Кухня встречает меня ароматом жареного мяса и только что испеченного хлеба. Здесь царит беспорядок, на полу валяются овощи, а грязная посуда расставлена на столах. Женщина среднего возраста в коричневой юбке и светлом фартуке суетится возле плиты.

Притаившись за мешками с мукой, я жду, когда она немного отойдёт в сторону, чтобы проскочить в комнату, где обедают посетители харчевни.

Пытаясь немного отвлечься, рассматриваю кухню. Помещения маленькое, и от разбросанных повсюду вещей оно кажется ещё меньше. То ли кухня в моём замке! С тех пор, как сэр Руперт стал главным поваром, там всегда чистота и порядок. От мыслей о доме становится не по себе. Справится ли Руперт с управлением замком в моё отсутствие? Как там мама? Недавно я получила от неё письмо, в котором она уверяет, что всё в порядке, но я по-прежнему волнуюсь.

— Эй, ты долго там ещё? — спрашивает недовольный мужской голос.

— Иду я, иду! — отвечает кухарка и, расставив кушанья на деревянном подносе, выходит из кухни.

Этого времени мне хватает, чтобы ползком переместиться ближе к выходу и спрятаться в углу за дверью.

Как же неудобно ползать в длинной юбке! Она вечно путается под ногами, того и гляди, что упадёшь!

Как только кухарка возвращается и начинает что-то жарить на огне, не забывая при этом осыпать ругательствами хозяина этого заведения, я выползаю из-за двери и на цыпочках выхожу в коридор. Он соединяет кухню с довольно просторным залом, а справа есть лестница, ведущая на второй этаж. Должно быть, там жильё хозяина и работников или же комнаты для отдыха постояльцев.

Слышу шаги. Из обеденного зала в сторону кухни идёт девушка с пустым подносом и кувшином в руках. Приходится притаиться на лестнице, к счастью, она плохо освещена, и меня не замечают. Откуда-то сверху доносится голос хозяина, он вновь кого-то отчитывает. Судя по обрывкам разговора, он недоволен тем, как убрали комнату.

Слегка поправив растрёпанные волосы, выхожу в зал. Обстановка довольно простая, крепкая мебель, большие деревянные столы.

Посетителей не так много. Пара, одетая довольно скромно, обедает за столиком возле маленького окошка. Соседний столик пуст. Возле выхода устроился Генри, у самой двери двое стражников, а ближе к кухне... Не могу поверить своим глазам! Сэр Уильям здесь. Из-за пазухи виднеется краешек пожелтевшего свитка. Карта! Я не ошиблась.

Но что делать дальше? Вот бы сообщить принцу... Но как? Если бы я была сейчас в современном мире, где прожила тринадцать лет, на помощь мне пришёл бы телефон, но здесь самый быстрый способ доставки сообщения — гонец с письмом. Придётся разбираться самой.

Какое главное оружие женщины? Очарование! Улыбаюсь, стараясь казаться невероятно милой.

— Милорд, хозяин просил узнать, не угодно ли вам ещё что-то?

— Угодно! Присядь-ка рядом! — отвечает сэр Уильям, и его липкий взгляд скользит по моей фигуре, дольше всего останавливаясь на шнуровке корсета и маленьком бантике, завязанном на широко распахнутом вороте рубахи.

Наверно, мой наряд произвёл на него должное впечатление...

— Как тебя зовут? — спрашивает он.

— Роуз. — отвечаю первое, что приходит в голову. Так меня звали там, где меня спрятала ведьма, пытавшаяся помешать исполниться пророчеству.

— Роуз... - произносит он нараспев. — Я тебя не видел раньше!

— Я новенькая! — отвечаю, стараясь сохранить спокойствие.

— Новенькая? Таких красавиц я ещё не видел в этих местах. Знаешь, Роуз, я очень устал после долгой дороги... Комната наверху свободна? Проводишь меня туда? — спрашивает он, положив на стол пять золотых монет.

— Там ещё убирают... - отвечаю тихо, будто застенчиво.

Заманить его наверх, притворившись девушкой не самых строгих принципов, было бы замечательной идеей. Стукнуть его по голове чем-нибудь тяжёлым, вроде того кувшина с вином, что стоит сейчас на столе, забрать карту, и никто ничего не видел... Подумали бы, что благородного господина ограбила какая-то девка с постоялого двора. Жаль, всё это неосуществимо!

Где-то на лестнице слышны шаги и голос хозяина. Каждая секунда приближает моё разоблачение. Стоит кому-то из здешних служащих увидеть моё лицо, и меня раскроют.

Кто-то идёт из кухни. Всё пропало! Действовать надо быстро.

— Милорд, позвольте кое-что вам сказать. — привстаю и пододвигаюсь поближе к нему.

Левой рукой сгребаю горсть монет, а правая притаилась под столом... Вместе с кинжалом.

— Твой голос я готов слушать вечно! — не сводя с меня взгляда, говорит он.

Будто обмякнув, он вольготно расселся за столом, а я наклоняюсь совсем близко.

— Отдайте карту, сэр Уильям, если вам жизнь дорога! — злобно шепчу я, приставив кинжал к его горлу.

Он вздрагивает, но не теряет самообладания, только глаза округляются.

— Стража! — успевает выкрикнуть он, пытаясь оттолкнуть меня и освободиться от захвата, но ничего не выходит, потому что я оказываюсь проворнее.

Генри вскакивает из-за стола, хватает огромную скамью и, подняв её в воздух, бьёт слуг, которые хотели было броситься на помощь господину. Те падают без чувств, но, услышав крики, с улицы врываются ещё трое их "коллег" из свиты предателя.

Женщина за соседним столиком взвизгивает и прячется за спиной своего спутника. В коридоре, ведущем из кухни, появляется хозяин, а за ним служанка и кухарка. Застыв как каменные изваяния, они смотрят на нас, не зная, что делать.

— Кто ты такая? И как ты меня нашла?! — рычит сэр Уильям.

— Розалинда Шэмрок. Думаю, вы слышали обо мне, милорд. — надеюсь, моя "слава" его припугнёт.

— Что тебе от меня нужно?!

— Я уже сказала, милорд. Карта! Отдайте её, и даю вам слово, вы сможете беспрепятственно покинуть это место, вас никто не будет преследовать. Мои люди окружили постоялый двор, это ваш единственный шанс спастись! — убираю кинжал и немного отступаю, давая тем самым понять, что перевес в силе на моей стороне.

— Я должен отдать карту вот так просто? — ухмыляется он. — Или этот щенок королевских кровей прислал тебя, чтобы ты со мной договорилась? Господину надоела его игрушка? Попользовался сам, дай другим, так?

Обида, гнев и отвращение захлёстывают меня. Замахиваюсь, чтобы влепить пощёчину этому наглецу, и тут же понимаю, что совершила роковую ошибку.

Я проворна и довольно сильна, но что я против мужчины на две головы выше меня, годами закалённого в боях?

Его рука мёртвой хваткой вцепляется в моё запястье, и прежде чем я успеваю опомниться, холодное лезвие уже касается моей шеи. Ноги путаются в пышном подоле юбки, и удар, благодаря которому я могла бы освободиться, не получается.

— Вздумала мне угрожать?! Правду говорят, ты ужасно вспыльчива! — смеётся он. — Питер, Джон! Выйдите на улицу! Посмотрите, есть ли там ещё кто-нибудь. Сдаётся мне, что кроме неё и этого медведя никого нет!

Как я могла так просто попасться? Позволила эмоциям взять верх, а он этого и ждал. Хуже всего, что и насчёт количества моих людей он прав. Во дворе только Мартин.