-29-

Наутро Кати была очень усталой,

Никак не могла накануне заснуть.

Сначала читала, а после лежала

Глаза не могла на минуту сомкнуть.

Она вспоминала последние встречи

С Софией, с графиней, поездку и парк,

Но больше всего волновал ее вечер,

Владимир и свечи, в углах полумрак.

Казалось волшебным то было мгновенье

И сердце ее перестало стучать,

Его темный взгляд, так же прикосновенья

Подушечек пальцев, что даже дышать

Она не могла. Лишь бы то продолжалось

Пол жизни, наверно, она б отдала,

А дрожь наслажденья к ключицам спускалась…

И как она силы в себе все ж нашла

Все то прекратить, разорвать эти путы.

И голос казался свой робок и глух.

Решалась она ни секунды - минуты,

Слова ее словно царапали слух.

Но так было нужно. Условие в силе.

Они не могли от него отступать.

Какие бы тайны они не хранили,

Им роли свои нужно дальше играть.

Она ведь игрушка его и не боле,

С которой он нынче решил поиграть.

Но он, словно кот, что привыкший на воле

Один, не с друзьями, по жизни гулять.

Она не хотела быть только на вечер

Подругой Владимиру. Чтобы потом

Сидеть у окна в ожидании встречи,

Когда он решит навестить ее дом.

Уж лучше одна и свободна как птица,

У князя же это влеченье пройдет.

Появятся новые девичьи лица,

Он в них утешенье уж точно найдет.

Сумеет она побороть это чувство,

Пусть будет ей трудно с собой совладать,

Ей будет и больно, тоскливо и грустно,

Но то она будет искусно скрывать.

Спустилась сама не заметила даже,

Из спальни своей напрямик в главный холл,

Где двое лакеев, как верная стража

Стояли свой взгляд устремив робко в пол.

Открыли ей двери. Вошла. Как обычно

В столовой накрыто опять на двоих.

Лишь только одно было ей не привычно -

Владимир был там. Обещаний своих

Она полуночных еще не забыла,

Кивнула приветственно, села за стол,

Старалась казаться расслабленной, милой.

Но туфель каблук упирала все ж в пол -

Сдержать напряженье она так пыталась…

Остыла еда на тарелке давно.

Смотрел на нее князь. Она улыбалась

Натянуто, скромно. Глядела в окно.

Владимир ее поприветствовал так же,

Спросил как спалось, как пройдет ее день.

Она отвечала, что дел очень важных

Она не имеет. Бессонницы тень

Казалось у глаз ее князь не заметил

Она же была благодарна за то.

Спросил ей, быть может, чего не хватает.

Поспешно она отвечала «Ничто

Ей нынче не нужно». Затем помолчала.

Добавила робко, смотря на цветы,

Что ночь, простояв от чего-то завяли:

«Прошу содержание я. На банты

На личные траты, на шляпки, на платья».

Владимир спокоен был, невозмутим,

Как будто бы не было нынче объятий.

«С поверенным то обсужу со своим.

Счета за покупки ему отправляйте,

Наличные можете взять у меня.

Все то, что желаете - все покупайте,

Ведь мы как никак все же с вами семья».

Затем улыбнулся, отбросил салфетку,

Поднялся и вышел он из-за стола,

Взглянул ей в глаза, что случалось так редко.

«Прошу извинить. У меня есть дела».

Оставшись одна в опустевшей столовой

Из кружечки кофе она отпила,

Отставила прочь, поднесла к губам снова,

Коснулась и тут же опять убрала.

День ждал ее трудный - примерки и ткани,

Иголочки, ленточки и кружева.

Себя обняла на мгновенье руками.

От ночи бессонной болит голова.

Портниха придет через час, может боле

Пока же в гостиной все кресла пусты,

Свободное время имеется коли,

Решила сменить она в вазе цветы.