Элина, постоянно озираясь по сторонам, быстрым шагом шла в сторону трущоб, упомянутых Сныстом. За пазухой у неё лежал мешочек с монетами, ведь то, о чём она собиралась просить трущобного прохиндея, без задатка никто делать не станет. Улицы становились всё у́же и грязнее, люди выглядели злее и опаснее. Сныст, конечно, обещал предупредить свою шушеру, но, кажется, так можно до этой шушеры и не дойти.

Элина сосредоточилась и продолжила свой путь, готовая к тому, что её толкнут, ударят, может, даже ткнут ножом. Однако ничего этого не случилось, и она благополучно добралась до указанной хибары. Под ногами чавкала грязь, налипая на сапоги.

Эллина толкнула хлипкую дощатую дверь. Внутри царил полумрак из-за заколоченных окон. Немилосердно воняло немытым телом, грязной одеждой, дешёвым пивом и чиазой. В глазах и горле начало щипать и жечь. Эллина невольно поморщилась, задержав дыхание. Интересно, где же сам хозяин?

– Надумала чё-нить? – лениво процедил знакомый голос из угла.

Немного свыкнувшись с освещением, Элина разглядела скудную обстановку: стол, пару трёхногих табуретов, покосившуюся кровать. На ней-то и лежал Сныст, пожёвывая чиазовую палочку.

– Надумала, – ответила Элина. – Здесь можно говорить?

Сныст неопределённо хмыкнул и сделал какой-то жест рукой, который Элина расценила как приглашение к разговору.

– Я на стульчик сяду, не возражаешь?

– На кровать присесть боишься? – усмехнулся Сныст.

– Не хочу клопов набраться, – парировала Элина, придвигая к себе табурет. – А больше бояться, я думаю, нечего.

– Нечего? А зачем тогда ты своего дроу притащила? Я же тебе сказал – приходи одна, никто не тронет!

– Какой ещё дроу?! – возмутилась Элина. – Я одна пришла, как и договаривались!

Сныст поднялся с кровати, ухватил Элину за плечо и подтащил к заколоченному окну.

– Вот этот, сука, дроу! Скажешь, ты его не знаешь?!

Пальцы Сныста больно сдавливали руку. Элина обратила внимание, что у этого проходимца пальцы тонкие, словно у музыканта. Или вора. Или убийцы. Сквозь щели в досках Элина разглядела знакомую рослую фигуру.

– Ах ты ж зараза! Увязался-таки за мной!

Что-то в её голосе заставило Сныста поверить ей.

– Увязался, говоришь? То есть не убивать его?

– А смысл? – Элина пожала плечами.

Жёсткая хватка чужих пальцев неожиданно разжалась.

– Ты права, никакого, – Сныст вновь завалился на кровать. – Давай выкладывай, чё за идея.

И Элина выложила. Сныст вначале слушал с ухмылочкой, но она постепенно сползала с его тонких губ.

– Чокнутая ты баба! – выдохнул он, дослушав.

– Не возьмёшься?

– Я этого не говорил! Просто в одиночку тут мало что сделаешь, да и кое-кого подмазать придётся…

– Сколько? – коротко спросила Элина.

Сныст назвал сумму. Женщина про себя вздохнула с облегчением: денег при ней было больше.

– Хорошо, я даже торговаться не буду. Эти деньги ты получишь сейчас, а ещё столько же – завтра, в это самое время. Мне всё равно, кого ты привлечёшь, главное – результат. Ну, и ещё важно, чтобы два моих гнома успели вернуться в Слободку, мало ли потом перекроют входы-выходы из города…

– Не боись, за гномов мне донесут. Остальное сделаем в лучшем виде! За полным расчётом, небось, опять к тебе тащиться?

– Уж притащись, пожалуйста.

– Ладно, – Сныст сделал царственный жест, словно отпуская посетительницу, – спокойно возвращайся к себе, только этого молодчика прихватить не забудь.

Забудешь его, как же! К Рэйшену уже подошли два подозрительных типа и явно полезли за ножами.

– Он со мной, мы сейчас уходим, – быстро проговорила Элина за спиной у подозрительных типов.

Типы смерили её презрительными взглядами, а один даже сплюнул прямо женщине под ноги. Элина заметила, как под низко надвинутым капюшоном полыхнули глаза Рэйшена.

– Все вопросы – туда, – Элина ткнула пальцем в хижину Сныста.

Видно было, как второй тип покатал слюну во рту, словно раздумывая, плевать или нет, потом тронул напарника за локоть, и оба растворились в грязных закоулках. Элина, не чинясь, схватила Рэйшена за руку:

– Уходим! Прямо сейчас!

Некоторое время Рэйшен покорно шёл на буксире, но потом всё-таки заартачился.

– Вот же …! – выругалась Элина. – Я не туда свернула!

– Отпусти мою руку и иди за мной, – мрачно изрёк дроу.

– Вот уж нет! Не забывай, что это ты со мной, а не я с тобой! Потерпишь меня немного, если не хочешь заполучить нож между лопаток! Просто говори мне, куда идти.

Рэйшен злобно подвигал челюстью, но подчинился. Оказавшись на знакомых улицах, Элина выпустила руку дроу и заспешила в Слободку, не обращая внимания, идёт ли за ней её невольный охранник. Слободка жила своей жизнью, и Элину сразу подхватил вихрь неотложных дел и срочных вопросов. Рэйшен же, немного потоптавшись в грязи, уныло потащился к капитану с докладом.

– Даа, – задумчиво протянул Акилла, дослушав Рэйшена, – знаешь, у кого вы побывали? У короля воров.

– Не мы, а она, – огрызнулся Рэйшен. – Откуда мне знать, с кем она тут знакомства водит?!

– Акилла, ты уверен, что это именно он был? – встревожился Квэддо. – Рэйшен, а о чём они говорили?

Акилла задумчиво возвёл глаза к потолку:

– Нет, капитан, не могу я быть уверен в таком. Сам понимаешь, лично с ним знако́м я не был, так, видел издали, потому что кто был я, а кто он…

– Ладно, ладно, – прервал Квэддо момент откровенности. – Рэйшен, что ты скажешь?

– Да ничего! – раздражённо бросил дроу. – Они с ним была в какой-то халупе, а меня блокировали на подходе два каких-то ухореза…

– Спокойнее, Рэй, – Харлен опустил ладонь на локоть приятеля.

Дроу дёрнулся, но смолчал. Друзьям он сейчас напомнил того резкого, несдержанного, диковатого наёмника, с которым они познакомились в самом начале войны. Харлен и Акилла обменялись выразительными взглядами, которые могли обозначать: "Вот что эти бабы с мужчинами делают!". Рэйшен истолковал этот взгляд именно так и ещё больше обозлился.