Шэрон Ли закатала левый рукав лабораторного халата выше локтя. Пальцы дрогнули, когда шприц коснулся кожи на руке. Она закрыла глаза и сделала глубокий вдох.

Я не делаю ничего плохого. Бюрократы из университета и FDA[1] просто пытаются взять нас измором. Коллегиальная экспертиза, преподавательская экспертиза, финансовая экспертиза, этическая экспертиза. Почему просто не дать нам спокойно работать? Они же знают, что это безопасно. У них уже есть все нужные данные.

Она выдохнула и попыталась успокоиться. Когда Шэрон открыла свои серо-голубые глаза, то почувствовала, что готова. Полна решимости. Тонкая вена едва виднелась под кожей, но она сможет нащупать ее острием иглы.

Годы, проведенные за поиском хвостовых вен у крыс, принесли свои плоды.

Шэрон представила, что ее рука – это большой чешуйчатый хвост. Из горла вырвался короткий, нервный смешок, едва не переросший в истерический приступ смеха.

Ладно, соберись уже и действуй.

Она сделала еще один неторопливый вдох. Тишину ярко освещенной лаборатории нарушал лишь мягкий гул оборудования. Шэрон слышала собственное дыхание. Последний из ее аспирантов ушел пару часов назад, а уборщики придут не раньше двух часов ночи. Еще целый час в запасе.

Она примостилась на краешке стула у самого дальнего от двери стола, где ее было бы сложно разглядеть сквозь окна в коридоре. Лабораторное оборудование весьма кстати заслоняло ее, если кто-то случайно пройдет мимо.

Перед ней рядом со штативом лежала пустая пластиковая пробирка с открытой откидной крышечкой. ДННД 3.2-003 – последняя версия, которая должна принести им настоящий успех.

Я что, рехнулась? – в сотый раз спросила себя Шэрон. – Или мне просто не хватает терпения?

Она понимала риски, как никто другой. В конце концов, это ее изобретение.

Четыре долгих года они ходили вокруг да около, но теперь пришло время для настоящего эксперимента – на человеке.

Она прижала иголку к коже под небольшим углом, чтобы не промахнуться мимо вены. От давления образовалась маленькая ямка.

Дверь в лабораторию резко распахнулась, загрохотало жестяное ведро на колесиках.

Шэрон подскочила и вскрикнула от неожиданности. Игла уколола руку, выступила бусинка крови.

– Ой, простите, – отозвался на ее крик уборщик.

Он заметил в глубине комнаты краешек белого халата, едва видный за столами и оборудованием.

– Я думал, все уже ушли домой.

– Ничего страшного. – Шэрон зажала пальцем ранку. – Но я пока занята. Можете зайти минут через десять?

Уборщик вытянул шею, чтобы получше разглядеть собеседницу. Судя по голосу, это доктор Ли, но точно не поймешь. Ох уж эти ученые. Он уставился на швабру и ведро, безуспешно пытаясь придумать вескую причину не менять свой распорядок.

– Конечно, я могу сначала убраться у доктора Стросса.

– Спасибо. Я скоро закончу.

Уборщик взял швабру и выкатил ведро обратно в коридор, гремя сильнее обычного. Дверь за ним мягко закрылась.

Шэрон снова глубоко вдохнула. Затем смочила ватку спиртом и стерла каплю крови. И наконец, сжав губы, воткнула иголку в вену. Немного жгло, но не так сильно, как она ожидала.

Ни пуха ни пера.

Она ввела содержимое шприца, вытащила иголку и прижала чистую ватку к месту укола. Дело сделано.