- Добрый день - я села на стул, перед большим столом за которым сидел Дирк Полярк, после его приглашающего жеста.

- И так, обрин кан [1], моя помощница сказала, что вы из Каны и у вас проблемы с памятью.

- Да, все верно, арабин. В ночь, когда начался пожар, я проснулась и от ужаса побежала в лес, несколько дней там бродила, пока не вышла к деревне. И когда я попыталась рассказать о себе, поняла, что в моей голове все так путается, что я даже своего имени вспомнить не могу.

- Кто вас отправил в Лицу?

- Я вышла к деревне Акан и там со мной говорил староста – Доран Хром. Он мне и рассказал о том, что всех моих односельчан, оставшихся в живых привезли в Лицу и вы, арабин, помогли им устроиться на новом месте, – если честно, я уже сама верила той истории, что говорила. С каждым разом, как я ее повторяла, она становилась все правдоподобнее и правдоподобнее. По крайней мере мне самой в нее верилось все больше, тем более свою ложь я красиво смешивала с правдой, которая со мной произошла.

- Да, было у меня такое распоряжение – Дирк Полярк покрутил перстень на широком пальце – Хороших мест уже нет, я все распределил, но думаю что-нибудь я сумею вам подобрать. Чем вы занимались в Кане?

Его вопрос поставил меня в тупик, пока я лихорадочно пыталась придумать, что же я умею делать, что бы это могло сойти за работу, арабин поднялся со своего кресла и достал из шкафа большой фолиант и перебив мои мысли продолжил.

- Это перепись населения наших земель. Я попробую найти вас в списках.

Мужчина начал листать страницы, вчитываясь в мелкий рукописный текст.

Мое сердце замерло, сейчас либо он подтвердит мои слова, найдя меня в списках или кого-то похожего на меня, или моя версия с треском лопнет. Мне казалось, что время тянется непростительно медленно. Вот Дирк Полярк остановился на одной из страниц, водит пальцем по строкам, внимательно изучая текст.

- Думаю, я вас нашел – мужчина поднял взгляд от книги – Лика Милз, дочь столяра Леона Милза. К сожалению, Леон погиб на пожаре, других родственников не указанно. Ни где не училась, в качестве рода деятельности указанно, что помогала отцу следить за хозяйством.

Я едва сдержала вздох облегчения, я смогла стать жительницей Каны, да еще и повезло, что живой родни у меня нет. Мне было жаль, погибшего мужчину, но при упоминании его имени не всплыл никакой образ, и я никак не могла его принять своим отцом. Так же и мое имя не вызвало внутри меня никакого отклика. Сплошная пустота в памяти и душе, относительно прошлого.

- Спасибо, арабин – я постаралась придать своему голосу нотки печали – Я так надеялась, что найду живых родственников. Начинаю догадываться, почему моя память меня покинула.

- Не печалься Лика, к лучшему, что ты многое из прошлого забыла. Так тебе будет проще начать новую жизнь здесь – в Лице. Тем более я знаю место, где ты сможешь жить и работать. – Дирк улыбнувшись озарившей его мысли, захлопнул книгу, пододвинул к себе лист бумаги и перо. – Как раз сегодня утром приходил кан[2] Гумрак, он держит трактир у въезда в город. Скажу честно, место злачное, из посетителей там военные со стены – сама понимаешь, военные – народ грубый. Вот и не хочет никто у него работать, а дочка его одна не справляется. Гумрак с радостью примет тебя на работу, да, платит он немного, но даст комнату для сна. К тому же разносить еду не сложно, ты справишься. Может и приглянешься кому из военных и устроишь свою жизнь.

Арабин писал, покачивая своей шевелюрой в такт своим словам, а я мысленно сползала со стула от каждого нового слова.

Разносить еду в трактире, нет, не так. Разносить еду в злачном трактире. Лика, нужно привыкать к своему имени, Лика, а что ты хотела. Необразованная девчонка из деревни, без родственников, которые могут за тебя вступиться. Какую работу ты ждала? Эх, ладно, зато и сразу вопрос с жильем будет решен. И деньги появятся, может быть этот кан Гумрак приятный мужчина, кто-то же должен и для солдат готовить. Тем более его собственная дочка там работает, как сказал Полярк. Начну с этого, а я там и попробую наладить свою жизнь, разобраться со своей памятью, да с горсткой камней в сумке.

В целом, к моменту, когда арабин дописал письмо, я успела пройти стадии от ужаса, до принятия ситуации и уже с улыбкой, с искренней улыбкой взяла протянутый мне конверт.

Засовывая конверт в сумку, я нашла еще один момент для радости, на плотной желтоватой бумаге, крупными, округлыми буквами было написано: «Кан Гумрак, от арабина Полярка».

Я с легкостью прочитала эту фразу и внутренне ликовала. Умею я читать, умею. Значит не такая уж я, необразованная неумеха.

С улыбкой я вышла из кабинета главы города, спустилась на первый этаж, где девушка подсказала, как мне быстрее пройти к трактиру и вышла на улицу.

Летнее солнце скользнуло по лицу, приятно грея кожу. Я почувствовала такое облегчение, словно огромный груз, тянувший меня к земле, я оставила там, за дверьми Сената. У меня есть имя, есть стройный рассказ о прошлом, есть место работы, с которого я могу начать свою новую жизнь.

Вдохнув полной грудью, поудобнее перевесив сумку на плече я двинулась вдоль рыночной площади, к ближайшему переулку. Как мне сказали, к таверне можно пройти практически напрямую через город, идя по узкой, темной улочке. На ней не было никаких торговых лавок, красивых вывесок и особняков. Каменные дома стояли вплотную друг к другу, часто между домами мне встречались натянутые веревки с весящим на них бельем, металлические баки с мусором, лужи с какими-то грязными и маслянистыми разводами. Пару раз я видела крыс, перебегающих мне дорогу.

Вот так вот, выглядит Лица с непарадной стороны, думала я перепрыгивая через островки грязи, чтобы не испачкать обувь и платье. Центральная улица была совсем другой, как и площадь. Видимо это район для бедняков, таких как я. Однако уже минут через двадцать я вышла на перекресток с более широкой улицей, из-за домов, которой была видна городская стена.

Так, таверна должна быть где-то здесь, я в нерешительности остановилась и стала крутить головой по сторонам. И буквально через пару домов я увидела таверну. Это было двухэтажное здание из серого камня, мутными, грязными окнами, с деревянной верандой и криво висящей вывеской.

Дверь была приоткрыта, и я поспешила войти внутрь.

Никакого освещения, кроме света из грязных окон, не было. Не смотря на яркое солнце на улице, внутри был полумрак. Посетителей не было, кроме пары мужчин, сидящих у столика рядом с окном, которые на меня не обратили никакого внимания. Зато в глубине помещения, я увидела мужчину за барной стойкой, протирающего кружки.

Мужчина был высок, широкоплеч и чернобород. И смотрел он прямо на меня. Я помялась на месте и собравшись с духом направилась прямо к нему, на ходу вытаскивая письмо из сумки.

- Добрый день – поздоровалась я, кладя письмо на барную стойку перед мужчиной – Арабин Дирк Полярк сказал мне, что я могу найти здесь работу и написал кану Гумраку письмо.

- Добрый день обрин кан – мужчина широко и дружелюбно улыбнулся, отставляя кружку в сторону – Захария Гумрак – это я.

- Лика Милз – я улыбнулась в ответ и стала ждать, пока мужчина прочитает письмо от главы города.

- Правда хочешь у меня работать – спросил Захария, после того как закончил.

- Я буду рада любой работе. Арабин в письме, наверно, написал, что у меня не простая ситуация, но вы не подумайте, я готова к любой работе. Мне очень нужна деньги и место где жить.

- Да, жаль твоего отца – Захария пригладил рукой бороду – У меня самого дочка твоих лет, не представляю, как бы она осталась одна. Не переживай, работа не сложная, но посетителей у нас много. Люди военные, часто ведут себя... хм, не подобающе, но я слежу, что бы моих работниц не обижали. Комната твоя будет на первом этаже, за кухней. С учетом жилья и еды буду платить тебя 20 медных монет в месяц. Все устраивает тебя?

- Конечно, конечно!! – поспешила я согласиться.

- Что ж, тогда можешь пока отдохнуть в комнате или погулять. Твоя работа начнется вечером, там и познакомлю с дочкой – Софи. Она поможет тебе освоиться.

Захария был так добр, что выдал мне авансом 10 медных монет, что бы я могла купить себе вещи, так как понял по моей скромной сумке, что из одежды у меня только то, что на мне. Сегодня я не рискнула отправиться на поиски лавки с вещами и решила просто отдохнуть перед моей первой рабочей сменой.

Комнатка оказалась на самом деле маленькой и узкой, вдоль стены стояла кровать, в ее изголовье небольшая тумба для вещей, да табурет у окна, прикрытого желтоватым тюлем, выходящего во двор. Зато подоконник был такой широкий, что его можно было использовать как стол. Вот и все убранство.

За стеной слышались звуки кухни и доносился приятный аромат, готовящейся еды. Я присела на кровать, оказавшуюся очень жесткой, мне показалось, словно я села на скамью. Вот он мой новый дом.

Захария показался мне добрым человеком, скоро я и с его семьей познакомлюсь. С дочкой Софи будем работать вместе в зале, а его жена – готовит на кухне.

Я вновь достала из сумки большой черный кристалл и он, уже привычно, стал греться у меня в руках придавая мне уверенности и спокойствия.

Что ж Лика Милз, а жизнь без памяти может оказаться интересным приключением. Не знаю, как я жила раньше, но за два не полных дня моей новой жизни со мной произошло столько разных событий, что в голове не укладывается. И никакие события прошлого не тяготят и не держат меня. Я свободна и открыта к новым приключениям.

Я лежала на твердой кровати, перекатывая в руках кристалл, думая о прошедших событиях, когда услышала, что в таверне прибавляется шума и голосов. Кажется, мне пора выходить на работу. Хоть Захария и сказал, что Софи зайдет за мной, чтобы познакомиться и ввести в курс дела, я решила не ждать ее. Не хочу показаться ленивой работницей. Тем более я еще не знаю, насколько хорошо я буду справляться, так что придется брать инициативой и трудолюбием.

Я встала с кровати, отряхнула платье, разглаживая складки, глубоко вздохнула и борясь с волнением вышла в коридор. Темный коридор я преодолела буквально в пару шагов и оказалась за барной стойкой рядом с каном, который уже разливал темный напиток по большим глиняным кружкам.

- О, Лика – воскликнул он – А ты вовремя, Софи еще не спустилась. Отнеси пока эти кружки вот тем двум мужчинам.

Захария поставил кружки на поднос и указал мне на компанию мужчин в военной форме за дальним столом.

- Позову дочку, сегодня ожидается наплыв посетителей.

Я хотела спросить почему будет много людей, но не успела, Гумрак быстро скрылся в темном коридоре, а я пошла с подносом к нашим гостям.

[1] Обрин кан – вежливое обращение к женщине не имеющей дворянского титула

[2] Кан – вежливое обращение к мужчине, не имеющем дворянского титула