Возвращался через часа два в прикольном состоянии. Нет, никакого секаса не было, просто попили кофейку, пообщались на её родном, а моём ломаном английском — и всё. Я, надеюсь, достаточно понятно обозначил свои намерения в её отношении, не в смысле уволочь в кусты, а жить долго и счастливо и умереть в один день. Телефон не дала, а вот адрес на прощание написала. Сама в кусты со мной наперевес не ринулась, но и меня в них не послала и не бросила. На прощание обняла и поцеловала в щёчку — так что не шел — летел, и жизнь казалась прекрасной и удивительной. В «Рогаче» уже сидел хмурый Мишка — Нина отказалась «всё бросить» и уезжать с ним наобум в даль светлую, но три месяца ожидания пообещала. В общем, ничего никуда кидать и не надо было — клинья просто окружали, не прячась. Не сговариваясь, попросили водки. И особенно не нажрались, но спать расходились тёпленькими.

Проснулся в 6 утра, умылся-оделся, стукнулся через дверь к Мишке — он уже тоже встал. Решили не размазывать всё по чему попало, а грузиться, завтракать и ехать. Затолкав в «мечту оккупанта» всё, до чего руки дотянулись, попёр в машину. Бросив на заднее сиденье, пошёл за остатним. Уже вместе с Мишкой и Прухой «в переноске» ввалились в бар. Арам, похоже, плотно сидел на игрищах — глаза красные, встрёпанный какой-то. Покормив нас и выпив с нами кофе, пошёл проводить. Обнялись, он «на дорожку» сунул пакет со словами «проголодаетесь в дороге — пригодится» и карточку мотеля «Арарат» в Порто-Франко — там его брат хозяйствует и скидка будет. Ещё раз обнялись, я закинул Пруху назад, сам за руль, Мишка — на сиденье рядом, и поехали.

«Эх, дороги, пыль да туман…». Тумана, правда, не было, пыли тоже не очень, но неприятности, скажем прямо, витали и кружили. Нет, жопа не бегала с сиреной наперевес, даже не орала — так, тянула заунывно на грани слышимости «Чёрный ворон», что означало, что есть что-то, но неявно. Голова не орала оптимистично песни и не восторгалась пейзажем. Мишка супился, обдумывая своё, я тоже не играл в Малахова. Потихоньку появлялись намётки маршрута. Путей — навалом, все четыре стороны, но… Из узнанного от Арама и Мишки, картина рисовалась не то что бы ясная, но хоть какая-то конкретика появилась. Порто-Франко — Орден, Евросоюз, Американская конфедерация и два наших — Московский и Российской Армии — протектората, причём второй граничил с местной Чечнёй. На север — Китай, на юг — какая-то Дагомея. Мчаться сразу в Москву местную, обливаясь слезами умиления, как-то не климатило, к Российской Армии я тоже не тяготел, присягнув Советскому Союзу и не горя желанием присягать кому-то ещё. Так что для начала надо добираться до Порто-Франко и Саркиса и повыведать о раскладах местных.

За этими размышлениями проехали базу «Северная Америка», показалось местное море. Красиво. Много тёплой солёной воды всегда радовало. Взобравшись на очередной холм, на склоне следующего метрах в шестистах увидел стоящую машину и крохотных людей возле неё. «Чёрный ворон» прервался внятным «что-то будет, чуется мне..», Мишка, передёрнув затвор, быстро заговорил: «значит так, будут останавливать — притормаживай, начну стрелять — бей по тормозам, вываливайся с Дедом и принимай участие — про этих пидарасов (слово не указывает сексуальную ориентацию, а характеризует образ жизни, привычки, да вообще объект и отношение говорящего к нему) говорили на инструктаже — дорожной полицией представляются, которой здесь в помине нет! Понял?» Я кивнул, во рту стало сухо и неприятно. Жопа тут же доложила, что на вахте (набралась терминов от Деда, гадина!) и готова биться за живучесть до разрыва. Дед бормотнул что-то типа «Не ссы», голова предложила идти на таран. Мысль понравилась, довёл её до Мишки. Тот кивнул только.

За всеми этими переговорами уже и подъехали. Один стоял посреди дороги, двое — у машины, здоровенного «американца» белого цвета с работающим маячком на крыше слева над водителем. «Регулировщик» поднял жезл, я включил мигалку, придавил педаль тормоза, перекинул рычаг КПП на «вторую», сцепление не отпускаю — и дальше всё пошло какой-то рванью, фрагментами. Мишкин крик «Они!!», одновременно с криком — очереди его АКМСа, я, бросая сцепление, одновременно топча газ и выворачивая руль влево, рывок Штирлица — о, вот и имечко нашлось! — взмяв, переходящий в вой, Прухи, стук какого-то мешка с дерьмом спереди в бампер и решётку радиатора, тормоз в пол, дверь нараспашку, кубарем наружу с Дедом в правой руке, «танец белого мотылька» — ай, плечо, ёп! колено, ничего в пыли не видать — а уже всё! «Приплыли, Джексон!» — Мишка с автоматом у плеча подкрадывается с двум телам, Штирлиц враскоряку с открытыми дверями поперёк дороги, Деда аж трясёт в вопле «Кому, твари!» и я рядом со сбитым. Жопа довольно доложила, что угроза утечки миновала — а я уже хвалился завтраком и, похоже, вчерашним ужином. Кто там у Стругацких орал: «Ах, какой я впечатлительный!»? Это про меня!

Мишка подошёл, сунул флягу, произнёс что-то успокоительное вроде «привыкнешь, фигня всё». Да не хочу я привыкать, не Мазур я, который Кирилл Батькович, и не Звёздный Рейнджер! Суки-экспериментаторы! Дайте что-нибудь другое, не нравится мне здесь! Хоть и тепло!

Мишка сунул другую флягу. Приник к горлышку, на третьем или четвёртом глотке понял — не вода ни фига… И как-то спокойно стало, и закурить захотелось… И присесть… И присел. Прям рядом с «роялем придавленным» и бывшим ассортиментом бара «Рогач». И не волновал ни вид жертвы Штирлица, ни запах и вид ассортимента. Только подвывания Прухи беспокоили, поэтому особо не стал рассиживаться, подошёл и пообщался успокаивающе с ней. И сам успокоился, и она мявкать перестала.

Миша тоже времени не терял, причастился из второй фляжки и по глоточку цедил из первой. На вопрос «Что делать?» обстоятельно просветил — собрать трофеи, то есть всё очень и не очень ценное, а можно и малоценное прихватить, если надо, сфоткать трупы и на уже двух машинах двигать в Порто-Франко, там доложиться Орденским представителям, получить денюшки за «головы» и жить дальше. Предложенное воплощать стали минут через пять — не убегут, поди. Подойдя к своему «крестнику», кроме брезгливости и нежелания шарить по трупу не ощутил ничего, но — сам косил, сам и сгребай. В процессе обуяла какая-то жадность, что ли — даже ботинки прихватил и жезл на память. Нашлось немного — кобура с пистолетом и тремя магазинами в подсумке, бумажник слегка заляпанный, пачка сигарет полупустая с зажигалкой, ну и ботинки с жезлом. Всё, кроме ботинок и жезла, бросил на пол Мишке в ноги, ботинки и жезл — в кургузый кузов Штирлица, и подошёл к Мишке. Он уже заканчивал со вторым, сваливая всё на заднее сиденье «обновки» — линкольновского «Навигатора». Кожа и дерево, «салон — свинина, полный фарш» — это мы удачно зашли… Мы… Мишке я должен памятник из золота в натуральную величину — не он, тормознул бы я возле вурдалаков этих и слёг бы до второго пришествия, если оно здесь состоится … Вот упыри — то … Захотелось пару раз по своемУ взад — вперёд прокатиться, а потом Мишкиных подтащить — и по ним, чтоб не обижались на отсутствие внимания…

Разбор трофеев решили отложить «на потом, когда сварится», только айдишки из бумажников псевдогаишных вытащили, чтобы на въезде предъявить, если вопросы появятся, да это «трио бандуристов» на планшет сфоткал, подтащив своего к Мишкиным. Первый — второй — третий и групповое фото — и, никуда не торопясь, я — впереди, Мишка — сзади, двинулись.

Через часа два явилась первая цель нашего путешествия — блокпост на въезде в первый местный город Порто-Франко. Дали прокатать свои карточки, я, подумав, достал и бандитские. Позвали старшего, который, после краткого разъяснения, поднапрягся, попросил машины убрать в сторонку и подойти потом к нему, а сам начал вызванивать кого-то. Отогнав машины с дороги метров на 15, я, налив в миску водички, поставил её Прухе в контейнер, а Мишка контролировал, чтоб эта «мисс Самостоятельность» не ушла «в пампасы». Вернулись на пост, зашли внутрь — и почти сразу скрип тормозов, хлопки дверей и появились двое военных, довольных с виду. Недолгая игра в вопросы — ответы, я сгонял за планшетом и жезлом — «как знал, что понадобится!», предъявление улик, пожатие рук — и мы свободны. Получив карту города, попросили нарисовать маршрут до «Арарата» — нарисовали, напомнили, чтоб не забыли заехать в банк за «королевичами» — вознаграждение это по-аглицки — и впустили в черту города. Недолгая поездка — и вот он «Арарат». В голове — сплошное «уррряяяя!», жопа же, верная себе, подсунула карикатуру Меринова: толпа людей с флагами и транспарантами, прибитая к земле исполинская дверная ручка и подпись «ДОШЛИ!»