-3-

Василий Петрович смертельно был бледен,

Лежал очень тихо, почти не дышал,

Отец Михаил отслужил с ним молебен,

Чтоб место в раю получила душа.

Глаза его были блаженно прикрыты,

Улыбка таилась в устах в уголка,

Лицо его было спокойно, открыто,

Иконка лежала златая в руках.

Далек старый князь был от этого мира

Готовился к входу он в сладостный плен

Витали по комнате нотки эфира,

Не спутать ни с чем, аромат этот – тлен.

Отец Михаил окрестился повторно,

Зажег у больного кровати свечу,

Не дал заглянуть, дернув штору проворно,

В холодную комнату солнца лучу.

Царил полумрак, занавешены окна,

Камин не топили, промозгло внутри,

Сжимала Катюша платочек весь мокрый,

От слез, что стирала тайком. У двери

Она простояла тихонько всю службу

Молилась за князя, за Мэри, за слуг,

И пусть с ее светлостью вовсе не дружит,

Но кроме нее у Кати нет подруг.

Не знала Катюша родительской ласки,

И князь лишь  Авлонский сиротку принял,

Но он умирал, скоро кончится сказка.

Отец Михаил Катерину обнял.

- Не долго осталось Василию князю,

Уж ангелы в небе над домом кружат», -

Подал Катерине платочек из бязи,

Увидел, как плечи девичьи дрожат.

Быть может не время и место, Но слушай, –

Сказал очень тихо над Катей склонясь,

- Коль ты не найдешь себе в скорости мужа,

Ко мне приходи, ничего не боясь.

Сестрица моя, помогает в приходе,

Но все же работы хватает с лихвой,

Пора мне подумать уже и о роде,

Тебя попрошу стать моею женой.

Застыла Катюша от слов его резких,

Такого никак не могла ожидать

Отца Михаила под купола блеском

Привыкла Наставником Божьим считать.

С трудом вырываясь из тесных объятий,

Лицом повернулась молчанье храня,

Кати улыбнулась без доли симпатий,

В душе проклиная Отца и браня.

- Отец Михаил, вас прошу не серчайте,

Но сил больше нет у больного стоять,

Простите, пойду я. Прощайте. Прощайте!

Кати поспешила скорее сбежать.