раскрылась мне навстречу, почти растаяла под моими руками. Вот и молодец — наконец-то! Мне потребовалось все самообладание, чтобы не начать заключать с ней брачный союз прямо на этом диване, под взглядами двух других девушек. Но дела не терпели отлагательств. Я с трудом оторвался от нее, провел ладонью по ее щеке. Она ответила мне потрясенным, испуганным, обожающим и беззащитным взглядом, от которого у меня тоже чуть слезы не навернулись на глаза.

— Так-то лучше, — тихо сказал я. — А теперь иди умойся, переоденься, и пойдем.

* * *

В магистрат мы отправились вчетвером. Ройга — для охраны из-за моей паранойи и чтобы потом отвести Оллу к портному. Тея — как таран на случай административных препон и потому что, как она заявила, «я не могу пропустить свадьбу двух моих самых любимых людей!»

И очень хорошо, что они были с нами, потому что я все еще ощущал себя не вполне адекватным. Если бы, например, клерк вздумал с нами препираться, я не был уверен, что не сожгу его на месте.

К счастью, никаких препятствий не было. Клерком оказалась молодая некромантша с живым телом, которая изрядно удивилась нашей делегации и еще сильнее удивилась, что брак будем заключать мы с Оллой, и что нам непременно нужно сделать сейчас.

— Уложением магистрата предусмотрен период ожидания до трех дней во избежание мошенничества и для осмысления молодоженами важности принимаемой на себя ответственности, — протороторила девушка, потом почему-то взглянула на Ройгу, а не на Тею, и сказала: — Но в порядке исключения… — и сделала многозначительную паузу.

Ройга вздохнула, закатила глаза.

— Да, Катарина, это очень романтическая и увлекательная история, и ты лучше понимала бы подтекст, если бы до вас уже докатились сплетни о том, что недавно произошло возле портала. Но они не докатились, поэтому страдай и мучайся.

Чиновница надула губы.

— Не будь ты с достопочтенной мэтрессой Воды, я бы так это не оставила! — она вздохнула. — Пожалуйста, дайте документы, сейчас оформлю свидетельство. И мне понадобится справка о пожертвовании на храм богини Смерти и бога Огня…

Хм, надо же, а с Игнис ее папаша такое не спросил. В разных мирах разные правила? Или он просто и ту справку тоже фальсифицировал?

— Они потом донесут, — сказала Ройга. — Под честное слово поверишь?

— Конечно, — кивнула чиновница, — но только до конца недели донесите, ладно? А то у меня некомплект документов будет.

Пока она переписывала наши «удостоверения личности» — мои грамоты Гильдии Алхимиков и Оллину метрику «потомственной служанки» Нейгартов — я тихонько спросил Ройгу:

— Вы знакомы?

— Мы состоим в одном книжном клубе и являемся поклонницами одного и того же писателя, — дернула плечом Ройга.

— Когда ты успела вступить в книжный клуб⁈ Что за писатель⁈

— Поверь, ты не хочешь об этом знать.

Ладно, пожалуй, действительно не хочу. И об этих их «семейных правилах», установленных Теей, тоже, наверное, не хочу. По здравому размышлению, есть вещи, в которые мужчине лучше не лезть.

— А вот мне интересно! — вмешалась Тея.

— Ну конечно, тебе интересно, книжная ты душа, — вздохнула Ройга. — Потом расскажу и даже почитать дам. У меня как раз лежит его первая, на нее уже нет очереди, так что я взяла домой на несколько дней.

— Договорились!

Уже когда чиновница заканчивала красиво расписывать наше свидетельство, в кабинет заглянула другая некромантша.

— Катти, ух чего сегодня случилось у портала! — тут же зачастила она, не обращая внимания на нас. — Каторжане сбежали, кучу народу перебили, взяли в заложники десять девушек, их палач всех перетравил, и девушек тоже! А у одной нашелся жених, он тут же попытался ее поднять, а у него Кодекс ка-ак сработал на запрет, и он сам без сознания рухнул, его палач тоже сразу утащил, говорят, на запчасти разобрать хотел, но Агрим вмешался…

— Лотта, не видишь, у меня посетители! — повысила голос чиновница.

— Ой, извините! — Лотта, так пораженная недавней сплетней, только увидела нас, особенно синее платье Теи, тут же извинилась и была такова.

Катарина поглядела на Ройгу.

— Это вот действительно случилось у портала? И при чем тут?..

Тея легонько откашлялась.

— Прошу прощения, не могли бы вы поторопиться? У нас еще много дел сегодня. И в храм еще нужно зайти, чтобы сделать пожертвование. Так что поставьте печать, пожалуйста. Вот так, спасибо.

— Поздравляю вас с законным браком, господин и госпожа Шелки, желаю счастливого и плодотворного союза! — отбарабанила чиновница, отдавая мне свидетельство.

Но выглядела она разочарованной и погибающей от любопытства.

После этого мы не стали задерживаться. Уже на выходе из магистрата я еще раз поцеловал все еще ошарашенную и молчаливую Оллу и надел ей на палец кольцо — то самое колечко Фроссен с огненным камнем. Прихватил с собой из дома, больше по наитию, чем по расчету. Палец я выбрал безымянный на правой руке.

— Так носят кольца у меня дома, — сказал я. — Это чтобы ты не забывала, чья ты насамом деле жена.

И еще для того, чтобы по этой цацке сразу делалось видно: его обладательница — очень и очень непростой человек! Обычным простолюдинам кольца с огненным камнем не положены. Я его мог носить, потому что подарила лично Фроссен: ее секретарь сразу же выписал мне разрешение. Но не носил — лекарю кольца только мешают. И теперь, разумеется, я имел полное право передать это кольцо жене!

Хотя, конечно, местные его как обручальное не воспримут: палец не тот.

— А вот черного кольца, чтобы надеть так, как носят здесь, я не припас, — продолжил я, все еще обнимая Оллу. — Сегодня куплю.

— Лучше доверь мне, — сказала Ройга. — Ты ведь не любишь украшения и не разбираешься. Еще купишь что-нибудь не то.

— Конечно, — с облегчением согласился я.

Не знаю, как можно выбрать «не то», если речь идет об обычном гладком черном кольце, но… ладно. Допустим. Тем более, я даже не знал, где тут лавка ювелира. А вот Ройга наверняка знает!

* * *

Академия Гробницы располагалась в красивом здании готического вида. Полное соответствие некромантским традициям! Даже удивительно, что такую красоту нагородили всего из-за двух студентов-некромантов! Причем, как мне сказал Элсин со смешком, эти двое на нынешнем потоке (и еще один мальчик с даром пока не учился, поскольку ему было лет двенадцать) еще считались практически «аншлагом» — на протяжении первых нескольких десятков лет на Гробнице с ее невеликим населением не рождалось собственных магов Смерти! Вот маги Жизни были почти с самого начала. Но ведь их рождается сравнительно много: два-три на тысячу. А вот некров — уже пять-шесть на сотню тысяч или даже реже: когда я пытался сосчитать, меня подводило незнание точных цифр. Тем более, как мне говорили, эти значения еще и плавают — когда-то маги того или иного призвания рождаются чаще, когда-то реже, и понимания, от чего это зависит, нет.

Однако Академию построили именно такой — готичной и пафосной, без учета того, что в ней почти нет студентов-некромантов. И построили с самого начала: иное, мол, недостойно некромантского цеха!

Кстати, здесь не только учились с нуля — еще и доучивались старшие студенты из других миров, которых прихватили с собой наставники. Теоретически я как Эрик Шелки, ученик-старшекурсник, тоже мог бы походить здесь на лекции! Но, естественно, мы с Элсином решили не тратить на это время.

Ректором же академии являлся по совместительству сам Агрим, и он же читал часть курсов. По словам Элсина, старый некромант заявлял, что работа с молодежью — самое важное, что вообще может быть, причем с любой молодежью. В этом смысле он не отделял некромантов от жизнюков и от обычных людей. Импонирующий мне подход.

Расписания Элсина я не знал — не успел пока выучить. Поэтому просто спросил у сидящего внизу привратника, выполняющего заодно функцию диспетчера.

— Вот же расписание, — удивленно сказал молодой маг Жизни, сам явно недавний студент.

Надо же! В Руниале и в Великой Гавани ничего подобного не было. То есть, разумеется, расписание где-то и у кого-то имелось, но в виде единой таблицы, доступной взору любого, кто заходит в университет, не существовало. А здесь — пожалуйста, висело внизу. Из него я узнал, что магистр Э. Бьер сейчас ведет практическое занятие по анатомии у всего потока первого курса в третьей аудитории, а потом у него час личных занятий с «группой Смерти». Что означало, фактически, час его работы личным репетитором с двумя местными студентами и, может, помощь еще парочке из «понаехавших», чьим наставникам недосуг с ними заниматься.

Третья аудитория оказалась тут же, рядом, на первом этаже. Заглянув в щель, я увидел Элсина в небольшом — человек на тридцать-сорок, сейчас наполовину пустом — анатомическом театре, рядом с сидящим на стуле умертвием. У умертвия была вскрыта грудная клетка, что его, разумеется, никак не беспокоило, и Элсин длинной металлической указкой касался конкретных деталей. Слушателей было человек двадцать, причем большая часть в обычной «простолюдинской» одежде (не бедняцкой, естественно, довольно богатой), лишь трое или четверо в жизнюковском белом и ни одного — в черном.

Я не стал стучаться или скрестись в дверь, только тихо сказал: «Элсин, нужно тебя на пару слов, довольно срочно».

Усовершенствованный слух моего учителя точно это уловит через едва заметную щель!

И правда, уже через несколько секунд Элсин сказал:

— Даю вам паузу это зарисовать. А мне нужно на несколько минут отлучиться.

После этих слов он вышел ко мне в коридор.

— Кто? — тут же спросил он.

— Олла, жива, — коротко ответил я. — Но едва-едва ее вытащил.

Элсин ощутимо выдохнул.

— Рассказывай.

Мой рассказ уложился даже меньше, чем в минуту или две. Элсин кивнул.

— Да уж, ясно, отчего от тебя разит алкоголем и лица на тебе нет.

Это он преувеличивает: с одного фужерчика коньяка особого запаха быть не может, да и лицо я уже взял под контроль. Просто усиленный нюх — и знает меня Элсин очень хорошо.

— Но я рад, что вы закончили этот странный танец, — продолжал мой учитель. — Игнис за вас волновалась.

— Ты знал! — я скривился. — Блин, ну конечно, ты знал! Потому что Игнис знала, да? Про Оллу. И Ройга наверняка знала. Один я как всегда!

— Еще Тея, — мягко напомнил мне Элсин. — И мы, как ты понимаешь, не хотели лезть в такое деликатное дело.

— Ладно, об этом еще успеем, — прервал его я. — Мне нужен твой совет в другой области.

— О да, с гаремом я тебе точно не советчик! — усмехнулся мой учитель. — Я и за одной-то женой еле поспеваю — это при том, что я некромант, а она нет!

— За Игнис не всякий успеет, да, — кивнул я. — Так вот, я не знаю, спалился я или нет. Вроде, нет, раз по мою душу пока никто не нагрянул…

— Скорее всего, повезло. А то и ко мне бы уже кто-то явился — либо Агрим, либо Карсен. Либо даже оба. Но, в принципе, как только ты встретишь Агрима, так сразу и поймешь, знает он или нет.

— Как это?

— Если знает — он отвесит тебе минимум поясной поклон.

Я фыркнул.

— Ты, вроде, не кланялся, когда узнал.

— В том состоянии для меня это было несколько затруднительно!

Ну да, точно.

— Так вот, мой тебе совет, — сказал Элсин, — не пытайся ничего разузнать, не пытайся ни с чем разобраться. И уж тем более не пытайся найти того палача и сжечь…

— Ты меня за идиота считаешь? — перебил я.

— Нет, за человека, у которого только что чуть не погибла любимая женщина. Считай, по себе сужу. Я бы… — он поморщился, — мог не удержаться.

Я кивнул, признавая его правоту. Но я, как ни странно, не чувствовал ненависти к тому палачу — только гадливость. Старый биоробот, что с него взять? Человек-инструкция. В моменте я действительно мог бы его сжечь, сейчас, по прошествии времени… нет, тоже мог бы — если бы он мне еще чего-нибудь сказал в лицо веселое про Оллу. Но запланированно его прикончить, да еще с нарушением своего инкогнито, если оно все-таки устояло? Нет.

— В общем, не возвращайся к порталу за заказом. Потом заберешь, ничего с ним не случится. Иди на Полигон.

— Почему на Полигон?

— Потому что там наше рабочее место. Некромант, у которого творится в жизни что-то непонятное, отправится туда, где он знает, что делать. Характерная особенность немертвой психики, даже в живом теле. Проверь наших экспериментальных кроликов, журнал заполни… В общем, веди себя так, как повел бы типичный ученик некроманта. И — давай придумаем, что ты будешь врать, когда тебя спросят, как именно ты вылечил Оллу.

— Давай, — согласился я. — Смотри, что я планирую сказать…

Элсин выслушал мою версию, одобрил, но внес пару мелких поправок.

И очень хорошо, что мы так подготовились — потому что именно на Полигоне меня и застал Агрим.