Глава 19

Вещей у Господина Такэда оказалось не так уж много и вообще — самый минимум, который положен любому джентльмену, скажем так — дорожный набор. Два десятка наборов одежды для ношения во дворце, как и полагается наместнику из его краев — темно-зеленого цвета, десяток походных платьев, дорожный набор для игры в шоги, набор для игры в кости, набор для игры в маджонг, два десятка свитков, пару сундуков с обувью, два комплекта доспехов, один совсем древний, к которому так замечательно подошел бы пресловутый боевой пояс и один — современный, с широкими пластинами наплечников, скрепленных шелковыми шнурами и сходящимися на спине, когда поднимаешь руки. Два огромных сундука с каким-то барахлом, пятнадцать больших кувшинов с особым сакэ на «ивовых почках», который гнали только у него в провинции и только у старика Масы, кто бы это ни был. Большое бронзовое зеркало, отполированное до такой крайности что было ничуть не хуже стеклянного, это зеркало мой жених тут же преподнес Соно-химэ, в качестве подарка. Провинциал провинциалом, а знает к кому подмаслиться…

Химэ зеркальцу обрадовалась и тут же принялась им баловаться, солнечные зайчики пускать по внутреннему двору, играть с Тамой, которая сперва начала притворяться что ей это интересно и несколько раз даже прыгнула на убегающее пятно света, но быстро охладела к этой забаве, легла на циновку и принялась вылизывать свой трехцветный бок.

Среди многочисленных сундуков Господина Такэда оказалась и контрабанда — его личный лук-юми и две сотни самых разных стрел. И лук, и стрелы на мой личный взгляд были как для великанов сделаны — огромные. Лук больше меня в высоту, едва ли не на три головы, а стрелы — каждая мне до груди достает, прямо маленькое копье или дротик. Стрелы и луки тут делают по индивидуальным меркам, но все равно — большие. Во дворец оружие проносить нельзя, но на это как правило глаза закрывают, тем более что входящих аристократов и их имущество тут никто обыскивать не собирается. Исходя из этого у меня закралось смутное подозрение что в день «Д» и час «Ч» я буду пренеприятно удивлена тем, что у всех тут оружие на самом деле есть, просто они его с собой не носят. Получается, что запрет на оружие в Императорском Дворце это скорее запрет на его открытое ношение, ибо пронести мимо стражи и у себя дома хоть целый арсенал хранить можно. В свете этой информации два десятка головорезок-товарок Бай Лин совсем как-то бледно стали смотреться… или их задача больше отвлекать внимание? Или наоборот — привлекать его?

Господину Такэда я сразу сказала, что ему никакие уточки-мандаринки и тучки с дождиком не светят, что брак у нас фиктивный и что на его поместье далеко на юге я не претендую, пусть его жена спокойна будет. Господин Такэда ответил, что про такие вещи за столом не говорят и что я — весьма игривая и кокетливая молодая особа, раз так открыто обо всем этом разговариваю, впрочем, он наслышан о моих скандальных стихах и не ожидал ничего меньшего от Первой Похабницы Киото.

Я аж чаем подавилась. Оказывается, мои стихи теперь не только во дворце читают, но и за его пределами, как там — «прокатилась дурная слава, что похабник я и скандалист». Осталось только пальцы в рот и высокохудожественный свист изобразить, потому как потеря действительно смешная, не было у меня тут репутации, а тут сразу дурная. Радость-то какая. И глазки у жениха моего подозрительно блестят, масляные такие две точки, бррр… не, не, не, Аяко-тян молодая еще, нечего мне тут… наверное еще и девственница. Точно девственница.

Господин Такэда сказал, что девственность — штука поправимая и больно только в первый раз, а он, Господин Такэда — человек опытный, так что можно не переживать… а масло у вас тут имеется? Любое подойдет. И зырк так по сторонам. Тут уж я не выдержала и сказала прямо что если он ко мне руки свои будет тянуть, то ноги протянет, потому как у меня разгон от нуля до заточенной железки в пузо очень короткий, за две секунды разгоняюсь. Вот проснется уважаемый Господин Такэда, а голова в тумбочке. Очень неприятно выйдет.

Соно-химэ аж в ладошки захлопала, сказала, что так замечательно что мы с ним поладили и вообще совет да любовь и милые бранятся только тешатся. Я сказала что ночевать пусть остается, раз уж приперся, но в гостевой комнате, а у меня своя есть, рядом с химэ, мало ли что случится, тут оказывается любой дурак может комплект доспехов и лук с двумя сотнями стрел через стражу протащить, а у нас в павильоне всего-то защиты — двадцать боевых танцовщиц и среди них всего парочка Яшмовых Мастеров Меча, что бы это ни значило.

Господин Такэда оживился и предложил показать, как он из лука умеет стрелять и сказал Куро и Кицу установить мишени. Куро и Кицу — это двое его слуг, один высокий и худой, другой, наоборот, низенький и толстенький, оба в темных нарядах, со стороны похожие на Дон Кихота и Санчо Панса, я их сперва за носильщиков приняла. Эти двое поставили мишени, Сора принесла нам нагретого сакэ, которое любезно подарил нашему павильону мой жених «на ивовых почках и сладком древесном соке», Господин Такэда развязал узел на одном из своих колчанов и продемонстрировал стрелы.

Стрельба из японского лука-юми — это такой же процесс, как и стихи писать кистью для каллиграфии на рисовой бумаге — дело хлопотное и требующее подготовки и со стороны выглядящее как священнодействие. Сам лук — уже композитный, из нескольких слоев дерева и бамбука, склеенный рыбьим клеем и обтянутый ротанговой веревкой, рукоять в нижней части, получается две трети лука — наверху и одна треть — внизу. Самураи — это прежде всего конные лучники, оказывается, а вовсе не мечом махать. И сражения, и дуэли тут происходят так — скачут два молодца друг навстречу другу и пуляют друг в друга из луков пока стрелы не закончатся, а они заканчиваются. Как и в Европе в конечном счете рыцари сражались друг с другом, так и тут — самурайский доспех как правило выдерживал выстрел из лука-юми, так что такая дуэль — это скорее спорт, чем кровавое сражение. А вот те, кто без доспехов — дохли сразу же, стрелы тут с меня ростом… или это я мелкая?

И, кстати, если хочешь воинской славы, то будь добр перед тем как убить — поинтересуйся кто перед тобой, что за славный воин и какие победы он одержал и кому родственником приходится, так что если все же одолеешь и скажем голову притащишь — сможешь сказать что это сам знаменитый Исо Сугокумацу, Черный Самурай Востока, одолевший сто человек в битве у озера Бива, дядька тому-то и тому-то, отец того-то и сын того-то. Вот тогда честь тебе и хвала, а если просто голову притащишь, без истории — тю на тебя. Голов вокруг вона сколько, бери мечи руби, как капусту. Человеческая жизнь в эту эпоху ничего не значит… так что все эти церемонные представления перед боем очень даже имели смысл. Те, кто воевал — воевали за славу и за земельные наделы, а награждали только тех, кто мог подтвердить свои подвиги и как минимум — хотя бы запомнить с кем бился и кого убил… и чем знатнее и достойнее убитый — тем круче награда. Таким образом убивать, не представившись и не спросив имени противника — это просто трата времени, как говорится «в зачет не идет». А задаром из лука стрелять и мечом махать дураков нет.

Тем временем Господин Такэда скинул с левого плеча рукав одеяния, показав белую кожу и вскинул лук. Как на мой взгляд так руки у моего жениха были скорее жилистыми, чем мускулистыми, но лук он держал уверенно. Впрочем, сила натяжения у юми не такая большая как у композитных луков степняков или английского лонгбоу, раза в два меньше может быть, потому и вскидывает свои белы рученьки Господин Жених аки лебедь белая. Изящно так, раз и стрела уже в мишени. Метко стреляет, чертяка, впрочем, это ж в спокойной обстановке, твердо стоя на земле, да и мишень едва ли в десяти метрах. Но все равно — метко стреляет, свой лук-юми держит уверенно, привычно, стрелы в колчане достает, не сводя взгляда с мишени…

— Соно-химэ! Сан-сама! — склоняется в поклоне одна из Белых Кушаков Бай Лин. — К вам гости!

Опять, думаю я, да что за день такой? Не павильон у нас а проходной двор, все туда-сюда шастают… и кого там нелегкая принесла?

Нелегкая принесла Ичи, которая поклонилась химэ и Господину Такэда, отвела меня в сторонку и сказала, что смотрины трех принцесс Лорда То состоятся сегодня же вечером и чтобы я была начеку, потому что события всякие могут начаться. И что гвардейцев во дворце стало в два раза больше, уже даже не сотня, а сотни две-три, наверное. Войска Госпожи Севера, вдовы Минамото Ёсицуне, Кино-но Като Тамако — уже подошли к столице и расквартировались в пригороде, в город их не пускает городская стража, но если уж северяне решат вдруг все же пройти нахрапом, то это их не остановит. И даже не задержит. Я киваю. Воины Севера, самураи клана Минамото — настоящие бойцы, а не бумажные тигры, в отличие от всех остальных. Единственные кто на протяжении двухсот лет постоянно воюет с эмису — айнами. А воевать с айнами на севере это вам не дуэльные схватки на лошадях с другими аристократами устраивать и не крестьянские бунты подавлять. В чем разница? Дуэли — это чисто спорт, там и смерти не так часто случаются, здесь еще не прошла кровавая эпоха Сингоку Дзидай, здесь пока еще не вошло в модус операнди обязательное сэппуку, здесь пока можно и в плен сдаться, ожидая выкупа. Подавление крестьянских восстаний и вовсе мероприятие из разряда увеселительных, что могут сделать необученные и плохо вооруженные крестьяне против самурая в полном доспехе? Правильно, послужить мишенью для его стрел и смазкой для его меча. А вот айны — дело другое, там и в спину пырнуть могут и ночью напасть и все что угодно.

Выводы? Выводы лежат на поверхности, и они мне не нравятся. Дворец полон поэтов, чиновников, лизоблюдов, сплетников и любовников, тут вкушают изысканные блюда, пьют лучшие вина, любуются закатами и цветеньем сакуры, наслаждаются игрой на биве и пением соловья, перемывают косточки, отмечая кто к кому прошлой ночью в спальню пролез и как поутру — уходил по утренней росе… и никто из них не умеет даже меч в руках толком держать. Армии в государстве нет — после того как Континент отказался от мысли завоевать Острова, прошлый император распустил ее своим указом. И правда, зачем нужна армия, если никто тебя не воюет? На Континенте, если я правильно понимаю исторический отрезок — своих дел полно. Там в самом разгаре Эпоха Пяти Династий и Десяти Царств, период кровопролитной гражданской войны всех против всех, династии сменяли друг друга, императоров убивали, появлялись новые царства, никому не было дела до Островной Империи на востоке. А подавлением крестьянских мятежей пусть наместники занимаются, местные даймё, даром что ли они там приставлены?

И после двухсот лет относительного покоя единственными, кто знал с какой стороны за меч взяться — остались воины рода Минамото. Просто, потому что они вели постоянные войны на севере. Если войска Госпожи Севера действительно войдут в столицу… что им смогут противопоставить все эти поэты и чиновники? Городская стража, которые обычно имеют дело с мелкими воришками и нарушителями спокойствия? Или та же Императорская Гвардия, состоящая из детей мажоров, красующихся в доспехах и шелках? И кстати, Гвардия в этом случае будет не на нашей стороне, это детище Лорда То.

С другой стороны — Тайра. Если Минамото единственные во всей стране, кто умеет воевать на суше, то Тайра — единственные кто умеет воевать на воде. Торговый флот Тайра — не совсем торговый, скорее универсальный, такие уж времена. Неспокойные. На каждом судне есть люди, которые умеют владеть и луком, и коротким абордажным топориком. И конечно же — мечом. Морская пехота Тайра — вот противовес самураям Минамото.

Во всей этой заваривающей и начинающей дурно пахнуть каше, наше с химэ место с краю… было. Сейчас мы вынужденно занимаем позицию на стороне старой Императрицы Рэнки, на стороне консерваторов. Раньше я считала, что Рэнка хочет лишь сохранить статус кво, остаться у власти еще на пару лет… но конечно же я просчиталась. Кому нужна парочка лет, когда можно решить все проблемы одним махом? Рэнка — за реставрацию. Она желает восстановить былую абсолютную власть Императора, ну конечно же. Сейчас Император — лишь марионетка в руках Фудзивара, они говорят ему что делать, а он — исполняет. Формально это он во главе, но лишь формально. Своих денег у него нет, бюджетом распоряжается Министр Правой Руки, конечно же выходец из Фудзивара, Лорд Ходзуми. Армии своей нет, а Императорской Гвардией командует Лорд Токихиро, младший из тройки братьев Фудзивара. Прочими делами занимается Лорд Такаюки, отец того самого наглого Такаюки, что меня в беседку привел, скотина такая… в общем куда не кинь — везде клин.

Фудзивара как зыбучие пески — окутывают Императора, не давая ему править. Ирония судьбы в том, что сама Императрица Рэнка — из Фудзивара, она родная сестра Лорда Мичитаки, Лорда Ёримичи и Лорда Токихиры. Однако она не желает спокойно остаться в стороне и стать частью истории, уйдя в отставку и выбрав себе монастырь. Однако ей нужны были союзники и она привлекла Госпожу Кагую, вернее — род Тайра. Минамото слишком тесно связаны с Фудзивара… а единственные кто может противостоять им — это юго-восточные соседи. Она пока еще не понимает, что если у нее все получится и Фудзивара с Минамото будут отстранены от власти, то к власти придут Тайра. Для того чтобы править самостоятельно — нужны собственные ресурсы… а их у нее нет. Какая разница в том, кто именно будет дергать за ниточки — Фудзивара или Тайра?

— Сан-сан! Ты меня не слушаешь! — возмущается Ичи и я возвращаюсь в реальный мир из своих мыслей, моргаю и смотрю на нее. Ичи смотрит на меня, нахмурившись и я невольно улыбаюсь тому, какой она может быть неожиданно миленькой, когда сердится.

— Чего ты улыбаешься? — она сдвигает брови к переносице еще сильней. — Что тут смешного? Вас сегодня в гости пригласят… с ночевкой.

— В гости? С ночевкой?

— Да. Всем своим кагалом пойдете. — распоряжается Ичи. Именно распоряжается и меня не обманывает то, что по статусу она — всего лишь служанка, а я — Старшая Фрейлина, а Соно-химэ и вовсе принцесса. Ичи именно командует — пойдете все вместе. Значит…

— Поняла. — киваю я. — Если позовут — пойдем все вместе. В павильоне оставлю лишь Сору и Идзуми. И… тут у нас гость еще. Такэда-сан и его слуги. Так что если нас позовут в гости…

— Когда позовут. — уточняет Ичи. — Ждите. Смотрины днем, в гости — вечером. Оденься… подобающе. Возьми свой меч. Говорят, ты умеешь им пользоваться, Первая Похабница Киото.

— В этом дворце слишком много слухов…

— Еще немного и в плане репутации ты сравнишься с Господином Да Рен, Сан-сан. Но меч все равно возьми. К сожалению, Господина Такэда с собой взять тебе нельзя, на женскую половину покоев Императрицы мужчинам путь заказан…