Через пару часов мы наконец-то добираемся до деревни Гриндейл. Ярко светит солнце, а в высоком чистом небе ни единого облачка. Зелень деревьев плещется в теплых лучах, отбрасывая полупрозрачные тени. Лес наполнен голосами птиц, которые словно знают о нашей маленькой победе. Марк возвращается домой, пусть и ненадолго.

Здесь нас встречают как настоящих героев. Ещё издали, заметив Марка, люди начинают радостно кричать и приветствовать нас. Мы смогли спасти их односельчанина, и теперь нас на руках готовы носить.

— Марк, сынок! — на встречу нам бросается мама спасённого. По её лицу струйками бегут слёзы. На этот раз это слёзы счастья.

Она обнимает сына, которого уже не надеялась увидеть, и продолжает плакать.

— Мама, со мной всё хорошо, я же здесь! Не плачь!

От этой сцены у меня душа разрывается на части, я жадно глотаю воздух, пытаясь успокоиться, а непослушные слезинки так и норовят вырваться на свободу, но я им не даю. Как бы мне сейчас хотелось броситься на шею моей маме, обнять её, рассказать о всех трудностях, которые пришлось пережить, и о том, чего удалось добиться...

Мне хочется просто вернуться домой и забыть весь этот кошмар. Проснуться в своей комнате и понять, что это был лишь страшный сон. Но я засыпаю и просыпаюсь, лежа на траве под сенью звёздного неба, а мой дом теперь — лес.

Такова реальность, от которой мне не убежать и не скрыться. Мне не на что жаловаться, я сама выбрала такой путь. У меня был шанс укрыться в безопасности в другом мире, но я от него отказалась. Сбежать, как последняя трусиха, я не могла.

И я не жалею об этом, потому что чувствую, что моё место здесь. Я смогу изменить это мир, как бы трудно это не было! Берегитесь все, кто попробует мне помешать!

Жители деревни хотят устроить праздник, и я сообщаю, что у меня для них ещё одна хорошая новость.

— Господин староста, вот! Это для вас! Вернее, для всей деревни. — ставлю на потёртый деревянный стол увесистый мешочек с монетами.

— Что это? Откуда? Госпожа, где вы взяли деньги? — в один голос спрашивают все, кто стоит рядом.

— Это ваши деньги, которые отобрал с помощью Пигбёрна наместник. Мы их лишь забрали и возвращаем тем, кто их заработал. — отвечаю я.

— Госпожа, вы ограбили сэра Поросёнка?

— Да, и это было очень весело! — отвечает за меня Уильям, высунувшись из-за моей спины.

Конечно, было весело! Особенно когда я в одиночку угрожала Поросячьему носу, а мои развесёлые друзья застряли где-то в кустах, ожидая, что я подам им условный знак. Интересно, как бы я это сделала, находясь на таком расстоянии?! Не всё прошло гладко, но главное — результат... А он сейчас звонкими монетами рассыпается по столу старосты. Этого хватит и на уплату налога осенью, и на мелкие расходы на нужды деревни.

— Госпожа, но ведь это противозаконно! — староста очень рад, но сильно переживает за нас.

— Да. Это правда. Мы теперь вне закона. Наместник никогда нам этого не простит. В его глазах мы ничем не лучше Одноглазого. Может, даже хуже. Но мне терять уже нечего! Как и Марку... Волей лорда наместника мы оба приговорены к пожизненному заключению. Он — в темнице, а я — в доме мужа. Пигбёрн узнал меня. Лиц остальных он рассмотреть не мог, но нам всё равно придётся скрываться. Могут заподозрить, что мне помогают люди из моей деревни.

— Как же всё сложно! — с горечью вздыхает староста.

— Такова жизнь! — совершенно спокойно отвечаю я.

Нас приглашают на обед, и мы с радостью соглашаемся. Нужно подкрепиться и набраться сил, ведь впереди ещё много испытаний.

Вечером жители деревни устраивают праздник с танцами вокруг костра. Жизнь вновь кажется такой простой и беззаботной...

Разливаются над лугом трели флейты, трещат ветки в костре, словно феерверк, высоко поднимаются ярко-красные искры. Я кружусь в танце, наслаждаясь свободой, будто за мной и не ведется охота. Мелькают вокруг разноцветные юбки, и только я одна отплясываю в брюках и сапогах. До чего же удобно, когда не путаешься ногами в широком подоле!

Усталая и очень счастливая, ложусь спать на лавке, застеленной соломой. Ещё один хороший день, ещё в одну деревню мы принесли радость. Даже раде этого стоило остаться в этом мире!

Встаём с первыми петухами и начинаем урок самообороны. Марк учит односельчан драться, хотя многие и так неплохо это умеют.

Смотровую вышку удаётся устроить на дереве, расположенном у ручья, оттуда достаточно хороший обзор. Чтобы не возиться с колоколом, как в прошлый раз используем котёл. Мартин едва успевает его укрепить, как вдруг раздаётся: "Бум! Бум!"

— Мартин, это же сигнал, что Пигберн идёт! Зачем ты нас запутываешь?! — кричит ему Джеймс, стоя под деревом.

— Вы не поняли? Сюда солдаты идут! Надо уходить! Скорее! — кричит с дерева Мартин и быстро спускается.

Хватаем свои нехитрые пожитки, бросаем на спины лошадей и в спешке покидаем деревню. Генри подхватывает Элисон на руки, чтобы она случайно не упала, как я в прошлый раз. В отличии от меня, она по-прежнему ходит в платье.

Марк едва успевает попрощаться с матерью.

— Береги себя, сынок! — кричит она ему вслед.

Я думаю только об одном: как бы передать весточку маме, сообщить, что у меня всё хорошо, я цела и невредима. Хотя на и так узнает. Уверена, слухи распространяются быстро. Скоро все будет знать, что Розалинда Шэмрок бросила вызов самому лорду-наместнику. Значит, обо мне услышит и мама... Одобрит ли она то, что я делаю? Такой ли она представляла жизнь своей дочери?

До следующей деревни путь не близкий, туда мы сможем добраться лишь завтра, даже если бегом побежим. Смысла торопиться нет, и как только уходим от Гриндейла достаточно далеко, останавливаемся на отдых, разводим костёр, чтобы перекусить, а после идём спокойным шагом.

В соседней деревушке мы впервые. Жители принимают нас доброжелательно, а узнав о "подарке", и вовсе начинают считать нас лучшими друзьями. Однако, где прячется банда Одноглазого, и тут подсказать не могут. Он невидимый что ли?!

Как и в прошлой деревне, обустраиваем наблюдательную вышку и вооружаем жителей. Справившись с задачей, собираемся уходить.

— Чем мы, можем отблагодарить вас? — спрашивает здешний староста.

Я обвожу взглядом деревню, пытаясь придумать, что же попросить в качестве благодарности. Люди живут небогато, разве я могу забрать то, что им самим очень нужно?!

Внезапно мои глаза цепляются за дом кузнеца, возле которого стоят хорошенькие новенькие котелки.

— Можно мы возьмём вон тот маленький котёл? — я о таком давно мечтала!

— Госпожа, нам для вас ничего не жалко! Берите, что хотите! — кузнец дарит мне мою мечту.

Теперь и суп, и чай, и даже зелье при необходимости можно сварить.

Начинает накрапывать мелкий дождь. Он ударяет по листам, будто давая нам сигнал, что пора уходить. Я набрасываю на голову капюшон и машу на прощание рукой. Нас провожают веселыми криками. Если мы решим сюда вернуться, нам будут рады.

Мы сворачиваем на узкую натоптанную дорожку и углубляемся в лес. Громко поют птицы, а дождь, словно аккомпанемент, в такт им шумит в кронах деревьев.

Одна дорога сменяется другой, холмы — непроходимым бурьяном, вслед за рекой приходит тоненький ручеёк. В странствиях (или же скитаниях) проходит больше трёх недель. Запасы еды мы периодически пополняем, жители деревень рады угостить нас хлебом и овощами. А рыбу и мясо можно добыть и в лесу. Так что мы не голодаем.

А вот мешочки с монетами все больше худеют. Нам остаётся посетить ещё две деревни, после чего можно будет вернуть в Уитфилд и немного отдохнуть. При условии, что там нет солдат, конечно.

Элисон по-прежнему с нами. Отправить её одну в Утфилд мы не можем, она не знает дорогу, а ослаблять отряд, отравив кого-то с ней, мы не можем. Особенно мне не хочется, чтобы ушёл Генри (пусть даже на время). К тому же она и сама не очень торопится в деревню, ведь в лесу, пока мы бродим туда-сюда, можно найти наткнуться на редкие травы, которые иной раз и специально не найдёшь. Поэтому возвращаться будем все вместе, как только раздадим остаток денег.

— Госпожа, смотрите! Кто это? — Элисон. показывает на шестерых оборванцев, которые скачут на конях по двое. Что-то знакомое...

— Это разбойники из шайки Одноглазого! Я видел вот тех двоих в нашей деревне! — с негодованием говорит Джеймс.

Наконец-то! Попались!