Следуя за Карелом в сторону городской тюрьмы, я мысленно костерил сородича. Что б ему Триада и все темные приспешники во сне явились! Ферко нужен был мне живым! Я выстроил отличный план, который помог бы мне получить в городе адекватную репутацию (та последнее время с пугающим постоянством сползала в какое-то категорическое непотребство). А этот остроухий ублюдок все испортил!

И ведь от оборотня крадушу не было никакого толка — только напрасный перевод наркотика и сил, поскольку душа Ферко для ритуала не годилась. Из этого я делал единственный вывод: сородич, разгадав мой план, специально подгадил. Нет, я, конечно, сам его определенным образом подставил. У него тут давно все было выстроено и продумано, а я, убив Дебро и Кестежу и даже не подумав замаскировать ритуал, сломал налаженную систему. Но зачем так сразу по больному бить? Мог бы и сообразить, что мне экстренно требовалось пополнить запасы, и я просто не заглянул в архив и не почитал новости за последние двадцать пять лет. Да кто бы вообще до такого додумался?! Мог бы сородич и закрыть глаза на случившееся. Так, намекнуть в более мягкой форме, что он не рад мне, я бы понял и ушел в тень.

Но нет, второй крадуш решил не размениваться по мелочам.

Только он слегка просчитался, если надеялся, что я подожму уши и затаюсь. Попросил бы вежливо — без проблем. А на такой резкий выпад я собирался дать не менее жесткий ответ.

Хотя, конечно, «собирался» — громкое заявление. Если про меня в городе уже знала каждая собака, то личность моего собрата оставалась тайной за семью печатями. И нужно подключить фантазию, чтобы придумать, как причинить ему такие же неудобства, какие мне доставила смерть Ферко.

Единственное, что охлаждало мой пыл — скорое прибытие погони. Конечно, другой крадуш не пойдет к ним жаловаться на мое плохое поведение. Сдается мне, что сородичи с удовольствием прихватят в Первоземье и его голову. Так сказать, для комплекта.

Меня безумно интриговала личность второго эльфа и его мотивы, из-за которых он оказался настолько далеко от родины.

— Ты подозрительно молчалив... — заметил Карел, приняв мое злобное пыхтение на свой счет.

— Я мысленно пинаю труп убийцы Вальтера, — честно признался. — Триада с другими жертвами, их ни капли не жаль. Но за Ферко этот ублюдок ответит! И пусть только кто-то пикнет, что оборотня убили по моему заказу — горячие головы полетят с плеч, не дождавшись твоей смерти.

Карел, притормозив, смерил меня одобрительным взглядом. Приступ эльфийской кровожадности, очевидно, прекрасно ложился в его видение будущего со мной в роли опекуна Дуэйна.

— Увы, Кериэль, с пинками вряд ли получится. Ритуалы — а убийства выглядят именно как ритуальные жертвоприношения — выходят за пределы юрисдикции города. Ими уже заинтересовались в конгрегациях, и не исключено, что в скором времени расследовать дело прибудет кто-то из столицы лично от императора и папы.

Я хитро посмотрел на Карела из-под натянутого капюшона.

Такой поворот меня более чем устроит.

— Карел, я не против правосудия. Убийцу все равно казнят. А потом, надеюсь, мне позволят разок пнуть его тело, чтобы выразить негодование по поводу кончины Ферко.

— Думаю, такую просьбу суд удовлетворит, хоть и посчитает в должной степени странной, — улыбнулся в ответ Карел и тихо вздохнул. — Ты еще не согласен пощадить меня? Мы можем зайти к тюремному целителю.

— Вот еще — тратить драгоценное время! — непреклонно возразил я. — Хочу сразу же заняться поиском улик!

— Даже не сомневался, — притворно огорчился Карел и тут же усмехнулся, — но спросить все-таки стоило. Я как раз узнал про обустройство лаборатории, даже взял контакты гномьих мастеров, которые готовы приступить к работе хоть завтра. А еще в центре недавно открылась потрясающая кондитерская. Все знакомые в восторге, говорят, что там делают лучший в городе шоколад и потрясающий кахве. Я собирался предложить на днях зайти к ним, посидеть за бокалом красного полусладкого... но ты со сломанным носом и разбитыми губами, наверное, никакой радости от этого не почувствуешь.

Я замер на месте, пораженно смотря на лорда Киара.

— Ты меня шантажируешь?! — Даже не знаю, что позабавило меня больше: сам факт шантажа или то, что в качестве аргумента Карел использовал кондитерскую.

— А получается? — Киар попытался придать себе невозмутимый вид.

— Невероятно, но да. Обед за твой счет. Веди к целителю. — Я, не удержавшись, расхохотался на всю улицу.

Карел поддержал меня коротким смешком.

— Разумеется, за мой. Если хочешь, я могу и работу гномов оплатить.

Я уже открыл было рот, чтобы вежливо отказаться, но призадумался, и Карел, воспользовавшись моментом, привел несколько доводов:

— Денег у Бенайлов столько, что на десяток поколений хватило бы... если бы у князей, конечно, были наследники. А ты, я знаю, сейчас не в той ситуации, чтобы разбрасываться средствами.

И именно поэтому на значительную часть золотых монет, вырученных от продажи заколки, я оплатил аренду чердака для служителя Освина. Что поделать? Логика — не мой конек.

— Я бы вообще передал тебе управление родом, если бы придумал, как это юридически провернуть. Ни усыновить тебя, ни побрататься не получится, — продолжил Киар.

В сложной законодательной системе людей можно было играючи сломать мозги — сплошная казуистика. Поэтому я поверил Карелу на слово. Похоже, он уже самостоятельно продумывал этот момент. Я, признаться, был не уверен, что жажду породниться с лордом Мертвецом даже на бумаге, а уж тем более — смешивать кровь для братания, поэтому в ответ только пожал плечами. Нет, Киар, конечно, оказал мне значительную поддержку, дал надежду на нормальную жизнь, и общаться с ним было интересно, но это не значило, что я тут же записал его в лучшие друзья и мечтал, что когда-нибудь мы станем одной семьей.

— Ты точно хочешь лабораторию именно в борделе? — Карел чуть замедлил шаг, чтобы мы успели закрыть тему до прихода в тюрьму. — При желании можно купить дом и обустроить его целиком и полностью под тебя.

— Именно, — согласился я, — при желании. А желания-то как раз у меня нет. Тем более, если ты говоришь, что проживание в «Женском доме» не сильно портит мне репутацию...

— Понял, вернусь к этой теме позже, — легко согласился Карел.

И я, не удержавшись, съязвил в ответ:

— Не раньше, чем мы обсудим продление твоей жизни.

Киар сделал вид, что последнее предложение не расслышал. И, как выяснилось, мы пришли.

Городская тюрьма, если не учитывать наглухо зарешеченные окна и серьезную магическую защиту, производила впечатление бюрократической конторы. Она располагалась на небольшой площади с овальным фонтаном в центре и подпиралась более крупными и пафосными домами — никаких высоких заборов или предупреждающих надписей.

— Здесь никто не задерживается. Городское отделение мы используем для предварительных арестов, — пояснил Карел, — предел пребывания здесь для подозреваемых или обвиняемых — неделя-полторы. Если следствию или защите нужно дополнительное время, заключенного переводят за город в менее гостеприимное место для обеспечения безопасности мирных жителей. Одновременно в тюрьме содержатся не больше двадцати людей... или нелюдей. Обеспечить контроль за таким количеством заключенных стража в состоянии без дополнительных мер.

Я уважительно присвистнул, вспомнив, на что походили городские тюрьмы, которые видел в Старом Cвете. Местный подход мне нравился гораздо больше.

— За магов отвечают маги, для преступников с колдовскими способностями у нас существует свое заведение. За драконов — драконы, с учетом специфики их превращения есть требования к содержанию преступников. Опыт показывает, что чем грамотнее проведена граница между группами заключенных и чем быстрее выделены особенности каждой из них, тем проще и удобнее контролировать преступников в дальнейшем.

— Согласен! — с энтузиазмом поддержал я. — Умение правильно классифицировать — очень нужная вещь!

Интересно, что бы Карел придумал для эльфийских крадушей?

На входе нас встретил уже знакомый стражник-вампир. Как-то не везет ему... Или, наоборот, караулить места подобных преступлений — почетно? Надо уже имя его узнать, а то так часто пересекаемся, что даже неприлично.

— Доброй ночи, лорд Киар! Приветствую, лорд Квэлле! — Стражник поклонился и распахнул перед нами дверь тюрьмы.

Я плотнее надвинул капюшон и попытался быстрее протиснуться за Карелом внутрь здания, но вампирский нюх легко учуял кровь.

— Лорд Квэлле, у вас все в порядке? — тихо уточнил юноша, напряженно покосившись на Карела.

— Небольшое недоразумение. — Я изобразил пренебрежительный тон, мол, подумаешь, лицо разбито, пустяки! — Сейчас лорд Киар проводит меня к целителю, и к расследованию я приступлю полностью здоровым.

— Да, конечно, извините за мое неуместное любопытство. — Вампир опустил взгляд и поспешил закрыть дверь. Я даже не успел сказать спасибо за проявленное участие.

— Прости, — покаялся, раздумывая, светит ли мне еще поход в новую кондитерскую в компании лорда Киара или придется ее разыскивать самостоятельно, — я совершенно забыл, что у вас в страже вампиры служат! Мог бы и сам, между прочим, сообразить! В Старом Свете за ними так-то охотятся!

Киар кивнул на темный коридор, уходящий направо.

— Кайл не болтливый, все нормально. Свои соображения он оставит при себе. За это его в отделе ценят и любят, несмотря на то, что в остальном более бестолкового сотрудника еще поискать. Нам с тобой до конца коридора, там каморка дежурного целителя.

— А Ферко содержали в другом месте? — уточнил я, двигаясь настолько мягко и тихо, будто выполняю задание, поступившее лично от Владычицы.

— Соседнее крыло, — шепотом подтвердил Карел. — Высокая кровь — отдельно, простонародье — отдельно. Быстро приведем тебя в порядок, и никто ничего не узнает.

Киар, первым добравшись до конца коридора, несколько раз стукнул в деревянную дверь с небольшой табличкой, из щели между полом и створкой сочился желтый свет.

— Да, минуту... — раздался подозрительно знакомый голос, и не успел я вспомнить, где его слышал, дверь открыл господин Эдер.

Триединый, в городе вообще есть другие целители?! Почему мне так не везет!

Я поспешил отступить в тень, как позади Эдера раздалось еще более знакомое:

— Киар? Тебя ждут в камере Ферко, что ты здесь забыл?

Теперь попытку к отступлению предпринял и Карел, но, увы, Хариц, подошедший к двери следом за Эдером, успел заметить нас обоих.

— Лорд Квэлле? Что с вами? Что происходит?

Как это что? Происходит экстренное включение фантазии и придумывание правдоподобной истории, как именно я обзавелся разбитой физиономией. Желательно без упоминания борделя.

— Добрый вечер, господин Хариц, — попытка улыбнуться разбитыми губами ушла в молоко, — я сегодня неудачно гулял у портовых складов. Из-за недавнего инцидента мой резерв вычерпан, поэтому я не смог излечиться. Лорд Киар предложил навестить дежурного целителя.

Вроде получилось складно.

Во всяком случае, Карел с готовностью все подтвердил и ненавязчиво подтолкнул меня в кабинет, мол, раз уж попали, смысл вести разговоры в коридоре.

— Садитесь, лорд Квэлле. — Эдер предложил мне стул.

Я снял капюшон, чтобы показать поле деятельности, и устроился у небольшого стола, на котором стояли две чашки с горячим чаем, вазочка с печеньем, конфетами и пузатый чайник. Очевидно, господа расположились со всем удобством побеседовать, а наш с Карелом визит испортил им планы.

И мне заодно.

Даже лабораторию было не так жаль, как кондитерскую! Вряд ли после такого фиаско Карел меня туда сводит. Придется искать самостоятельно.

— Ух, ваша светлость! — Эдер, рассмотрев мою опухшую физиономию, покачал головой. — Склады были настроены к вам весьма враждебно! Ничего, сейчас приведем все в надлежащий вид.

Хариц с Карелом встали чуть поодаль, чтобы не мешать работе, каморка и без того была крошечной. Четверым мужчинам разойтись, не мешая друг другу, оказалось не так-то просто. Плюс ко всему по правой стене стояли два стеллажа с целительными зельями и порошками, еще я заметил коробку с многоразовыми шприцами и запакованные рулоны стерильных бинтов — о состоянии заключенных заботились. Я вспомнил антисанитарию, царившую в городах Старого Света, где мне довелось жить.

Наблюдать за человеческой целительской магией было любопытно. Для начала господин Эдер достал из кармана белого халата крупный аметист и провел у меня перед лицом, считывая показатели амулета. И только после этого, использовав накопитель, он ловко сплел малое кольцо исцеления, направив мне на нос, губы и правую скулу, на которой, судя по ощущениям, уже расплылся огромный синяк.

Я сразу ощутил, как зудящая боль отступила, а организм, получив порцию магии, принялся бодро убирать повреждения. Слоило признать, что дело свое господин Эдер знал превосходно. Просто помочь Дафне он бы своим небольшим даром точно не смог и очень вовремя отступил. Я, признаться, после короткой встречи в доме Кестежу вспоминал о целителе с некоторым напряжением — а ну как он все-таки узнал меня? Но теперь Карел и так был в курсе места моего обитания, а Эдер не проявил никакого излишнего интереса, и я отбросил все неприятные мысли об этом человеке и даже проникся небольшой симпатией.

— Вот так, лорд Квэлле, — улыбнулся Эдер, — несколько минут, и от недоразумения, случившегося у складов, не останется и следа.

Он ловко подкинул в ладони аметист и, не успел я среагировать, как господин Эдер провел амулетом от моей шеи ниже, к груди.

— Нет! — Я панически отшатнулся и упал со стула, смахнув со столешницы крайнюю чашку.

Горячий чай пролился мне на колени и на халат Эдера, жалобно звякнул фарфор, повстречавшись с полом. Я же, подумав, что целитель считал показания амулета, от ужаса едва не забился под стол. Но Эдер, обескураженный поведением пациента, выронил аметист, рассеяв уже выпущенную магию.

Карел и Хариц дернулись ко мне, не понимая, что происходит, и замерли. Спасибо Триединому, в каморке они просто не смогли действовать одновременно — им бы пришлось затоптать Эдера.

— Кериэль, что не так?! — В голосе Карела послышалась нешуточная тревога.

— Ваша светлость... — позвал господин Эдер, — я же хотел проверить, нет ли у вас других повреждений, которые также необходимо исцелить!

— Простите, — промямлил я, не зная, как объяснить свой поступок, — я не понял...

Выбравшись из-под стола, я затравленно огляделся.

— Я забылся! Все в порядке, больше ничего не болит. Спасибо за помощь! И извините за чашку, я оплачу, только скажите сколько...

— Да будет вам, лорд Квэлле... — жалобно пробормотал господин Эдер, наклонившись за амулетом и поспешно убрав его в карман халата.

Хариц молча буравил меня взглядом, и в глубине темных глаз мелькал недобрый огонек.

— Карел, пойдем, пожалуйста, — тихо попросил я, и растерянный Киар, кивнув, послушно вышел за мной в коридор.

Только когда мы прокрались мимо камер и вышли обратно к центральному входу, Киар проявил любопытство:

— Кериэль, может, объяснишься? Это выглядело, мягко сказать, странно.

Я понурил голову.

— Мне очень неудобно. — Минута передышки позволила перетрясти мысли, и я, вспомнив, что Карел чувствует ложь, совсем загрустил. — Не могу сказать тебе правду, а если совру — ты сразу поймешь.

Странно, как в этот момент мне в макушку не ударила молния. Но удивительный факт — почему-то мое заявление не рассердило лорда Киара. Кажется, даже решив, что я работаю в борделе, он и то разозлился сильнее, чем сейчас.

— Моя способность распознавать ложь не работает постоянно, — неожиданно признался Карел, — требуется прикладывать усилия, чтобы ее активировать. И после разговора в ресторане о причине, по которой ты покинул Первоземье, я ни разу не проверял тебя, Кериэль.

Единственное, чего мне сейчас хотелось — провалиться под землю. Куда-нибудь очень глубоко, сразу к Триаде. Значит, все это время мне так запросто доверяли? Не уверен, что заслуживаю этого. Ведь я не могу раскрыться в ответ и рассказать правду.

Карел помолчал немного, видимо, ожидая каких-то слов от меня, но я угрюмо смотрел себе под ноги, и он вздохнул.

— Хорошо, допустим, мы просто забудем про случившееся. Но ты хоть понимаешь, как это выглядело со стороны?

Я перестал виновато разглядывать пол и поднял на Карела недоумевающий взгляд. О чем это он? Человек же не мог догадаться?

— Не совсем...

Карел выразительно хмыкнул:

— Все выглядело так, что у тебя остались такие повреждения, о которых посторонним знать нежелательно. И мне страшно, куда господина Харица и господина Эдера заведет коллективная фантазия.

Мое недоумение возросло в геометрической прогрессии.

— Это какие, например? — Я потер поджившую переносицу. — Разбитый локоть? Тоже мне тайна!

— Ох, Кериэль! — Смешок у Карела получился нервным и натянутым. — Как же много ты еще не знаешь о жизни!

Вообще-то, я знаю многое! Просто некоторые аспекты жизни проходят мимо.

На самом деле мне было все равно, куда господ заведет воображение, главное, чтобы за придумыванием неких мифических повреждений, которые я скрыл, Эдер и Хариц как можно дальше удалились от истины.

Всегда боялся слабых целителей. Сильным, таким, как Мерджим Алмос и те, что проверяли мое состояние во дворце наместника, достаточно запустить диагностирующий импульс — и тут же поступит ответ, все ли с пациентом хорошо. Магия, к счастью, имеет свои понятия о порядке и норме. Для нее отсутствие души не является чем-то важным. А вот амулеты, которыми пользуются лекари с небольшим даром, делаются людьми и для людей, и в эти камни забиты точные параметры. При диагностике они покажут, что у меня нет души.

Несколько минут назад я чудом избежал раскрытия самой важной тайны моего народа.