Клодия поднялась до рассвета: сегодня на её постоялом дворе дел намечалось больше обычного. Её дети – дочь Тати и сын Эри – всегда помогали ей, хоть и с неохотой. Нужно было заходить к Тати в комнату, чтобы растолкать лентяйку. Клодия с недоумением огляделась в маленькой девичьей. Никого. Постель не смята. Заболталась с подружкой и заснула у неё? Клодия нерешительно подошла к комнате Поллианны и, немного помявшись под дверью, вошла внутрь. Снова никого и нетронутая постель. Клодия тихо вышла и уже на лестнице, ведущей на первый этаж, схватилась за сердце. Куда могли подеваться эти девчонки? Может, что-то случилось?

Должно быть, она произнесла эти слова вслух, потому что Эри, её маленький безотказный мальчик, шагавший мимо, сонно ответил:

– Да не волнуйся ты так, мам, скоро придут.

Клодия бросилась к сыну и пребольно схватила его за ухо.

– Где они? Ты что-то знаешь? Говори сейчас же!

Эри жалобно сморщился и захныкал, но Клодия была неумолима:

– Отвечай, где они?

– Почтенная дара, за что ты мучаешь мальчугана?

Клодия не любила, когда в её дела вмешиваются незнакомцы, и собиралась ответить что-то резкое, но… За спиной немолодого мужчины с военной выправкой прятались обе девчонки и Тони впридачу!

– Ах, вот вы где! – Клодия выпустила ухо сына, и Эри моментально удрал в сторону непрошеного заступника. – Где это вы шатались?

– Мы не шатались! – возмущённо пискнула Тати, не решаясь выбраться из-за спины незнакомца. – Мы хотели помочь даре Элине!

Клодия упёрла руки в бока и набрала побольше воздуха в грудь. Сейчас она выскажет всё, что думает, об их драгоценной даре Элине, о её беспутном дроу, о дурном примере, который Элина, да и Полли, если уж на то пошло, подают молодым незамужним девушкам…

– Почтенная хозяйка, не трать свои силы на этих беспечных птах, – Лоркан всё ещё умел передвигаться быстро и бесшумно. – Позволь, я всё объясню. Моё имя Лоркан, я служу под началом дары Элины в королевской спецслужбе…

Девушки выдохнули. Лоркан умело отвёл грозу: Клодия слушала его, затаив дыхание. Этому способствовал и ореол опытного властного мужчины. Правда, удрать молодым искателям приключений не удалось. Клодия ненадолго отвлеклась от Лоркана и сурово приказала:

– А ну-ка, любители ночных сражений, закатали рукава и взялись за работу!

– Это будет только справедливо, – буркнул обиженный Эри, потирая красное распухшее ухо.

Лоркан выразительно указал подбородком на дверь кухни. Без всякой охоты, но молодые люди принялись за дело. Лоркан тем временем продолжал что-то говорить хозяйке постоялого двора. Взгляд Клодии смягчился, по губам скользнула улыбка. Лоркан увлёк женщину куда-то в сторону, и до самого обеда их не было видно. После Клодия незаметно заняла своё место, а Лоркан больше не появлялся.

– Где тебя носит? – возмущённо спросил Ингерам, когда Лоркан проскользнул в их комнату. – И вид такой довольный, словно ты двойное жалованье получил!

– Лучше, приятель, лучше, – осклабился Лоркан. – Я получил мечту любого отставника – вдовую хозяйку постоялого двора…

У Ингерама отвисла челюсть:

– Это про Клодию, что ли? Да уж, времени даром ты не теряешь! Но как же твоя Акке?

– Акке там, в Глорке, а Клодия здесь, в Рудном Стане, – ответствовал Лоркан, с наслаждением вытягиваясь на своей койке. – Скажи лучше, я что-нибудь пропустил?

– Неа. Эли спит или делает вид, что спит. Наш слабонервный блевун сидит у себя в комнате тихо, как мышка. Рэй тоже носа не кажет, только слышно, как он по комнате мечется…

– И чего мечется? Подумаешь, девки малость укатали его да кнутом похлестали, – буркнул Лоркан. – Шёл бы к своей Эли, она бы его утешила. Для дроу только в радость, если баба за него убивать готова…

Ингерам только головой покачал. Не понимает Лоркан ни дроу вообще, ни Рэйшена в частности! Однако говорить об этом Лоркану бывший лейтенант ничего не стал: тот уже заснул, блаженно похрапывая.

Элина проснулась под вечер и даже не сразу сообразила, отчего это у неё жутко болят руки и плечи. И вообще, где это она? Впрочем, воспоминания быстро вернулись, и Элина со стоном схватилась за голову. Одеться пришлось в цивильную одежду – форму сейчас где-то отчищали от крови и кишок. Брр, ну и гадость!

По мере одевания Элина выяснила, что стёрла ноги. Накануне она не удосужилась сменить сапоги для верховой езды на другую обувь, и результат не замедлил себя ждать. С шипением и ругательствами Элина извлекла из сумки ботинки (да-да, из королевского гардероба) и заживляющую мазь. Следовало бы поберечь эту мазь для Рэйшена, но Элина припомнила, как он не захотел даже остаться в её комнате, чтобы поговорить, и махнула рукой на экономию.

Поговорить с Рэйшеном всё же было необходимо, и Элина, немного прихрамывая, поплелась искать его дверь. В комнатах, где располагались Элинины люди – Лоркан, Ингерам и Руфус – было тихо, а во всём караван-сарае кипела жизнь. Сновали туда-сюда гномы с подносами, тазами и кувшинами горячей воды, полотенцами… должно быть, весть об Элининых "подвигах" разлетелась по городу, поэтому ей уступали дорогу, кланялись, а некоторые даже отводили глаза.

Элина опасалась, что Рэйшен не впустит её, но дроу открыл дверь, словно ждал Элининого появления. Элина радостно встрепенулась, но Рэйшен немедленно искривил губы в брезгливой гримасе:

– Входи, раз пришла. Впрочем, ты, как обычно, слишком поздно.

Элина вспыхнула от гнева, но удержалась от злого ответа. Она теперь не просто безвестная трактирщица из глухомани. И не жадвильская бунтовщица. Она возглавляет королевскую спецслужбу и, в конце концов, она – глава клана горных дроу!

– Если бы я поверила твоему письму, которое мне передал какой-то родственник этого старого паука Андебрингера, то меня бы здесь не было. А ты, Рэйшен, усердно оплодотворял бы ныне покойную Инафай…

На миг лицо Рэйшена исказилось, и у Элины промелькнули две мысли: она всё-таки перегнула палку, а ещё Рэйшен сейчас её прикончит… Однако дроу тоже сумел взять себя в руки.

– Где деньги, которые ссудил мне банк?

– У меня, – холодно ответила Элина, – и я никому их не отдам.

Рэйшен начал было спорить, но Элина сумела растолковать ему, как именно хотел нажиться старый Андебрингер, как провоцировал Рэйшена на переписку и отслеживал её. Настроение у дроу после этого стало хуже некуда.

– И ещё одно. Рэйшен, ты собираешься остаться на королевской службе? – задала Элина самый животрепещущий для себя вопрос.

Рэйшен молчал и на Элину старался не глядеть. Ох, не к добру это!

– Я не знаю, – наконец ответил дроу. – Мне надо подумать.

Элина тихо выдохнула.

–Хорошо. Думай, но не очень долго.

– А если я откажусь?