Эверин

Через два дня в течение которых я нахожусь в полном неведении, на мой мобильник поступает поздний звонок. Мы уже лежим с Мартини в кровати, и енот прижимается ко мне мягким бочком. Взяв телефон с прикроватной тумбочки, непроизвольно сжимаюсь, увидев входящий от Адриана. Первая возникшая в голове мысль — сбросить звонок, но я быстро отметаю ее и дрожащим пальцем нажимаю кнопку ответа.

— Я, вообще-то, уже сплю, — язвительно заявляю.

— Я тоже рад тебя слышать, bella, — от звука его низкого властного голоса ощущаю вибрации даже через трубку, и по телу бегут предательские мурашки.

— Говори, что хотел? — продолжаю вести себя как стерва, но другого отношения к себе он не заслужил.

— Завтра днем я заеду за тобой. Отвезу тебя в одно интересное место, — нетрудно догадаться, что он говорит о чертовом свидании.

— Завтра я работаю, — говорю правду, ведь он все равно не отступится.

— До скольки?

— До девяти вечера.

— И это ты называешь нормальной работой?

— А что не так?

— Позволь узнать, во сколько ты возвращаешься домой?

— В десять и не вижу в этом ничего такого.

— Одна по темному городу?

— Ну да.

— Мы об этом еще поговорим, bella. Что насчет послезавтра?

— У меня выходной, — нехотя отвечаю.

— Отлично. Я заеду за тобой в двенадцать.

— Постой. Что значит заедешь? Я не говорила тебе, где живу.

— Это нетрудно было узнать. До встречи, Рини. И сладких сновидений, — последнее, что слышу в трубке, прежде чем он завершает звонок.

Возвращаю телефон на тумбочку и ложусь на спину, глядя в потолок. Слышу в ушах стук своего сердца и ощущаю, как вспотели ладошки.

Я должна воспользоваться случаем и попытаться изменить его решение насчет свадьбы со мной. Моя свобода слишком дорога мне. Вот только судьбой Чара я тоже не могу рисковать.

* * *

Ночь перед днем свидания проходит в беспокойном сне, и все утро я хожу как на иголках. Даже Мартини ощущает мою нервозность и старается не путаться под ногами, пока я думаю, что надеть.

И какого хрена я делаю?!

Не понимаю, почему я вообще об этом думаю. Я всегда терпеть не могла наряжаться куда-то и тем более для кого-то. Одергиваю себя и нервным движением хватаю с вешалки обычную бежевую хлопковую футболку и темно-синие облегающие джинсы с потертостями на бедрах. Завязываю волосы в высокий хвост и единственное, чем не пренебрегаю, это крашу ресницы тушью и наношу на губы прозрачный блеск.

Звонок в дверь раздается ровно в двенадцать дня, словно он специально ждал под дверью. Сделав судорожный вдох, открываю дверь и сразу встречаюсь с пепельной дымкой, бесцеремонно проходящейся по мне.

— Привет, — очерченные губы растягиваются в играющей улыбке.

— Ага, — отхожу от двери, делая вид, что ищу свои кеды в шкафу, которые стоят прямо перед носом.

— А ты прям само гостеприимство, — заходит в квартиру, закрыв за собой дверь.

— Только с незваными гостями, — продолжаю ерничать.

В какой-то момент боковым зрением замечаю движение и, повернувшись, вижу Мартини, выбежавшего в коридор.

— Енот? — усмехается. — Ты живешь с енотом?

— Да, я живу с енотом. Мартини, вернись на свое место.

— Ты назвала енота Мартини? — теперь он начинает в голос смеяться, и от звука его бархатистого смеха внутри меня что-то происходит.

— Это единственное слово, на которое он начал отзываться, — ощущаю, как щеки начинают гореть.

— Самец?

— Да.

Наблюдаю, как Мартини подходит к нему, с любопытством рассматривая и задирая черный нос. А тот присаживается на корточки, протянув ему открытую ладонь.

Порываюсь сказать, что он рискует остаться без пальца, но специально молчу.

Пусть знает наших!

— Ну здравствуй, приятель. А у тебя забавная хозяйка. Не так ли?

Шокировано хлопаю глазами, когда этот маленький предатель приближается к нему и, обхватив его руку двумя лапками, начинает просто обнюхивать. А потом издает смешное мурлыканье.

Какого вообще черта происходит?! Сейчас он должен был его укусить или, как минимум нашипеть!

— Прости, дружок. Сегодня я без угощения, но в следующий раз обязательно принесу, — чешет его макушку.

— Мартини, марш на место! — угрожающе произношу и, почувствовав мое негодование, животное убегает в спальню.

— В то время как все заводят котов или собак, ты завела себе енота. И почему я совсем не удивлен? — выпрямившись, засовывает руки в карманы джинсов и только сейчас обращаю внимание, как он одет.

На широких плечах темно-коричневая кожанка, под которой белоснежная футболка, натягивающаяся на мышцах груди. На длинных ногах черные джинсы. Темные волосы с редкими серебристыми прядями небрежно уложены, придавая ему образ сексуального бунтаря. Он словно только что сошел с обложки журнала.

— Я не заводила его специально. Он оказался у меня случайно, когда ему нужна была помощь.

— Так ты у нас спасительница животных?

— Может, мы уже поедем? — скрещиваю руки на груди.

— Тебе так не терпится пойти со мной на свидание, bella?

— Больше всего мне не терпится его закончить.

— Уверен, ты передумаешь. Сегодня будет насыщенный день. Только возьми с собой что-нибудь с длинным рукавом, чтобы не замерзнуть.

— Сегодня обещали теплую погоду.

— Будет немного ветрено, — как-то странно отвечает, и я вижу неприкрытый блеск в стальных глазах.

Эта мальчишеская живость в нем подкупает, но, как только я вспоминаю о его угрозах, хорошее впечатление улетучивается.

Я должна держать ухо востро с этим мужчиной!

Закатываю глаза, тяжело вздохнув, и скрываюсь в спальне. Достаю из шкафа ярко-оранжевую толстовку с капюшоном и надеваю через голову, закатав рукава.

Перед выходом кидаю взгляд на Мартини, разложившегося в своей лежанке и грызущего любимую игрушку.

— Я с тобой еще разберусь, предатель, — с обидой бросаю, но меня полностью игнорируют.

Вернувшись в прихожую, замечаю, что Адриан прошел в гостиную и с любопытством осматривает обстановку. Подходит к открытому стеллажу с книгами по психологии, которые когда-то были приобретены мной для учебы в колледже, но так и не нашли своего применения. Замечаю, как его взгляд падает на среднюю полку. Где стоят рамки с фотографиями, на одной из которых мы запечатлены с Тейлор в ее десятый день рождения. На том фото, сделанным мамой, я стою за спиной сестры и поднимаю две пряди ее волос вверх, скривив забавную гримасу. Тей закрывает рот ладошкой, заливаясь смехом, и мы обе кажемся такими счастливыми. Тогда мы почти никогда не расставались с сестрой, и я очень скучаю по тем временам.

На втором фото меня запечатлела Тей здесь в квартире с Мартини. Проказник забрался мне на плечи и повис пузом на голове, свесив передние лапы вниз. Это было настолько смешно, что мы потом еще долго с сестрой пересматривали это фото и смеялись до боли в животе.

— Кхм… — прокашливаюсь, дав о себе знать.

— Я слышал, как ты зашла, bella, — становится не по себе от его слов.

Я давно выработала привычку ходить очень тихо и даже удивительно, насколько у него чувствительный слух.

— Тогда, может, ты перестанешь пялиться на мои вещи, и мы уже поедем?

— Я не пялился на твои вещи, как ты выразилась, — переводит прозрачный взгляд на меня. — И считаю, что на правах жениха я имею возможность узнать тебя поближе по месту, где ты живешь.

— Не много ли ты на себя берешь?

— Это еще почему?

— Я никаких документов не подписывала, кольцо ты мне не надевал и договоренность пока еще только на словах. К тому же я все еще надеюсь, что ты передумаешь.

— Всему свое время, bella. И я своих решений не меняю, — голос приобретает грубоватые ноты. — Поехали, — уверенной походкой идет к выходу и словно на свою казнь, иду за ним.

Оказавшись на улице, следую за ним к дороге и застываю на месте, когда он подходит к припаркованному массивному мотоциклу знаменитой марки Харлей-Дэвидсон в невероятно стильном дизайне с блестящей хромированной рамой, литыми дисками и черным обтекаемым верхом.

— Нравится? — звучит вопрос.

— Еще спрашиваешь? — подхожу к красавцу и провожу рукой по кожаному сиденью, ощутив приятное тактильное прикосновение к дорогому материалу.

— Когда-нибудь гоняла на таких?

— Нет, — мотаю головой, находясь под впечатлением.

— Тогда не будем терять времени, — протягивает мне шлем, который я без колебаний беру.

— Ты хочешь, чтобы я управляла?

— Не сегодня. Но если хорошо будешь себя вести, может, я дам тебе порулить.

Он надевает свой шлем и ловко перекинув ногу, усаживается на агрегат, посмотрев на меня через поднятое стекло, открывающую только область глаз.

— Забирайся и держись крепче, bella, — глухо произносит, и я слышу улыбку в его голосе.

Только сейчас до меня доходит, что мне придется прикасаться к нему, чтобы наша поездка могла состояться, и я не осталась задницей на асфальте, когда он тронется.

— Ты специально это придумал? — прищуриваю глаза.

— Не понимаю, о чем ты, малышка, — в серых глазах мелькают озорные огоньки.

— Черт с тобой, — надеваю шлем и забираюсь на мотоцикл, придвинувшись к широкой спине. Но все равно оставляю между нами пару сантиметров, не зная, как лучше взяться. Его запах сразу доносится до меня, и все рецепторы разом обостряются.

— Смелей, bella. Я не кусаюсь, — заводит мотоцикл, и тот издает такое громкое рычание, которое эхом проносится через всю улицу.

Придвинувшись ближе, кладу руки ему на живот, ощутив рельефный каменный пресс. Закусываю щеку изнутри из-за соблазна провести кончиками пальцем по каждому кубику.

Он что-то произносит, но я не слышу из-за гула движка. В следующую секунду мотоцикл резво срывается с места и дух захватывает от ощущений. Не сразу замечаю, что впилась в его пресс ногтями, но он только ускоряет скорость, отчего я еще ближе жмусь к широкой спине.

Меня переполняют эмоции. Адреналин бежит по венам раскаленной лавой. Знакомое ощущение эйфории окутывает с головой, и я не могу сдержать широкой улыбки.

Мы едем по дороге, и я даже не обращаю внимание на сменяющиеся пейзажи. Я просто сливаюсь с Адрианом и его резвым металлическим другом. Немного страшно от силы эмоций, что я в очередной раз испытываю, находясь рядом с ним, но сейчас, в этот самый момент я не хочу бояться, а просто наслаждаться скоростью и свободой.

Спустя примерно полчаса, мы въезжаем на огороженную территорию какого-то неизвестного мне места, и Адриан останавливается, заглушив мотоцикл.

— Приехали, — снимает шлем, кинув взгляд на меня.

— Что это за место? — спрыгиваю с мотоцикла, чтобы поскорей оказаться как можно дальше от окутывающей меня мужественной энергетики.

— Сейчас все узнаешь, — поставив резвого коня на подножку, перекидывает ногу, забрав у меня шлем.

Иду немного позади него к одноэтажному зданию, и из дверей появляется мужчина средних лет в светлых джинсах и голубой джинсовой рубашке с коротким рукавом.

— Добрый день, мистер Адриан. Рады видеть вас снова.

— Добрый, Нил. Я сегодня не один. Эверин, подойди, — тянет ко мне руку, но приблизившись, я игнорирую ее, скрестив руки на груди. — Это моя невеста, — кладет горячую ладонь на мою поясницу и меня бесит, что он уже начинает качать свои права на меня.

— Как неожиданно. Поздравляю с помолвкой. Очень приятно с вами познакомиться, мисс Эверин, — мужчина обращает свое внимание на меня.

— И мне, — выдавливаю из себя улыбку, не желая показаться невежливой.

— Проходите, все уже готово.

— Спасибо, Нил.

— Вы знаете, где меня найти, если что.

— Конечно. Пойдем, — Адриан легонько подталкивает меня в спину.

— Ты мог бы не представлять меня как свою невесту? — бросаю на него возмущенный взгляд.

— С чего бы это?

— Потому что это не так.

— Это легко исправимо, bella, — в следующий момент он засовывает руку в карман куртки и что-то достав из нее, хватает меня за запястье правой руки.

— Что ты, мать тв…

— Помолчи, упертая, — не дает договорить, надевая на безымянный палец что-то. — Вот теперь все, как надо, — отпускает мою руку, и ноги прирастают к полу, когда я смотрю на кольцо из белого золота с аккуратным изящным бриллиантом без каких-либо лишних элементов. Именно такое, какое я сама бы себе выбрала, если бы носила украшения.

— Считаешь, надев кольцо, которое даже не мне предназначалось можно уже заявить на меня свои права?

— Ошибаешься, bella. Как раз таки это кольцо предназначено именно тебе и сделано специально для тебя. Можешь посмотреть на тиснение внутри.

— Что? — снимаю кольцо и, покрутив его, замечаю мелкую надпись «Эверин от А». — Не понимаю, — растерянно хлопаю глазами.

— Пришлось вернуть купленное для твоей сестры кольцо с вычурным бриллиантом и заказать у ювелира то, что тебе понравится.

— Ты не мог знать, что оно мне понравится, — криво улыбаюсь.

— Мог. Оно ведь тебе понравилось? — обжигает своей раскаленной сталью, пристально посмотрев на меня.

— Это неважно, — отвожу глаза, ощутив, как резко бросило в жар.

— Надень обратно. И чтобы никогда не снимала, — угрожающе произносит металлическим голосом и когда он становится таким это жутковато.

— Приказы будешь отдавать кому-нибудь другому, — но я все равно не могу не дерзнуть, за что получаю уничтожающий взгляд.

— Не испытывай мое терпение, bella. В гневе я тебе точно не понравлюсь, — светлая радужка начинает темнеть и почти сливаться с внешней границей.

— Я тебе тоже не советую испытывать мое терпение, — бубню себе под нос, возвращая кольцо на палец.

— Советы будешь раздавать кому-нибудь другому, — передразнивает, открывая передо мной дверь.

Мы оказываемся в огромном павильоне с высокими потолками, и я сразу понимаю, что это за место. Я видела такие только в фильмах и не представляла, что в реальности они имеют такой масштаб. Это стрельбище с целым рядом отдельных стрелковых позиций со специальными столами для оружия, огороженные между собой прозрачными перегородками. У стены напротив, в метрах тридцати находятся движущиеся установки с овальными мишенями.

Не могу ничего сказать, снова находясь в шоке оттого, что он исполнил еще одну мою маленькую мечту. Мы останавливаемся у центральной позиции, и я вижу, что на столе уже разложено настоящее боевое оружие, состоящее из разных видов пистолетов.

Адриан подводит меня к столу, и у меня просто глаза разбегаются. Всего однажды я держала в руках настоящий семнадцатый глок, но никогда не стреляла из подобного рода оружия.

— Может, скажешь хоть что-нибудь? — Адриан первым нарушает затянувшееся молчание.

— Что ты хочешь услышать? — не сдержавшись, подхожу к столу и касаюсь пальцами ствола серебристого массивного пистолета.

— Ты ничего не сказала с момента, как мы вошли сюда.

— Я пока смотрю. А мы сегодня снова одни?

— Одни, bella. Не хочу, чтобы кто-то мешал нам.

— Только не говори, что этот центр тоже твой? — приходится задрать голову, чтобы посмотреть ему в глаза.

Я когда-нибудь привыкну к его росту? Рядом с ним я чувствую себя гномом!

— Не скажу. Я здесь такой же клиент, как и ты.

— Видимо, постоянный клиент, раз к тебе обращаются по имени.

— Так и есть. Я с детства интересовался оружием, — становится рядом, коснувшись меня плечом.

— И откуда такая тяга к оружию?

— Мой дед был заядлым коллекционером разного вида оружия.

— Тот, который отец твоего отца?

— Да.

— А твоя мать, где она? Почему она не пришла на званый обед? — не знаю, зачем я вообще задаю ему вопросы о его семье, но, как только озвучиваю последний, его лицо заметно мрачнеет.

— Моей матери больше нет. Когда-нибудь стреляла? — резко переводит тему и, взяв в руки один из образцов, с невероятной легкостью достает магазин из рукоятки, проверив его полный заряд. А потом сразу вставляет назад с характерным щелчком.

— Один раз по тарелкам из гладкоствольного ружья, — помню, как Чарли сделал мне подарок на день рождения.

— И как?

— Хм… было весело, — пожимаю плечами.

— Хочешь попробовать? — протягивает мне глок и посмотрев в его глаза, снова пропадаю в туманной дымке.

— Да… кхм… — проходится прочистить горло от внезапного возникшего трепетного волнения в груди. — Хочу… — слишком нервно выхватываю тяжелый предмет из его руки.

— Осторожно. Не стоит делать резких движений, когда у тебя в руках такой предмет, bella, — его низкий голос звучит гипнотически, пуская странные импульсы в животе.

— Не бойся, тебя не пристрелю, — поворачиваюсь прямо в сторону мишени. — Если будешь хорошо себя вести, — отшучиваюсь.

— Я это учту. Надень это, — протягивает мне специальные наушники.

— Как-нибудь без них обойдусь, — снимаю пистолет с предохранителя, и выставив руки перед собой, обхватываю рукоятку правой рукой, положив указательный палец на курок. Левой рукой придерживаю снизу. Зажмурив один глаз, прицеливаюсь и делаю несколько выстрелов, ощутив приличную отдачу в плечо.

Черт, а это действительно громко и сильно!

— Классная хрень, — ухмыляюсь.

— Заканчивай ругаться, bella. Тебе не идет.

— Какие мы правильные. Поздно ты подоспел с перевоспитанием, — язвлю, ощущая, как участился пульс.

Мне определенно нравится, и я хочу еще!

— Я не собираюсь заниматься твоим перевоспитанием. Но некоторые вещи подкорректировать придется. А для начала научить тебя не попадать в молоко, — нажимает какую-то кнопку сбоку от стола и мишень, по которой я целилась движется к нам.

Недовольно хмурюсь, когда замечаю несколько отверстий по краям белой области.

— Полное дерьмо! — выпаливаю и в следующую секунду получаю болезненный шлепок по ягодице. — Ты совсем охренел? — оскорбленно возмущаюсь, повернувшись к нему.

— Еще раз ругнешься и я заткну твой дерзкий ротик поцелуем и не отпущу, пока ты не начнешь задыхаться, — от его слов, сказанных с появившейся хрипотцой в голосе, в ногах слабеет, а во рту резко пересыхает.

— Ты обещал не прикасаться ко мне, — шепчу, зачем-то опустив взгляд на чувственные мужские губы.

— Ты моя невеста, обещание больше не актуально, bella, — протягивает руку и едва уловимо касается моих губ подушечкой большого пальца.

— Тогда нам лучше закончить свидание, — отхожу от него, собираясь вернуть пистолет на стол.

— Нет! — не дает мне этого сделать, развернув по направлению мишени, а сам становится позади, прижавшись к моей спине почти вплотную. — Мы еще не научили тебя попадать в цель, — хрипло шепчет у моего уха, обдавая чувствительную кожу горячим дыханием.

Берет мои руки все еще держащие пистолет и поднимает, обхватив своими большими ладонями. Оказываюсь в плену его сильного тела, даже через ткань одежды ощущаю крепкие мышцы.

— Адриан… — судорожно выдыхаю, ощутив разливающий по телу жар. — Ты слишком близко, — протестую, не в силах пошевелиться.

— Привыкай ко мне, bella. Скоро мы станем еще ближе, — захватывает мочку зубами, облизав ее кончикам языка. — Ммм… мне безумно нравится, как ты пахнешь, Рини, — продолжает издеваться, заставив руки задрожать.

Хочу отстраниться, но не могу. Тело предает меня, и дикое желание стремительно бежит по венам.

— Поставь ноги на ширину плеч и держи спину ровно, — слегка щекочет колючей щетиной висок, и я делаю, как сказано. — А сейчас прицелься и не дыши, — крепче сжимает мои руки своими, направляя их. — Жми на курок, bella! — нажимаю несколько раз в подряд и замираю, тяжело задышав.

Он, наконец-то, отпускает меня и отходит.

— Умница. Вот теперь гораздо лучше, — снова нажимает кнопку, приближая мишень, и я вижу, что одна пуля прошла в паре сантиметров от центра.

— Еще хочу. Только другим, — почувствовав азарт, возвращаю ему глок.

— Слово дамы — закон, — он вручает мне серебристый пистолет другой модели, и я опять становлюсь в стойку.

Следующие три часа пролетают незаметно. Адриан все доходчиво и очень увлекательно объясняет, рассказывая про особенности каждой модели и их историю. И я не раз ловлю себя на мысли, что мне нравится его слушать. Звук его глубокого бархатистого голоса приятно волнует и в тоже время завораживает.

Под конец нашей тренировки мне даже удается пару раз попасть прямо в яблочко. Счастливая и немного оглушенная покидаю с ним это место, желая снова вернуться.