Рэйшен уже заталкивал бывшего лейтенанта Лесной Стражи в комнату и усаживал на стул.

– Запали-ка лампу, – приказал дроу Элине.

Таким она его ещё не видела. Жёсткий, даже жестокий, палач, приступающий к работе. Элина усмехнулась, зажигая свет. Именно таким он и был ей нужен сейчас.

– Кляп ему соорудить? – деловито осведомился "палач".

– А как он с кляпом отвечать на мои вопросы будет? А вопросов у меня много!

– Я ничего вам не скажу! – с затаённым страхом проговорил Ингерам.

Рэйшен посмотрел на него долгим выразительным взглядом, а потом отвернулся и начал что-то раскладывать на столе. Элина закрыла дверь и подперла её свободным стулом.

– Там и садись, – махнул ей рукой Рэйшен. – Оттуда свои вопросы задашь.

– Я не буду отвечать, – повторил лейтенант.

Однако Элина видела, что он уже сейчас почти сломлен. Лицо Ингерама стало пепельно-серым, а на лбу выступили крупные капли пота.

– Вначале не будешь, – охотно согласился Рэйшен, – а потом я тебя уговорю.

– Рэйшен, нам в суде он нужен, как бы тебе сказать, без следов внешнего воздействия, – предупредила Элина.

Ей ужасно не хотелось, чтобы Рэйшен пачкал руки об этого слизняка. И вообще на память сразу приходил принц-убийца Имраин, который похитил её и "воспитывал" по дороге, да так, что выбил зуб и сломал рёбра.

– Без чего? – рассеянно переспросил Рэйшен, любовно раскладывая два своих длиннющих кинжала.

– Я говорю, он должен быть целым, без синяков, порезов, переломов и с полным комплектом зубов!

Рэйшен повернул лицо к Элине и усмехнулся жуткой улыбкой наёмника:

– Не переживай, так оно и будет. Я не хуже Имраина знаю это ремесло, а, может, даже и лучше…

– Вас и этому учат?! – поразилась Элина.

– Не всех…

– Я буду кричать! – голос лейтенанта откровенно дрожал.

– Кричи, – охотно согласился Рэйшен, – только рот пошире открой.

– Зачем это, а?

Вот на "а" Рэйшен и запихнул в рот пленнику какую-то тряпку. Откуда и когда он успел её вытащить, Элина не поняла. Наверное, этому тоже учат молодых дроу в казармах. Руки Ингерама Рэйшен закрепил за спинкой стула и полюбовался своей работой, как художник любуется завершённой картиной. В полутьме, при дрожащем свете лампы это выглядело как-то особенно пугающе.

– Нужно будет раскалить лезвие, – обратился Рэйшен к Элине.

Она не стала спрашивать, зачем, лишь заметила, что можно снять колпак с лампы и подкрутить фитиль.

– Вот и займись, – обронил дроу, поднося к лампе один из кинжалов.