— Ларс, ты мне долг принёс? — радостным тоном спросил Кайл.

— Лучше, я тебе пушку принёс! А долг предлагаю пропить, я проставляюсь!

— Ага, ты проставляешься, за мои деньги, — рассмеялся Кайл. — Но ладно. Учти, с нами Анька, а она пьёт как… Хм… Как настоящая амазонка, во!

— Ну всё, я снова влюбилась в этого языкастого ковбоя! Прости, Айк, ты милый мальчик, но я слишком падка на велеречивых козлов. Хотя если подержишь мои волосы, пока я буду блевать над унитазом, то можешь пользоваться положением и позой в своё удовольствие, разрешаю заранее, пока трезвая, чтоб потом не было вопросов! А за счёт Ларса я сегодня точно напьюсь в дровину!

— Господи Иисусе, с этими русскими женщинами я стану импотенто, — с акцентом простонал кто-то по связи.

— Ты не слушай, ты смотри, вот с этого бока, — посоветовал другой.

— Так, поржали, спустили пар, и хватит, — прервал балаган Кайл по громкой связи. — «Чёрные» налево, остальные за мной направо. Время геноцидить деймов! Кто к нам с когтями и рогами пришёл, тот от деструктора и погибнет! К баракам беженцев, бегом! Там беззащитные люди, хоть и полды!

Мне тоже сунули в руки деструктор, а вот инструкцию к нему не дали. Так что я просто держал его в левой руке, а сам старался держаться поближе к Кайлу. Если у него патроны кончатся, поменяемся. Лишних мечей «чёрные» не принесли, так что Кайл продолжал размахивать ломом в правой руке. Похоже, стрелять он больше привык с левой, в отличие от большинства других бойцов. Может, он вообще левша? Я же тупо повторил за ним, да и не собирался пользоваться деструктором, даже не знаю, где тут спусковой крючок или кнопка. И вообще пока не привык особо пользоваться левой рукой, вечно забываю, что она у меня теперь есть.

— Айк, ты не обиделся? — донёсся до меня по приватному каналу голос Аньки. — Ты правда милый, я и по трезвому с тобой уединиться готова… бли-и-ин, звучит так, будто я «барби»… У меня всего четыре парня было! Ну, поцелуи не в счёт. И Кайл не вошёл в четвёрку.

— Я тоже не вошёл, — отозвался я. — Поцелуи ведь не в счёт. Нормально всё.

— Да я просто парней дразнила, блин! Чтоб у них адреналин взыграл. Эти жеребцы щас всех деймов затопчут, чтоб погарцевать перед кобылкой. А потом в баре приставать начнут. Я лучше опять с тобой обниматься и целоваться буду. Мне вчера понравилось. Ты хочешь? И потом, когда кадетом станешь, можешь хвалиться, что со мной гуляешь. Про медичек такие слухи ходят… Да мы сами же их распространяем и поддерживаем. Но серьёзных отношений не будет, прости. Я детей хочу, а с полдом не выйдет.

— Ладно, — чуть подумав, согласился я.

Целоваться с ней мне тоже понравилось. И даже если это не всерьёз, а она будет только притворяться моей девушкой… Ой, да пофиг! Иногда гонит фигню, почище Кайла, но пока я её целую, болтать не сможет.

— Сурово, по-мужски, мне нравится, — одобрила она.

— Два условия, — решил надавить я, раз уж она одобрила такую манеру. — Нет, три.

— Слушаю и повинуюсь.

— Пьёшь максимум восемь шотов. Я потрогаю тебя за грудь под комбезом. И объясни, как стрелять из этой пушки!

— Четыре пальца держат рукоять, большой палец вверх, кнопка сама под него ложится, — быстро отрапортовала Анька. — Направляешь на врага, давишь кнопку. Враг умирает.

Я тут же последовал инструкции и попробовал, а то остальные не успевали отстреливать всех набегающих деймов, Кайл уже лом приготовил. Получилось!

— По остальным пунктам возражений нет? — довольно хмыкнул я.

— С восьми шотов меня уже унесёт, — уточнила Анька. — Согласна на шесть. Если выпьешь вровень. Будешь в адеквате — станешь пятым. Но с условием!

— И каким?

Я спросил скорее для поддержания разговора. Такой утилитарный подход к отношениям меня не особо устраивает, да и столько алкоголя меня срубит, не вариант. Ещё и второй день подряд⁈ Точно нет.

— Я буду держаться за твои рожки, когда ты на мне! — заявила Анька. — Полдов у меня не было, а всегда хотела… Блин, ладно, забудь прошлое условие, хоть не пей! И я выпью пять. Я уже представила и завелась! Хочу! Если нам понравится, будем вместе! Пока я жениха не найду, года через три. Без обид, разбежимся. И я не ревнивая и занятая по работе, гуляй, с кем захочешь. Так, я тороплю события…

Я снова выстрелил в набегающего слева дейма. Ух, а круто чувствовать себя таким мощным штурмовиком, спасающим мир! А когда при этом ещё над ухом красивая девушка лепечет о том, что хочет с тобой отношений и интима… Мотивирует!

— Господи Иисусе, — простонал уже слышанный ранее голос.

— Мадре диас, Ань, не транслируй свои фантазии в общий канал! — рявкнул Кайл. — А то парни начнут копить на имплантацию рогов! Но сперва побьют стажёра.

— А давайте я приглашу всех подруг-медичек на банкет, и мы все придём в бикини? — захихикала девушка. — Раз уж я сегодня почти не пью, а Ларса надо раскошелить. Эти кобылы будут пить, как лошади!

— Йа, йа, это хороший план! — обрадовался один из «синих».

— Вы не шарите, парни, — хохотнул другой. — Воробьи ещё не обстрелянные. А мне вот такая красотка-медичка однажды запихивала кишки обратно в пузо. И шептала всякие пошлости, мол, ты выживи, приятель, тогда… Но вместо них приходят «барби». Тоже неплохо, конечно. Но я на своей медичке женился! Год добивался! Год женаты. И до сих пор всего тогда обещанного не получил.

— И что, твоя жена и другим всякое обещает?

— Да пусть обещает. Болтать — не мешки ворочать. Парни выживут. Это главное. А будут к ней лезть потом, так я им рожи набью.

— Шутки в сторону, — приказал Кайл, — сейчас будет… А нет, опоздали.

Я было забеспокоился, но зря. Опоздали мы, оказывается, в хорошем смысле. Плац перед бараками беженцев уже был полон бойцов в скафах. Причём нацелились они на один конкретный барак. К счастью, не мой, а соседний.

— Странно, что дежурные отряды отправили беженцев защищать, — протянул кто-то из «синих».

— Не, всё по регламенту. К прорыву их отправили, — отозвался другой. — Просто прорыв прям в бараке.

— Упокой, Господи, их души грешные, — перекрестился третий.

— Надо проверить, как там мои, — брякнул я.

Не то, чтоб соседи по бараку для меня стали прям близкими и «своими», но всё же…

— Да, ща всё проверим, — согласился Кайл. И приказал: — Парни, расходимся. Вы знаете, что делать. Пушки потом сдать обратно «чёрным» не забудьте. Лом дарю.

Мы беспрепятственно прошли по краю оцепления. На меня и особенно на Аньку косились, но, похоже, у Кайла было право действовать самостоятельно и даже вести за собой группу. «Синие»-то сразу перешли в подчинение кого-то из дежурных бойцов.

— Сменим тебя, — заявил Кайл охраняющему дверь барака бойцу.

Тот спокойно кивнул и ушёл. Я же зашёл внутрь, проверить.

Справа от двери на полу валялся дохлый бес, ему оборвали крылья и, похоже, размозжили голову прямо о стену. Две кровати валялись на полу перевёрнутые набок, а ещё одну Панц и Тит, как самые здоровяки, устанавливали в нормальное положение прямо сейчас. Рядом валялось тело ещё одного беса.

— Все целы? — спросил я через динамики. Уточнил: — Это я, Айк.

— Все живы, отделались царапинами, — отозвался титан. — Ты с какой помойки это ведро с гайками угнал?

— Я оттуда ещё лом принесу, — вместо ответа пообещал я. — Даже два.

Тит наверняка умеет направлять энергию ядра в оружие. Ну а Панц и без этого легко бесу проломит башку ломом, так что лишним не будет. Впрочем, через пару дней нас уже переселят… Ну, подарю лом Панцу, пригодится в любом случае, а мне не жалко. Не думаю, что Кайл запросит с меня оплату. Всё равно эти ломы в условиях аномалии быстро проржавеют… Или они у него из низкосортной пластали?

— Это дело, — согласился Тит. — А деструктора лишнего нет?

— Не, — отказался я.

Мне самому стрелять по деймам понравилось, не отдам! Ощущения как в компьютерной игре, в которые я никогда сам поиграть не мог, только видео прохождений смотрел. Если б я шёл один, было бы стрёмно, всё же тут не игра, а реальный мир. Даже судя по разговорам парней из «синих», скаф не даёт полной безопасности, деймы могут и добраться. Но группой, когда тебя прикрывают опытные бойцы, не страшно. Идёшь, стреляешь, если вдруг промазал, ребята подстрахуют.

Правда, мы и сталкивались-то только с группами деймов, успевших разбежаться до подхода дежурных отрядов. Это не то, что идти против орды в другом мире. Но там ведь и отряды бойцов будут более многочисленными, и артиллерия.

— Вы двое остаётесь караулить тут, — распорядился Кайл, когда я вышел наружу. — А я пойду со штурмовиками на прорыв к прорыву.

— Тебя не пустят, ты с похмелья, — напомнила Анька.

— Я свою меру знаю, у меня похмелья не бывает, — отмахнулся он. — Да и кто им скажет?

— Не дури, мы тут будем стоять как два придурка в этих дырявых вёдрах без опознавательных знаков! — одёрнула его девушка. — И к этому посту уже твоя сигнатура приписана, выговор схлопочешь.

— Ладно, убедила, — проворчал Кайл. — Вот женщины, даже погеройствовать мужику не дают. А я даже не её мужик.

— Без тебя Ларс проставляться откажется, я просто меркантильная и немного алкоголичка, — хмыкнула Анька. — Хотя на поминках… Ладно, иди, геройствуй.

В этот момент соседний барак разлетелся во взрыве, куски пластобетона полетели во все стороны, сбивая окруживших его штурмовиков.

— Накаркала, — мрачно обронил Кайл. — Похоже, чипы я добуду раньше, чем ожидал. Жаль, что такой ценой.

— Заткнись, дурак, сам мог там лечь! — огрызнулась она, выпрыгивая из раскрывшегося скафа. — Айк, притащи мне простыню, прикрыться, бегом! Теперь время мне героически поработать. Если солью слишком много виты, запомните меня молодой. Эх, накрылась вечерняя пьянка.

Я метнулся в барак, молча сдёрнул простынь с ближайшей кровати. Анька едва не вырвала её у меня из рук, накинула на плечи и кое-как запахнулась, соблюдая видимость приличий. Но только видимость.

— М-да, с таким фронтом работ она сама к обеду в медчасть сляжет, — пробормотал Кайл. — Но хоть нескольких ребят вытащит, пока остальные медики не подошли.

— А мы не можем помочь? — спросил я.

— Нет, стажёр, — вздохнул он. — Лечить витой не каждый может. И лучше даже не пробуй. Неблагодарная это работа. Даже с ядром можно выжать себя досуха, если вовремя не тормознуть. Надо быть чёрствым сухарём, чтоб смотреть, как умирают те, кому можешь помочь. А такие в медики не идут. Чтоб отдавать виту, нужно искренне сопереживать.

— И Анька…

— Да всё с ней нормально будет, — отмахнулся Кайл. — Истощит ядро и вырубится. Она не в форме с похмелюги. Но чуток лишка точно черпанёт, так что будет отлёживаться под капельницей. Обломался ты сегодня, пацан.

— Да и ладно, — я попытался пожать плечами, но скаф так не двигался. — Я, вообще-то, не совсем готов… Не ко всему… Не так…

— Тогда готовься. Анька, как оклемается, с тебя точно не слезет. В смысле, точно на тебя залезет, — рассмеялся Кайл. — После восстановления виты у медичек бурная активность начинается. Сам понимаешь, в каком месте. Инстинкт продолжения рода просыпается. Но не боись, у человека и полда потомства не будет.

— И как готовиться? — поинтересовался я.

— Попробуй потренироваться лежать, глядя в потолок, и думать об Англии, — посоветовал Кайл. — Остальное она сама сделает.

Блин, зачем я вообще спросил? Как будто от него можно ожидать дельного совета, а не дурацких шуточек! Вот что за человек такой, считает, что рассказать тупой бородатый анекдот — это моральная поддержка. Но других попаданцев, понимающих мою ситуацию, тут нет… Хотя ведь есть Элис! Вот возьму и подружусь назло Кайлу с его бывшей, он мне дошутится!