Спустившись к торговой площади, я немного походил у касс и пирсов и послушал, что говорят люди. Корабль из Старого Света ожидали со дня на день, и никаких сообщений о внештатных ситуациях на амулет-передатчик начальнику порта не поступало. Со вчерашнего вечера океан немного штормило, но по сравнению с настоящими бурями — это был детский лепет. Хороший корабль с опытной командой на такую непогоду даже внимания не обратит.

А жаль... было бы славно узнать, что судно сгинуло в пучине, и никто не спасся.

Стоило мне только подумать об этом, как я умудрился поскользнуться на ровном месте и едва не упал на камни мостовой.

— Триада!

В последний момент я сгруппировался и все-таки устоял на ногах. Но намек мироздания на тему «добрых» пожеланий в адрес ни в чем не виноватой команды и других пассажиров я понял. Дал себе мысленный подзатыльник и перепожелал кораблю успешно прибыть в порт. С погоней, смилостивится Триединый, как-нибудь сам разберусь. И даже без помощи Карела!

Я присел на бортик знакомого фонтана и попытался высмотреть в толпе кого-нибудь из беспризорников. Мне хотелось получить подтверждение, что Лука не отлынивает от своего задания и честно отслеживает прибывающие в город корабли. Как назло, к полудню площадь почти опустела, все попрятались от дневной жары. Я покосился на покрасневшую кожу рук — еще немного, и точно обгорю. Хорошо, соломенная панама отлично спасала от солнечных ударов и бросала на лицо небольшую тень, иначе нос у меня точно бы облез. Я слышал, что сок алоэ хорошо справляется с этим. Нужно поискать по лавкам и попробовать на себе.

— Здрасте! — Ко мне подошла девочка лет четырех на вид. Ободранная, тощая, с двумя тоненькими косичками и О-образной деформацией ног, пока некритичной, но говорящей о том, что требуется вмешательство целителя. И беззубая улыбка тоже на это намекала.

— Привет, — осторожно поздоровался я в ответ.

— Лука сказал, что если в порт придет неправильный эльф, то эльфа нужно отвести к Луке, — сообщила девочка и, безбоязненно взяв меня за руку, потянула куда-то в сторону складов.

Странно. Солнечного света в городе хватает, так что с витамином «Д» не должно быть проблем. Какие еще могут быть причины у рахита? Проблемы с питанием? Самый очевидный вариант для ребенка с улицы. Патология во время беременности? С учетом, что мать девочки явно неблагополучная — не исключено. Также следовало проверить варианты с другими заболеваниями, к которым рахит шел в комплекте. В первую очередь убедиться, нет ли воспаления кишечника или проблем с почками.

Я уже раздумывал, как бы провести диагностику и вылечить девочку, как одернул себя. Сила мне сейчас пригодится для другого! Нужно ее экономить, пока не найду жертву, у которой можно без угрызений совести забрать душу.

Вот достану хотя бы лет двадцать-тридцать, вылечу всех, кого захочу.

— Как тебя зовут? — позвал я сосредоточенную малышку, которая тем временем провела меня мимо складов.

Это было странно, я ожидал, что именно здесь, где-нибудь в пустующих или заброшенных ангарах беспризорники организовали себе пристанище.

— Мия! — гордо представилась девочка.

А, значит, вот кого бросился спасать Дуэйн и чуть не погиб.

Мы свернули с мощеной набережной на белый песок, здесь линия океана делала поворот, и дальше начиналось нагромождение острых скал. Город огибал их как нечто бесполезное, поэтому вокруг образовался пустырь — ни домов, ни складов. Чуть дальше на плохой почве как-то умудрились вырасти несколько деревьев, опутав камни темными корнями и развесив длинные широкие ветви с продолговатыми листьями. Мия уверенно принялась карабкаться наверх, точно зная, за какие края можно цепляться и куда наступать. Я постарался в точности повторить ее движения, высота была небольшой, но острые грани скал вызывали опасения.

Оказалось, между гребнями скал, которые походили на окаменевшие позвоночники двух огромных чудовищ, образовался удобный спуск к океану. Почти сказочный пляж, если бы до него можно было добраться без риска для жизни. Еще дальше скалы поднимались вверх на сотню метров к старому маяку из белого камня и тремя выцветшими красными горизонтальными полосками.

На пляже нас встретил Лука.

— Маяк заброшен, — вместо приветствия сообщил беспризорник, заметив интерес к высокой башне, — пару столетий назад, говорят, когда маги еще не придумали все эти амулеты-помощники, он работал и ночами освещал бухту. А теперь у каждого корабля есть и навигатор, и собственное освещение. Так что мы решили, раз маяк никому не нужен — поселимся там. Он такой, ну...

Мальчишка задумался, пытаясь подобрать слова, и я подсказал:

— Будто дает надежду?

Лука смущенно отвел взгляд, но кивнул. Надежда в их случае была недопустимой роскошью, но детей сложно винить в слабости.

— Из маяка мы и заметили это место. Сначала оно показалось замечательным. — Подросток кивнул в сторону кромки воды, и только теперь я заметил, что беспризорники вовсе не купались в океане, как мне показалось. — Но на самом деле это ловушка — под водой много острых скал. Когда океан штормит — сюда часто выносит раненых дельфинов или черепах, которые напоролись на камни. Они оказываются в западне и погибают, если не помочь.

Десяток разновозрастных детей, скинув с себя поношенную одежду, пытались спасти двух дельфинов — их глубоко протащило по песку вперед. На боках у животных я заметил глубокие порезы. Дети суетились, подтаскивая дельфинов к воде. Несколько девочек обрабатывали раны.

Внутри что-то шевельнулось. Если бы я не был эльфом — сказал бы, что душа. Почему-то грязные голодные дети, которые должны были давным-давно озлобиться на весь свет и разделать дельфинов себе на ужин, оказались человечнее и сострадательнее множества своих благополучных сородичей.

К Триаде экономию!

— Сейчас помогу. — Я закатал штанины и рукава рубашки и направился к бедным животным, держащимся из последних сил.

Дети при виде меня шустро освободили место, но далеко не отходили, наоборот, с любопытством вытянули шеи, надеясь рассмотреть, как я буду колдовать. Наверное, я их даже разочаровал, магии у меня оставалось мало, поэтому обошелся без красивых эффектов вроде золотых искр или сине-белых отсветов вокруг ладоней. Просто и быстро срастил края ран и, приподняв туши над песком, — дельфины были до безобразия тяжелыми, а один из них оказался беременной самкой — я отлевитировал их подальше от берега и осторожно опустил в воду, выбрав место, где поменьше скал. Сейчас Атласный океан был спокоен, и, оклемавшись, дельфины за несколько минут выбрались из западни.

— Спасибо! — поблагодарил Лука, и остальные дети поддержали его радостными воплями. — Мия вовремя тебя нашла.

Так это было не специально?

— А что бы вы делали, если бы я сегодня не пришел в порт?

Лука неопределенно повел плечами.

— То же, что делали десятки раз прежде — пытались бы сами дотащить до воды. Не получилось бы — похоронили, чтобы не привлечь хищников. У пирсов и так несколько акул крутится. Говорят, уже сожрали пьяного матроса, который неудачно упал за ограждение. Пойдешь с нами? Или ты хотел только узнать про корабль?

Дети, разобрав свою одежду, бодро забирались по скалам к маяку.

— За портом присматривают двое ребят, — спокойно пояснил Лука, опередив мой вопрос. — Они мелкие совсем, но смышленые. Какие-то задания сложнее давать им еще рано, а просто запомнить все посудины, которые заходят в бухту, по силам. Пока все спокойно. Ждем корабль завтра, так что с утра сам схожу в порт и буду караулить. Я, кстати, не сказал спасибо за Дуэйна... лорд Мертвец в таких делах скор на расправу.

— Пожалуйста, — откликнулся я и следом за Лукой вкарабкался наверх.

Раз уж я решил забыть про экономию, вылечу Мию, пока есть возможность. Как там жизнь и судьба завтра повернется, никто не знает. Лучше сделаю доброе дело сейчас, пока есть возможность.

— Но мне кажется, ты несправедлив к лорду Киару. — Я замолчал, следя за дыханием и стараясь не запыхаться. Подъем к маяку потребовал гораздо больше сил, чем показалось мне сначала. И ведь наверняка к башне из города ведет простая и удобная дорога.

Лука обернулся и прищурился.

— А мне кажется, ты недостаточно его знаешь! То, что он слушает тебя — здорово. Как и то, что с твоим появлением Киар пытается выглядеть человеком. Это все в городе заметили. Но ты не застал, каким Мертвец был раньше. Могу рассказать, что сам видел. Шесть лет назад в гвардии несколько офицеров начали мутить воду. Мол, нехорошо, что власть в руках у куклы некроманта. Хочет охранять наместника — пусть таскается за ним круглосуточно, никто слова поперек не скажет, но принимать важные решения Мертвец не должен.

Мы добрались до верха, и я тут же оглянулся, любуясь городом с нового ракурса, — это было завораживающее зрелище. Разноцветные опрятные дома с черепичными крышами поднимались все выше и выше, пестрыми ярусами нависая над бухтой. А наверху в зелени садов прекрасной жемчужиной блистал дворец.

— За ночь Мертвец вырезал и офицеров, и их семьи, и даже ближайших друзей не пощадил, мол, все равно они разделяли взгляды виновных, — дрогнувшим голосом закончил Лука и опустил взгляд.

Мне хотелось продемонстрировать чудеса логики и спросить, кем беспризорник приходился кому-то из мятежных офицеров, но я не стал выпытывать правду. Если бы Лука хотел — сразу бы уточнил, что рассказывает свою историю. Стало понятно, откуда его задатки лидера и правильно поставленная речь, мальчик успел получить минимальное образование. Однако я все-таки нашелся, что возразить:

— А что Карелу, по-твоему, нужно было сделать? Погрозить офицерам пальцем? Провести серьезную беседу? Закрыть глаза? Гвардия — грозная сила. И эта сила должна беспрекословно подчиняться наместнику, иначе не избежать волнений и смуты. А отдать власть в чужие руки — значит подвергнуть жизнь Дуэйна неоправданному риску. Я могу понять лорда Киара.

Лука смотрел на меня так, будто это я шесть лет назад по указу Карела вырезал всю его семью.

— Ты его оправдываешь?! — Кажется, он хотел это прокричать, но голос дал петуха, и парень затих.

— Я говорю только о том, что у каждого своя правда. Карелу не за кого прятаться, не на кого опереться и рассчитывать в этой сложной ситуации. Все, что он может — на любой выпад отвечать быстро и настолько жестко, чтобы других желающих лезть на рожон не нашлось. Любая ошибка, и Карела затопчут.

— На! — К нам подбежала Мия и протянула мне крупную белую ракушку в бежевых разводах. — Приложи к уху.

Я знал, что на самом деле услышу не океан, а шум собственной крови, но послушно сделал, как велела малышка, чтобы не расстроить ее.

— Спасибо. — Я улыбнулся Мие. — Ты просто хотела, чтобы я послушал, или это подарок?

Девочка задумчиво подергала себя за косичку.

— Забирай, — разрешила она, — еще найду!

Я убрал ракушку в карман и, присев на корточки, протянул девчушке ладони.

— Пойдешь ко мне на ручки?

Мия покосила на Луку, будто спрашивая разрешения, и тот легко кивнул головой.

Когда девочка с радостным визгом поднялась над землей, беспризорник осторожно уточнил:

— Ты что-то задумал?

— Да, мне при контакте проще провести диагностику. Обычно я по крови смотрю, но не думаю, что такие методы сейчас уместны. — Я прикрыл глаза, покачивая малышку, как на качелях. — Так и думал! У нее сильное воспаление кишечника. Понимаю, что разносолов у вас не водится, но попробуй хотя бы месяц последить за питанием Мии. Видишь же, как ноги деформируются?

Лука недоверчиво моргнул.

— А это взаимосвязано?

Сначала я сосредоточился на очаге воспаления, а потом перенаправил остатки волшебства в костную структуру.

— Конечно. Вы, люди, очень хрупкие, у вас в организме все взаимосвязано. Ну как? Лучше?

Я поставил девчушку на землю, и та недоверчиво переступила с ноги на ногу, не понимая, почему делать шаги вдруг стало легко. Полностью убрать искривление не получилось, но теперь это выглядело не так страшно. У некоторых женщин и при абсолютном здоровье кривее бывают.

— Спасибо, неправильный эльф! — Мия, не дотянувшись выше, обняла меня за ногу и ускакала к остальным ребятам.

— Если у вас есть еще, кто срочно нуждается в целителе, я помогу. — Как там люди говорят? Сгорел сарай — гори и все остальное. На поиски жертвы у меня целая ночь будет.

— Есть несколько ребят, — оживился Лука, а после снова насупился, показав, что не готов так просто закрыть болезненную тему.

Я подумал, что окажись у меня больше времени, сил и, может, единомышленников — я бы тоже под корень уничтожил семьи, в которых появляются дети с даром забирать чужие души. Конечно, всегда есть риск исключения — например, среди Квэлле я первый «тиеф плунн куил феа». Но исключения на то и исключения, что случаются они нечасто.

Так что Карела я был готов оправдать по всем статьям. Особенно сейчас, когда глубже вник в то, насколько непростой была у него жизнь. Я и сам поступил бы на его месте так же. Но с Лукой ссориться не хотелось, поэтому немного смягчил свою позицию.

— Прости, я смотрю на ситуацию со стороны и как князь. Понимаю, что у тебя есть все причины ненавидеть лорда Киара, и больше не буду за него заступаться.

Думаю, Карел и без моего заступничества переживет ненависть со стороны беспризорника. Ему не привыкать. Все равно никакого вреда Лука причинить не сможет. Надо только пареньку обстоятельно объяснить, что лазить с наместниками по крышам чревато осложнениями разного рода.

— А, — мальчишка мотнул головой и дернул меня за рукав, мол, хватит рассматривать город, — ты понял, что я из этих семей?

Несложно догадаться.

— Я племянник одного из казненных офицеров, — буркнул Лука, — забился под кровать... рядом стояла люлька с младшим братом. Все думал, что сейчас наберусь храбрости, вылезу, схвачу Марка, убегу через окно. Но он громко плакал, а мне было так страшно...

Лука замолчал и, развернувшись и ссутулившись, быстрым шагом пошел к маяку. Я направился за ним. Слов, чтобы утешить мальчика, у меня не было.