– Я не умру…

Рэйшен отвлёкся от своих мрачных раздумий.

– Что?

– Думаю, что я не умру, – повторила Элина слабым хриплым голосом. – Этот придурок сказал, что яд не действует… на вас. И эльфов. И нимф.

– Да, и что?

Рэйшен решил, что у Элины окончательно мутится разум от яда.

– На мне Дар Дриады, ты забыл? Он спасёт меня…

Глаза Рэйшена заблестели. А ведь верно! Яд, в общем-то, слабенький, ерунда. Может, и впрямь подарок лесной нимфы спасёт Элине жизнь? А пока следовало сделать хоть что-нибудь, чтобы облегчить состояние раненой. Рэйшен расправил плечи и, выглянув за дверь, гаркнул:

– Воды мне принесите! И сушеной инулы раздобудьте! Прямо сейчас! И мне плевать, что поздно!

Разгневанный дроу выглядел весьма внушительно. Гри вызвался достучаться до какого-нибудь травника. Тони, оставшийся, чтобы досмотреть действо до конца, счел себя обязанным помочь приятелю. Вдвоём они вытребовали в одной из ближайших лавок сушёную инулу и, гордые собой, вручили ароматный мешочек Рэйшену.

До утра Рэйшен вливал в Элину крепко заваренный чай из инулы, надеясь то ли на эту самую инулу, то ли на Дар Дриады… Он слышал, что никто не спит: Клодия расхаживала взад-вперёд, раздражённо покрикивая то на сына, то на дочь, которые болтались, видите ли, под ногами. Взволнованно переговаривались Гри с Поллианной, время от времени вставляла словечко Рицпа…

Под утро Элине полегчало. Её щёки порозовели, дыхание выровнялось.

– Я же тебе сказала, что не умру, – сказала она Рэйшену. – Ты же помнишь, что мне нельзя умирать.

Рэйшен лишь молча кивнул головой, пролив остаток отвара на постель. Его охватило такое чувство лёгкости, казалось, он сейчас взлетит. Элина устало улыбнулась:

– Надо будет всем объяснить, почему на меня не подействовал яд Тахирджона. Про Дар Дриады, думаю, рассказывать не стоит…

– Скажем, что он соврал, и никакого яда не было.

– Нельзя. Все видели, что мне было плохо. Вдобавок, если люди перестанут остерегаться отравленных ножей, эти бандиты-дроу перебьют кучу народа.

– У тебя есть идеи? – Рэйшен не удержался от сарказма, но тут же спохватился. – Лежи, отдыхай, это я глупость сказал.

– У меня как раз есть идея. Скажем, что ты к инуле добавил что-то секретное, что знают только в твоём клане, так и получилось противоядие. Даже наши поверят, не то что жители Рудного Стана.

И им поверили. Несколько дней Элина провалялась в постели. Она спала, ела и слушала местные сплетни. Тати отчистила платье от крови, но Рэйшен заявил, что больше никаких платьев, никаких песен и никаких декольте!

– Ты же сам настаивал на покупке платья! – удивилась Элина.

– Я ж не для того, чтоб тебя в этом платье резали! Я для себя!

Увидев лица Тати и Элины, Рэйшен смутился.

– Я не так выразился.

– Это уж точно, – хихикнула Тати.

Но когда Рэйшен с солдатской прямотой объяснил, для чего ему хотелось увидеть Элину в платье, смутилась не только Тати, но и сама Элина.