— Машуль, — сказала Наташа, поворачиваясь ко мне, — ты сейчас сидишь, как будто готова вскочить по тревоге. У тебя плечи до ушей. Расслабься. Ты в отпуске. И вообще, на тебе такой шикарный купальник, от которого чужой мужик поплыл, а свой даже не видел тебя в нем.

— Чужой меня в нем и не видел… зато видел без него!

Купальник выглядел шикарно и приподнимал мою грудь так, что взгляд мужиков опускался ниже моих глаз автоматически, а кровь отливала от их мозга ниже пояса, но я все равно была на него обижена. Чуточку. За то, что слинял с положенного места на глазах у свидетелей.

— Ну-ка, ляг посексапильней, сейчас тебе фотосессию проведем и мужу пару фоток отправим. А то в парк он с детьми пошел! Пусть единственный аттракцион, о котором он будет думать — это найти брюки посвободней и в какой позе тебя разложить при встрече.

— Ох, если бы… — печально вздохнула я, даже не помня когда в последний раз мы вообще этим занимались. — Боюсь наш аттракцион уже давно нужно списать в утиль.

— О, понимаю, — Наташа передвинула свой лежак на фон моря с видом красивых пальм и жестом указала мне лечь туда. — Уверена, в сорок еще можно разжечь искру заново.

— Да когда ее разжигать? Особенно, когда дети дома? Матвей часто просит меня с ним поспать, ему вечно страшно одному в своей комнате. А Марина в соседней спальне не спит допоздна, шарахается по дому. А Макс… Макс вообще чутко спит.

— Жаль, у вас бабушки все далеко, и не отправишь их на выходные.

— Макс и не поедет! Умный сильно стал, продвинутый для деревни. И вообще, к вечеру я так устаю, что уже не до интима… прямо как в анекдоте: “Это меня, что, еще и тра*ать сейчас будут?”

— А что вам мешает делать это утром? Что за стереотипы, что секс хорош по ночам, в спальне, и под одеялом? Утром перед кофе или вместо кофе — хорошее кардио, знаешь ли…

Я всерьез задумалась над ее словами и хотела что-то возразить о том, как занят Мишаня, как он убегает на работу ни свет ни заря, но тут зазвонил её телефон.

Наташа глянула на экран, и лицо у неё стало мягкое, как у кошки, которую гладят.

— Так, поделай пока селфи, я поговорю и вернусь, сделаем тебе горячую фотосессию. Такую, чтоб Мишаня пересмотрел свой утренний график.

Она взяла трубку, отвернулась и заворковала прямо как голубка на весеннем карнизе.

— Алёёё, котик… — пропела она. — Скучаю, не могу! Тебя очень не хватает… Ну, да, книжек своих набрала. Тактическая ошибка, знаю…

Я смотрела на неё и чувствовала себя так, будто подглядываю за чужой интимной жизнью в прямом эфире.

Наташа с мужем были женаты всего полгода. А знакомы больше двадцати пяти лет. Он был ее первой любовью и даже после расставания они пронесли эту любовь через много лет.

Сейчас они друг другу писали смс каждые полчаса, он называл её ласково, и у них всё было как в дешевом, но обаятельном сериале, где герои постоянно целуются и бесят друг друга своими нежностями.

А я? Я лежала рядом и вспоминала, как мы с Мишей ворковали… лет десять назад, наверное. А последний раз он назвал меня «зайка», когда я попросила его съездить в магазин, а он ответил: «Зайка, сгоняй сама, я так устал».

Но когда-то ведь было по-другому, правда? Я закрыла глаза и не заметила, как провалилась в воспоминания.

Мы познакомились, когда мне было восемнадцать, а ему двадцать три. Я пришла на день рождения к подруге, а он сидел в углу и смотрелся там так, будто его привели насильно.

Был декабрь, на улице мело, а он был в лёгкой куртке и с таким видом, будто ему вообще всё равно на погоду, на день рождения и на весь мир.

Меня это почему-то зацепило. Я подсела к нему и спросила, почему он такой грустный. Он посмотрел на меня и сказал:

— Я не грустный, я просто хочу отсюда свалить.

А я ответила:

— Ну так пойдём.

И мы свалили.

Мы пошли гулять по ночному городу. Было холодно, он отдал мне свои перчатки, а сам шёл и прятал руки в карманах и делал вид, что ему тепло.

Мы купили кофе в пластиковых стаканчиках и сидели на остановке, хотя никуда не ехали. Он рассказывал, что работает отделочником и мечтает открыть свою строительную компанию, но только что вернулся из армии и за душой ни гроша.

Я рассказывала, что учусь на бухгалтера, но сама терпеть не могу цифры.

Мы смеялись, и у нас замерзли руки, ноги, все! Но я смотрела на его лицо и чувствовала, что теряю голову.

Он был не красавец в классическом смысле — нос с горбинкой, глаза чуть навыкате, руки, от которых пахло каким-то клеем или химией. Но я смотрела на него и понимала, что пропала.

Через месяц мы уже жили вместе в его съёмной комнате. Мама была в ужасе:

— Он же тебе не пара! У него нет образования! Он обычный строитель!

А я просто слушала и улыбалась. Потому что по ночам мы лежали на узком диване, и он рассказывал мне, как будет выглядеть наш будущий дом, который он сам построит. Я верила каждому слову.

Мы встречались долго. Ездили на море автостопом, спали в палатках, ели консервы ложкой из одной банки.