Увидев это, женщины в масках, только что забавлявшиеся «человечьими боями», затихли и замерли. Произошло непреднамеренное убийство. Без внимания такое не оставить. Нельзя просто сбежать и бросить все как есть. Но если полиция начнет расследование, о существовании тайного общества и его порочных забав станет известно, это отразится на их мужьях, которые превыше всего ценят свое положение в обществе и доброе имя, в итоге погублены будут они сами, их жены. Поэтому ни в коем случае нельзя, чтобы о них узнала полиция. Но здесь перед ними мертвый юноша. И если ничего не предпринять, можно столкнуться с ужасным обвинением в убийстве.

Весь десяток женщин в масках думал об этом и трепетал от страха так, что замирало сердце. Будь ситуация попроще, они бы уже твердили в слезах: «Что делать? Что же нам делать?», но теперь никто даже не подал голоса. Все впали в оцепенение и были на грани обморока. Даже вроде бы благоразумная супруга маркиза, госпожа Харуки, только и могла что нетвердой походкой вышагивать вокруг мертвеца, явно не в силах ничего придумать.

В этот момент женщина с латинской буквой Е на маске подошла к главе общества, некоторое время шепталась с ней, после чего супруга маркиза Харуки решительно кивнула и повернулась к остальным.

– Господа, поскольку было решено сейчас же позвать врача, прошу остаться здесь сегодняшнюю устроительницу, госпожу С, а остальным подняться наверх в гостиную. Да, и этого человека, – она указала на Сиро, – будьте добры взять наверх с собой. Идти в состоянии?

С таким видом, словно он смеялся и плакал одновременно, Сиро кивком выразил согласие.

– В таком случае оденьте его и дайте ему прилечь в спальне. В столовой наверняка есть в буфете какое-то питье, так что прошу дать ему попить. Вы ведь знаете, где спальня?

Одна из женщин в маске отозвалась: «Знаю» – и взяла юношу за руку. Толпа направились в коридор и к лестнице на первый этаж.

В подвале остались только глава общества, госпожа Харуки, устроительница сегодняшнего боя госпожа С и госпожа Е, ранее о чем-то шептавшаяся с главой. Госпоже Харуки было прекрасно известно, что госпожа С – это Ниномия Томоко, жена президента фармацевтической компании, а госпожа Е – еще не достигшая тридцатилетия Котохира Сакико, жена главы новой и быстро развивающейся внешнеторговой фирмы.

Госпожа Е, Котохира Сакико, склонилась над упавшим Куро, тщательно проверила его состояние, но безнадежно развела руками и сказала:

– Он действительно мертв. Голова разбита, дыхания нет, сердце полностью остановилось.

– То есть вы убеждены, что все напрасно? – отозвалась глава общества.

– У меня есть подобный опыт. Этого человека уже не оживит ни один врач, каким бы известным специалистом он ни был.

– Но разве вы не сказали мне только что очистить помещение, чтобы мы вызвали врача?

– И мы его вызовем. А потом объявим всем, что этот человек избежал смерти, и предложим им разойтись по домам. Иначе из такого множества народу, знающего секрет, кто-нибудь может и проболтаться. Разумеется, факт этой смерти мы скроем и от юноши, который был противником умершего. Пусть уходит со спокойным сердцем.

Глава тайного общества невольно склонила голову набок. Ее поразило, каким надежным человеком, сохраняющим присутствие духа, оказалась молодая красавица Котохира Сакико.

– В таком случае как же вы намерены поступить с трупом?

– Спрятать его. Сделать вид, будто сегодня ничего не произошло. В противном случае погибнут все, ведь так? Потому я и хочу спросить у госпожи устроительницы С, откуда она привезла этих людей. Из каких они кругов?

Удивившись живости расспросов госпожи Е, госпожа С, она же Ниномия Томоко, объяснила:

– Этого человека я нашла в Асакусе. Он ходил по барам, исполняя песни энка[9]. Разумеется, я с ним не знакома. Встретила его случайно, увидела, что он хорошо сложен и, видимо, силен, и решила рискнуть. Он согласился сразу же, как только понял, что ему предлагают вознаграждение.

– Кто-нибудь из его близких знает, куда он направился?

– Нет, никто. Я разговаривала с ним наедине. И строго запретила ему рассказывать кому-либо, куда он идет. И когда перед самым боем я спросила, чтобы убедиться, не говорил ли он кому-нибудь об этом, он дал определенный ответ, что не говорил никому.

– Как его зовут, где он живет?

– Его имя Кобаяси Сёдзи. Он родом с Кюсю, его родители умерли, он жил один, и в Токио у него нет никакой родни. По его словам, он жил вместе с товарищем в дешевом рёкане «Асахия» в Санъя, за Асакусой.

– А второй юноша, Сиро, тоже исполнитель энка?

– Нет, эти двое совсем не знают друг друга. Сиро – «сэндвичмен», ходячая реклама из Гиндзы. Он ходил по улицам в маске из папье-маше и с рекламными плакатами, одна из моих подруг зазвала его в киссатэн[10], чтобы договориться. Он согласился сразу же. Назвался Иноуэ, имени я не запомнила. Подробности его жизни мне неизвестны. Но их наверняка можно узнать у него самого.

– А вы не промах, если вам достались сразу два таких красавца. Наверное, подобные поиски вы ведете постоянно.

Госпожа Е, или Сакико, держалась совершенно невозмутимо даже теперь. Удивление главы общества и госпожи Ниномия нарастало. Оно вызывало подозрения, не вселился ли этим вечером в хорошенькую госпожу Сакико некий дух. Если уж на то пошло, сегодня даже ее голос казался не таким, как обычно.

– Вы ведь Котохира Сакико, верно? – с беспокойством уточнила глава общества.

– Ее замена.

– Э-э… замена?

Ужаснувшись, глава и госпожа Ниномия невольно отшатнулись от госпожи Е.

– Я сниму маску. Ведь вам двоим предстоит принять удар на себя. В такие моменты лучше по возможности вести разговоры с открытым лицом.

Сказав это, госпожа Е сняла необычную маску, полностью закрывающую ее голову. Появившееся из-под маски лицо чем-то напоминало миловидную Котохиру Сакико, но если присмотреться, отличалось от нее.

– Да кто же вы? – в страхе воскликнула глава тайного общества, госпожа Харуки.

– Ну, можете звать меня Силуэтом. Я – человек-тень.

– Так вы мужчина? – вырвалось у обеих потрясенных дам.

– Ха-ха-ха, да, мужчина. Я обвел вокруг пальца Котохиру-сан, переоделся ею и пришел взглянуть на вашу интересную игру. Нет, на этот счет не беспокойтесь. Я вам не враг. Для вас я готов на все, что в моих силах. Если бы я сегодня не пришел сюда вместо Котохиры-сан, сами вы вряд ли смогли бы что-нибудь предпринять с тем, что сейчас случилось. Вот повезло! Ведь мне-то эта задача точно по плечу.

Без лишних слов ясно, что это был человек-тень, переодетый Котохирой-сан.

– Так вот оно что! Значит, наши настоящие имена вам, вероятно, известны. Ну, Ниномия-сан, если так, уже ничего не поделаешь. Снимем маски.

С этими словами обе одновременно сняли маски. Полное лицо дородной госпожи Харуки было всем знакомо по фотографиям в журналах и прочей прессе. Эта развратная женщина, которой уже перевалило за пятьдесят, обладала телосложением главаря банды. О повседневной жизни распутной красавицы лет тридцати пяти Ниномии Томоко можно было судить по ловкости, с которой она отыскала двоих подходящих юношей.

– Итак, каким же образом вы окажете нам помощь?

К госпоже Харуки все же вернулось самообладание. Обе женщины почувствовали, как в них зашевелилось жадное любопытство по отношению к этому загадочному и привлекательному мужчине, переодетому женщиной.

– Первым делом надо обеспечить алиби всем вам. Даже если место вашей встречи никто не знает, факт вашего отсутствия сегодня вечером дома широко известен, поэтому его надо скрыть.

– Но неужели же это возможно?

Обе женщины уставились на переодетого мужчину перед ними, как на волшебника.