Комната была достаточно просторной. Простая, но удобная мебель, запах свежего постельного белья…

Рэйшен, прихвативший их вьюки с собой, тут же бросил их у двери, а сам рванулся к кровати.

– Стой! – успела крикнуть Элина. – Только не в сапогах!

– Точно, – ухмыльнулся Рэйшен фирменной улыбкой “наёмник на прогулке”.

– И не расслабляйся, – хмуро добавила Элина. – Разговор есть.

– Ой, Эли, я знаю, ты насчёт этой девчонки, Тати, или как её там…

– Именно. И не только насчёт неё…

Элина говорила, а Рэйшен, не теряя времени, нетерпеливо тянул завязки её рубахи.

– Да погоди же ты, – досадливо отмахивалась Элина, – послушай, я не собираюсь терпеть какие-то шашни или флирт с другими женщинами, у меня и так нервы на пределе…

– Хорошо, конечно, как скажешь, – жарко прошептал Рэйшен, но Элине показалось, что он даже не слушал её. – Всё, что захочешь…

Никакой разговор невозможен, когда тебя целуют так, что слабеют колени. Элина махнула на всё рукой. Проблемы никуда не делись и завтра их придётся решать, но сегодня… Сегодняшний муторный день наконец-то закончился, можно позволить себе отдохнуть. Расслабиться. И получить удовольствие…

На следующий день Элина проснулась со странно знакомым ощущением. Внизу слышался привычный шум, гремели тарелки и подносы, разговаривали посетители, и даже наверх долетали аппетитные запахи еды. Сзади Элину обнимал тот, в чью честь была названа её таверна, тот самый “весёлый дроу”, и от его тела шло такое знакомое успокаивающее тепло.

– М-м-м, Умрад с утра на ногах, вроде столько народу, – сонно пробормотала Элина.

– О чём ты? – удивлённый голос Рэйшена отрезвил её и заставил моментально проснуться. – Умрад сгорел в начале осени.

Элину обдало могильным холодом. Всё верно. Нет больше ни Умрада, ни его семьи, ни бестолкового инкуба Яшки, ни его невесты Тремме, ни девчонок, помогавших в таверне. И самой таверны больше нет. И деревни, где стояла таверна. Всё сожрал огонь, ничего не осталось, кроме огромного могильного холма, на котором вечно цветут цветы…

– Спасибо, что напомнил, – сухо отозвалась Элина и выбралась из кровати.

Прохладный воздух охватил её тело, и Элину невольно передёрнуло. От Рэйшена шло тепло, и Элина всю ночь жалась к нему, словно кошка к натопленной печке. Но расслабляться не следовало. Она обещала лекаря для Полли.

– Эли, да что такое? Всё же нормально было! – Рэйшен искренне недоумевал, почему его женщина не хочет понежиться в постели ещё немного.

Элина собирала с пола разбросанную одежду и неторопливо натягивала её на себя. Рэйшен глазел на неё, не отрывая головы от подушки.

– Завтракать идёшь? – деловито осведомилась Элина.

Она решила не обижаться на бестактность дроу, он же не читает её мысли, не видит её снов. Да и бесполезно объяснять ему, что ей до сих пор больно вспоминать о погибших друзьях. Даже кровавая месть не смыла этой боли и горечи. А Рэйшен в ответ на упрёки только скажет, мол, а что такого? Разве я сказал неправду? Сейчас он удивлённо воззрился на Элину:

– Нет, завтракать не иду.

Элина выронила сапог.

– Ты вообще здоров?

На её памяти Рэйшен никогда не отказывался от еды.

– Глянь в окно, скоро обед! – фыркнул дроу, и тут же коварно добавил. – Но если ты решишь ещё полежать, то я, так и быть, и обед пропущу. Совмещу с ужином.

Честно говоря, Элине очень хотелось так и сделать. Но она напомнила Рэйшену о лекаре, и дроу неохотно вылез из-под одеяла и принялся собираться. Элина невольно засмотрелась на него. Да, он был хорош, просто сказочно хорош! Неудивительно, что женщины вешались ему на шею: гладкая кожа, могучие мускулы под ней, необычные яркие глаза, длинные светлые волосы в сочетании с тёмной кожей… В общем, сказочный принц, да и только! Даже шрамы на теле не портили впечатления. Плохо то, что и сам Рэйшен знал об этом. Поймав Элинин взгляд, дроу самодовольно ухмыльнулся и поиграл бицепсами.

– Пошли уже обедать, – буркнула Элина. – Ты бы ещё задницей повилял, показушник.

Хорошо, что Рэйшен не был обидчивым.