Келеах мгновенно умолк. Рэйшен с насмешливым презрением глянул на него. Раб есть раб, что с него взять.

– Келе, зачем ты здесь? – укоризненно проговорила Элина. – Иди в комнаты, нечего шляться по ночам по всему караван-сараю. Иди, иди, я скоро приду.

Келе, то и дело оборачиваясь, скрылся из виду. Элина повернулась к Рэйшену:

– Что вы на этот раз не поделили?

– Да как обычно, – нехотя буркнул Рэйшен.

– А именно? Я ведь не знаю, что вы обычно делите.

– Тебя.

Рэйшен сполна насладился ошарашенным лицом Элины и не стал ничего объяснять.

– Сама у своего раба спроси. Мне даже говорить об этом неловко.

Элина плохо представляла себе, о чём Рэйшену неловко говорить, но решила и впрямь расспросить раба, что произошло.

– Ладно, Рэй, как хочешь. Но и с тобой надо поговорить. Не в коридоре, конечно.

Рэйшен прикрыл за Элиной дверь, по привычке окинув коридор острым взглядом. Элина, удобно угнездившись на кровати Рэйшена, сразу перешла к делу:

– Значит, так: со стороны короля нам ничего не грозит, разве что мне он устроит выволочку по возвращении. Но здесь опасно, меня могут укокошить в любой момент, начиная с завтрашнего полудня, если мой план не удастся.

– Стой, стой, давай по порядку! Кто тебя укокошит и за что?

Элина вкратце объяснила, отчего эльфы могут решить, что Элина – лишний элемент в здешней картине мира. Теперь ошарашенным выглядел Рэйшен.

– Вот это да! А я-то думал, что наш Тэбдин – помнишь лекаря из моего клана? – выжил из ума и болтает старческую чушь! Мол, Шианнон не хочет допустить, чтобы у нас родились дети и всё такое, поэтому так шарахнула тебя молнией…

При воспоминании о Тэбдине, которого она прозвала "доктором Менгеле", Элина скривилась. Да и про Шианнон, мать Рэйшена, вспоминать не хотелось.

– Эли, а что за план у тебя?

Элина рассказала, с каким поручением Лоркан отправлен по злачным местам. Рэйшен вскочил с места, явно раздосадованный:

– Почему он? Почему не я? Или ты думаешь, что я справился бы хуже?

– Рэйшен, мне нужно, чтобы громилы не могли точно описать внешность человека, нанявшего их. Лоркан подходит идеально, он неприметный, а тебя всякий назовёт.

– Ну и что?! У тебя королевская грамота и кольцо наследника! Ты можешь делать всё, что захочешь!

– Но не грабить же подданных короля!

– Да ты можешь просто запретить Лорилле идти в горы! Прикажи вернуть флакон с твоей кровью!

– Дело получит огласку. Слухи расползутся и дойдут до вольных гномов, а потом и до эльфов. Раз я вначале сдала образец крови, а потом пошла на попятный, значит, я точно знаю, что обнаружат в моей крови эльфы. И меня по-прежнему надо убрать, чтобы не разбавлять кровь дроу, не смешивать расы. А так – Лориллу ограбили случайные воришки, а её подозрения и догадки – это лишь подозрения и догадки.

Рэйшен принялся мерить широкими шагами тесную комнату.

– Эли, тебе надо быть осторожнее. Слишком уж дерзко ты себя повела.

– Не думала услышать это от тебя! Тебе и самому надо вести себя потише, я-то знаю, зачем тут Гвенедд шарится! Она за тобой охотится, не иначе!

Рэйшен несколько смутился. Он не думал, что Элине известно о том тайном визите Гвенедд. Как она узнала? Сама подглядела или донесли? Интересно, кто? Может, это её раб расстарался, чтобы представить Рэйшена в наихудшем свете?

– Прогони его! – вырвалось у Рэйшена. – Продай или передари!

– Кого? – Элина не поняла хода мыслей дроу.

– Твоего раба! Он достал меня! Я за себя не ручаюсь!

Элина ухватила Рэйшена за руку, ощутив под пальцами мозоли на его ладони от оружия, и усадила на кровать.

– Прекрати мельтешить и постарайся думать хладнокровно. Ну, куда я его выгоню? На улицу? И куда он пойдёт? В бордель?

– А хотя бы и так! – выпалил дроу.

Элина встала рядом с Рэйшеном. Когда он сидел, а она стояла, они были почти одного роста, и Элина могла смотреть дроу прямо в его упрямое лицо. Она не удержалась и ласково взъерошила его светлую шевелюру.

– Рэйшен, я совсем не хотела такого подарочка, и он мне действительно не нужен. Но выбросить его, словно надоевшего щенка, я не могу. Я подумаю, что с ним делать. Но для меня это не самый важный вопрос, пойми. Если меня придут убивать, судьба Келе больше от меня зависеть не будет… И эльфам плевать на все мои полномочия, ты сам это знаешь…

Элина гладила Рэйшена по лицу, по длинным нервным ушам. Постепенно яростный блеск в его фиолетовых глазах угас, и дроу прижал Элинину руку к своей щеке:

– Всё уладится… Ты справишься, я уверен.

Элине было приятно, что Рэйшен так верит в неё. На какой-то миг ей показалось, что всё как прежде, что можно прижаться к его горячему телу и забыть обо всех заботах в его объятиях… Однако Рэйшен мягко отстранил её и покачал головой:

– Прости, Эли… Ничего не выйдет. Наверное, я тебе таким не нужен. И насчёт раба я погорячился.

– Рэйшен, не глупи! Ты нужен мне всегда! Любым!

– Любым? А если бы мне руку оттяпали? Или ногу?

– Мне плевать! Подумаешь, рука, нога! Когда мы рванули за тобой, я боялась только одного – что тебя уже убили! Даже не знаю, что бы я тогда с ними сделала…

– Прости меня, Эли, я втянул тебя в неприятности, – теперь Рэйшен искренне сожалел о совершённом поступке. – Я-то больше всего боялся не того, что меня убьют или покалечат, а того, что ты меня не простишь. Ну, ты же говорила, за других женщин…

Элина схватилась за голову и закатила глаза:

– Ты не видишь разницы, когда ты волочишься за другими юбками и когда тебя оглушили и удерживали насильно, фактически в плену!

Рэйшен пожал плечами. Разницы он действительно не видел. Но если её видит Элина, это ему только на руку.